Страница 34 из 66
Действительно, леди... С тонкими аристократическими чертами лица, бледной, почти белой кожей, и яркими огненно-рыжими волосами. "Странно, что она ещё может стонать" - подумал Балуа. Кинжал Леи поразил её в самое сердце: в подтверждение этого на рубашке было огромное, продолжающее расползаться пятно крови. Да и сам кинжал, по-прежнему торчащий в обмякшем теле, говорил о том, что леди должна быть уже мертва. Но Балуа не стал добивать женщину, а, обернувшись к Ритару, сказал:
- Кто это, Далан? - не скрывая любопытства, спросил он. Ритар только сплюнул, демонстрируя своё нежелание отвечать на вопросы, но потом всё же решил пообщаться.
- О том, что я покинул Саак, знает тьма народа, - хрипло сказал он. - И мой второй отряд, который стоит дальше по тракту, несомненно, доложит короне о моём убийстве.
- Мы лишь оборонялись, - противно улыбнулся Анри, в глазах которого уже бушевало предвкушение. Он являлся официальным наместником Ритара и в случае его кончины Анри займёт его место. А это значит, что он сразу получит одну из высших должностей. Балуа же ещё не определился, чего он хочет. С одной стороны, в Ритаре точно есть магия, а в связи со свежеобразовавшимися планами Нила, убивать мага было бы верхом глупости. Но, с другой стороны, Далан хотел убить его и, более того, Нил был уверен, что дай ему волю, он и сейчас сделал бы это.
- Зачем ты хотел убить меня? - спросил Нил. - Неужели всё это ради тёплого места под боком у Наара?
- Почему ты ещё разговариваешь с ним? - не выдержал Анри. - Давай я просто убью его! Нашим словам поверят быстрее, чем кучке наёмных убийц!
Кьёрн Балуа задумчиво посмотрел на кузена и отрицательно покачал головой.
- Просто убить его - мало, - Ритар в кольце рук Анри заметно напрягся. - Я хочу знать правду о его мотивах, а ещё мне очень интересно, кем была эта леди, - Нил обернулся к объекту своего внимания и опешил.
Ему показалось, что леди на том месте больше не было. Подойдя ближе, он увидел, что на земле осталась лишь куча одежды и серебряный кинжал, который Лея метнула в обидчицу. Он нагнулся, стараясь закрыть собой увиденное, чтобы не заметил кузен, и увидел маленького птенца - даже меньше того, которого нашла девчонка. Феникс смотрел на Балуа злым, совершенно осмысленным взглядом. Нил сам испугался своих догадок, и поспешил отойти от места убиения рыжеволосой леди, пока Анри не заметил неладного.
- Я передумал, - уверенно сказал Балуа. - Я хочу убить его сам.
Анри снова улыбнулся и пригласил Нила занять его место за спиной Ритара. Кьёрн с радостью поменялся с кузеном местами.
- Анри, сходи к реке, умойся, ты весь в крови. Я хочу остаться с нашим товарищем один на один.
Как ни странно, кузен послушался и удалился. Анри не хотелось смотреть на то, как Нил будет убивать Ритара. В смерти нет ничего красивого, к тому же ему действительно не помешало бы умыться.
- У тебя есть два варианта, - быстро зашептал Нил на ухо старому врагу. - Либо ты берёшь своего феникса и дашь мне клятву верности... - Далан брезгливо поморщился. В голове Нила никак не укладывалось то, о чём он читал в древних фолиантах - правда! Не верилось в то, что фениксы могут становиться людьми. Они хранители магии и её носителей. Волновало только, почему они появились именно сейчас? Почему феникс, притом взрослый, раз уже смог превращаться в человека, есть у Ритара? Откуда?! Сегодня он сам стал свидетелем возрождения феникса из пепла. Жаль, что у них всего один шанс на ошибку, хотя у людей нет и того... Вероятно, с такой подпиткой силы феникс Леи тоже совсем скоро сможет превращаться.
- Зачем инквизитору возвращать магию? - всё же спросил Ритар.
- Крамиилом издавна правили маги, последние полторы сотни лет - это просто печальное недоразумение, и я хочу вернуть всё на свои места, - ответил Балуа. Странно, но он ответил на вопрос врага правду. - Перед тем, как ты ответишь, хочу чтобы ты понимал: я сделаю всё, чтобы все узнали о том, что у тебя есть дар.
- И эти слова я слышу от человека, который лично сжигал магов на кострах, - даже в такой ситуации умудрился съязвить Ритар.
- Решай быстрее, - прошипел Нил. - Ты не лучше меня. Мы оба совершали не слишком-то благородные поступки. Если бы я мог что-то изменить, то не стал бы носителем инквизиторской метки! Давно подозреваю, что с ней что-то не так.
Всем инквизиторам ставили особую метку. Чуть ниже груди, с левой стороны. Знак представлял собой перечёркнутую пятилучевую звезду. Звезда и была символом магии, лучи которой означали стихии: землю, воду, огонь, воздух и пятую стихию, которую называли женщиной. Ведь именно из-за того, что пятым лучом магического "зла" считалась женщина, к ним применялись особо жестокие меры. Если мужчина с каплей дара мог в наказание получить епитимью или тюремное заключение (если очень постараться и иметь хорошие связи), то женщин ждало только пламя. Хотя некоторых ведьм сжечь не могли, а потому топили или расстреливали в упор, но таких было мало, на веку Нила - вообще всего одна, у неё и в самом деле был сильный дар. Так вот, метка... Нилу казалось, что она влияет на разум. Он не мог объяснить это, но желание убить человека с даром было просто невыносимым, несмотря на то, что он и сам был таким. Если же рука кьёрна не поднялась убить мага, как сейчас, с Леей, метка начинала жечь. За время, проведённое с девчонкой, Нил уже привык к этой боли, и исполнять свою "миссию" не собирался. Примечательно, что боль, так же как и желание свершить казнь, возникали только после того, как инквизитор получал абсолютную уверенность в том, что дар в крови человека присутствует. Если наличие магии у кого-либо были лишь подозрениями инквизитора, то не происходило ничего. Это были только домыслы Нила, ничем не доказанные и не обоснованные, но он очень привык верить своему чутью.
- Взамен ты дашь клятву, что никто не узнает о том, что знаешь обо мне ты, - наконец ответил Ритар.
Нил без раздумий схватил руку старого врага и полоснул мечом поперёк ладони, то же он проделал и со своей. Через секунду в крепком рукопожатии смешалась кровь злейших врагов, и магическая клятва на древнем хитарана слетела с губ светловолосого, горделивого кьёрна.
Лея Аргуст
"Чё-ё-ёрт! " - буквально выл внутренний голос. "Только не это! Как я потом буду искать кьёрнов? И что случилось с Нилом? Почему он упал? " - все эти вопросы я успела задать себе, пребывая ещё в гуще серой липкой дымки. Но когда перед глазами прояснилось, их перекрыли новые...
Я оказалась в помещении. Комната небольшая, но очень дорого обставленная. Картины в позолоченных рамах украшали отделанные ракушечником стены. Массивный стол из красного дерева стоял у самого окна, обрамлённого бордовыми портьерами из тяжёлой ткани. Несколько диванчиков на изогнутых позолоченных ножках и огромный стеллаж с книгами во всю стену. Неужели мои страхи сбылись, и я действительно попала в королевский дворец? Опасливо осмотревшись по сторонам, поняла, что в комнате никого нет, но моё облегчение длилось не долго. В следующее мгновение где-то за моей спиной послышались глухие звуки, очень напоминающие приближающиеся шаги. Не долго думая, я юркнула под огромный стол в надежде, что визитёр всё-таки минует дверь из красного дерева, ведущую в эту комнату. Под столом оказалось совсем мало места. Когда я смотрела на него с той стороны, казалось, что он просто огромен, и панель, так удачно закрывающая стол спереди, показалась идеальным укрытием. Но по факту оказалось, что с обеих сторон располагались тумбы с выдвижными ящиками, и пространства между ними было мало даже для меня.
Мои молитвы о том, чтобы прохожий так и остался прохожим, не услышала ни одна из богинь. Очень скоро дверь открылась. Без малейшего скрипа, но громко захлопнувшись за вошедшим. Хотя, судя по всему, вошедшей. Сомневаюсь, чтобы мужчины стали ходить на каблуках, а звук цокающих по мраморному полу каблучков я опознала сразу. Как оправдываться и что говорить, если меня заметят, я не знала. Толковых мыслей в голову, как назло, не приходило. Я готова была плакать, выть, и грызть собственные локти от чувства беспомощности и плачевности моего положения. "Только бы она ушла, только бы она ушла, " - мысленно просила я неведомо кого, но снова мои просьбы так и не дошли до адресата.