Страница 177 из 317
12 июля 1889 г. Александр III утвердил закон о земских участковых начальниках. Закон этот настолько противоречил букве и духу земской реформы, что при его обсуждении в Государственном совете «против» было подано 39 голосов, а «за» — только 13. Царь же утвердил мнение меньшинства. Земскими начальниками могли быть только дворяне, назначаемые министром внутренних дел. Круг их деятельности был довольно широк и фактически совпадал с правами помещика в дореформенной деревне. За ненадобностью упразднялся институт мировых посредников, а также мировых судей. Теперь земский начальник, не скованный никакими формальными ограничениями, мог по собственному усмотрению творить суд и расправу. От него полностью зависели сельские и волостные учреждения и должностные лица. Он мог отменять любые решения сельских сходов, он мог отстранять от должности, штрафовать и арестовывать неугодных ему лиц из податных сословий. Им назначались члены волостных судов, а так как эти суды могли приговаривать к телесным наказаниям, то земские начальники фактически получили право пороть крестьян. Введение института земских начальников мотивировалось в первую очередь отеческой заботой правительства о народе. Наибольшие затруднения вызвала судебная контрреформа. Здесь правительство не решилось действовать путем прямого законодательства, предпочитая косвенные, но подчас весьма существенные меры. Так, закон о земских начальниках, соединивших в своих руках административную и судебную власть, фактически нарушал принцип независимости суда, а указ от 12 февраля 1887 г., предоставляющий право министру юстиции по собственному усмотрению закрывать для публики судебные заседания, фактически нарушал принцип гласности судопроизводства.
Контрреформы, хотя и тормозили развитие страны, но не в состоянии были его остановить. Необратимый характер Великих реформ был очевиден даже для самых убежденных консерваторов. Необходимо было решать практические задачи, диктуемые не идеологией, а самой жизнью. И если в политической сфере реакция еще могла существовать, то социальная сфера и экономика требовали более гибких подходов. Социально-экономическая политика Александра III формировалась под влиянием ряда факторов. Во-первых, тяжелый экономический кризис, вызванный как общими затратами на проведение Великих реформ, так и русско-турецкой войной, предвещал мощный социальный взрыв. Это настоятельно требовало активного вмешательства государства в экономическую сферу, быстрого подъема промышленности, завершения крестьянской реформы и т. д. Во-вторых, общая продворянская политика Александра III предопределила ряд малоэффективных мер, направленных на социальную консервацию дворянства, вступившего в стадию разложения. И, наконец, в-третьих, революционный террор оказывал несомненное давление на власть и заставлял ее идти по пути экономических и социальных уступок не только дворянству, но и другим сословиям.
Экономическая политика в отношении дворянства носила главным образом благотворительный характер и не могла существенно повлиять на необратимый процесс экономического и социального падения дворянского сословия. 15 мая 1883 г. Александр III объявил о повышении выкупной суммы помещикам, не переведшим еще крестьян в разряд собственников, с 80 % капитализированного оброка до 88,5 %. В 1885 г. был учрежден Дворянский банк для выдачи льготного кредита потомственным дворянам, пожелавшим заложить свои имения. В 1889 г. было объявлено о понижении вносимых процентов и предоставлении дополнительных льгот.
Главное беспокойство правительства вызывал крестьянский вопрос. Уже в первый год своего правления Александр III упразднил временнообязанное состояние крестьян и примерно на 16 % понизил выкупные платежи. С этого момента можно говорить о завершении крестьянской реформы. Последний штрих — прекращение выкупных платежей — будет нанесен 1 января 1907 г. Все эти меры были подготовлены еще в предшествующее царствование, и Александр III, сознательно выступив в роли преемника, пошел несколько дальше, инициировав в 1882 г. создание Крестьянского поземельного банка, выдававшего крестьянам ссуду на покупку земли. За период с 1883 г. по 1900 г. через банк было продано 5 млн десятин земли. Следующим значительным шагом в этой сфере стала проведенная министром финансов Н.Х. Бунге реформа налогообложения. Вместо введенной еще при Петре I подушной подати был установлен налог с имущества. Налоговое бремя, распределившись более равномерно, несколько облегчило положение малоимущих крестьян.
Но главной проблемой российской деревни было малоземелье. Огромная территория Российской империи в действительности имела мало земель, пригодных для эффективного сельского хозяйства. Значительную часть ее покрывали таежные леса и песчаные почвы, ограничивающие возможности экстенсивного хозяйства. Сельское производство могло успешно развиваться только путем интенсивного внедрения новых технологий, что в условиях общей экономической отсталости России было практически невозможным. В поисках свободной земли крестьяне начали стихийный процесс переселения, вызвавший противоречивую реакцию правительства. С одной стороны, власти прекрасно понимали, что добровольное переселение крестьян может стать если не полным, то хотя бы частичным решением проблемы, с другой — правительство очень боялось любых массовых движений. В результате был принят закон, предусматривавший предоставление льгот и ссуд переселенцам, но при этом для переселения требовалось разрешение двух министров: внутренних дел и государственных имуществ. При царившей бюрократической волоките простому крестьянину получить персональное разрешение даже одного министра было крайне затруднительно. Таким образом, закон не столько поощрял, сколько препятствовал переселению крестьян.
Новой социальной проблемой, с которой столкнулось правительство Александра III, стал рабочий вопрос. Отмена крепостного права и рост промышленного производства привлекали в города все большее количество крестьян, превращавшихся в пролетариев, т. е. в лишенных собственности наемных рабочих. Тяжелые условия фабричного труда и быта (рабочий день по 14–15 часов, низкая заработная плата, к тому же нерегулярно выдаваемая, скученное существование в фабричных казармах и т. д.) явно не способствовали взаимопониманию между хозяевами предприятий и пролетариями. Противостояние труда и капитала все чаще стало приобретать немирный характер и выливаться в забастовки и стачки, напоминающие крестьянские бунты. Первые попытки правительственного решения рабочего вопроса связаны с деятельностью министра финансов Н.Х. Бунге, отличавшегося не только хорошим образованием, но и умением широко видеть экономические проблемы. Он считал, что для успешного развития промышленности недостаточно лишь материальной поддержки со стороны государства. Более важным являлось законодательное признание правового статуса рабочих. Дело в том, что власти довольно долго продолжали видеть в рабочих крестьян, отправившихся в город на заработки, и не считали нужным проводить в отношении их особую политику с учетом их нового социального статуса. Бунге впервые поставил вопрос о рабочих как отдельном сословии и разработал программу фабрично-заводского законодательства. В 1882 г. был принят закон, ограничивающий рабочий день подростков от 12 до 15 лет восемью часами, и одновременно была введена фабричная инспекция для наблюдения за его выполнением. В 1885 г. появился закон, запрещавший ночной труд женщин и детей. В 1886 г. законодательно были установлены договорные отношения рабочих и нанимателей. Запрещалась натуральная оплата труда, устанавливались сроки выплаты заработной платы, контроль над штрафами и т. д. Вместе с тем закон предусматривал ответственность рабочих за участие в стачках и отказ от работы.
Экономическая программа правительства Александра III исходила из принципа протекционизма. Понимая, что отсталая российская индустрия не сможет выдержать конкуренцию с западноевропейскими товарами, была сделана ставка на устранение иностранной продукции с внутреннего рынка. Почти вдвое были повышены пошлины на ввозимые товары, а в 1891 г. был утвержден новый таможенный тариф, обеспечивший значительные доходы казне. Политика протекционизма позволяла государству играть ведущую роль в экономике, осуществлять контроль над промышленностью и отчасти планировать производство.