Страница 40 из 104
- Я бы так не сказала, - опять 'включила тишину' Арика, когда сидящая ближе всего дама поинтересовалась её мнением. - Слишком жарко для этого времени года. Уважаемый Глава, - воспользовалась повисшим молчанием ушастая красавица, - а когда вы вернете украшения моей матери?
Шушуканье, последовавшее за этим вопросом, накрыло волной. Казалось, ничто не успокоит эту стаю ворон, но Главе даже не пришлось перекрикивать шум. Едва мужчина раскрыл рот, все тут же замолкли, боясь пропустить хоть слово. Только довольное чавканье Малыша нарушало драматизм момента.
- Что вы хотели этим сказать, милая кузина? - медовой патокой прозвучал голос Главы, такой же приторный, как и его улыбка. - Я лишь попросил вернуть то, что изначально принадлежало роду. Не вам, милая кузина, и не вашему брату, но роду в целом. В том числе всем, кто здесь присутствует, - изящно обвел рукой сидящих за столом мужчина. Его взглядом можно было колоть лёд. А гости не знали, можно им уже осуждать и обсуждать происходящее, или будет ещё что-нибудь интересное? "Что-нибудь" не заставило себя ждать.
- Боюсь, уважаемый Глава, мы с вами не совсем поняли друг друга, - скопировала интонации длинноухого интригана Арика. Глава едва заметно расслабился, мысленно уже празднуя победу и, судя по взгляду, выселяя Арику с братом на другой конец леса, в болота. Но подруга не подвела, и, одарив оппонента нежнейшей из улыбок, столь же ласково закончила:
- Я говорю о тех украшениях, в которых моя мать выходила замуж. Согласно уложению пятнадцать части два Хартии о Наследовании, абзац третий, все украшения, наряды и прочие ценности, которые надеты на эльфийке во время обряда бракосочетания, становятся достоянием новообразованной семьи и переходят одной или нескольким их дочерям в качестве приданного. Глава рода вправе принять, по просьбе супругов или их прямых наследников, эти ценности на временное хранение, но обязан вернуть по первому же требованию. Быть может, вы имели ввиду какие-то другие украшения, я полагаю? - похлопала ресницами Арика. Я же едва не аплодировала ей и, затаив дыхание, ждала ответа Главы. Мужчина стиснул вилку и уже не так медово ответил:
- Это положение к Хартии было подписано ещё при прошлом Владыке и уже давно утратило силу.
Супруга, глядящая на Главу с другого конца стола, побледнела и растеряно переводила взгляд с одного спорщика на другого, не зная, как прекратить это безобразие.
- Вы так уверены в этом, Глава? Значит, вы знали об этом пункте изначально?
У Главы покраснели кончики ушей. Мамочки! Сейчас прилетят неприятности!
Едва мужчина открыл рот, я, не дав ему произнести ни звука, затараторила, глядя исключительно на Арику. На остальных было слишком страшно поднимать глаза.
- Ой, а давайте, я об этом у самого Владыки спрошу? Мы с ним завтра идём за Слезами Богини, говорят, очень красивое место! – я взмахнула руками, а потом сцепила их перед собой так, чтобы всем было видно цветочное колечко.
Я не уточняла, о чем "об этом", пусть каждый сам составит для себя вопрос, достойный суда Владыки. И я не врала ни слова - сегодня утром мы получили приглашение, оформленное личным секретарем эльфийского правителя. Лари, получив свиток, несколько минут стоял, растеряно глядя на бумагу. А потом молча протянул мне и ушел в кабинет. Похоже, с моим появлением его мир стал неумолимо рушиться.
Глава побагровел. Сжал кулаки, выдохнул, резко встал и скрылся за дверью. Десять минут спустя, когда гости устали строить догадки, эльф вернулся. Поставил перед Арикой чёрную деревянную шкатулку и так же, не говоря ни слова, вернулся на свое место. Ари не стала проверять, что внутри. Передала слуге и попросила положить в прикреплённую к её коляске сумку. Улыбнулась всем присутствующим и Главе в частности, отпила из бокала и взялась за вилку.
До конца вечера Глава не произнес ни слова, а его супруга тщетно пыталась отвлечь гостей от случившегося и мило щебетала.
Перед десертом, как полагается по этикету для таких приемов, сделали перерыв. Большая часть гостей ушла в сад. Арика не рискнула пересаживаться в коляску - ей ещё предстоит самостоятельно перебраться туда в конце вечера. Она осталась за столом, держа невозмутимый вид, словно ничего не случилось. Её сосед, пожилой эльф, тоже предпочел задержаться и развлекал Арику лёгкой беседой.
Меня Лари утащил к окну и, воровато оглядевшись, доверительно сообщил:
- Близнецы от тебя в восторге. Они собираются сделать тебе предложение встречаться, и будут не против поцелуев или чего посерьезнее, - подмигнул этот... ушастый гад!
- Ты с ума сошел! Я человек, а они эльфы! - зашипела я на приятеля. - Как хорошо, что мы сидим в разных концах стола.
- Не переживай, братья уже договорились с тем чопорным троюродным дядюшкой, который буравил тебя взглядом. Теперь они будут сидеть рядом, - довольный собой, эльф ушел к гостям. На пороге столкнулся с вернувшимися близнецами и заявил так, чтобы я услышала:
- Она всё знает.
Уши мальчишек приобрели свекольный оттенок, я тоже залилась краской и отвернулась к окну, рассеяно почёсывая Малыша за ушами. Те самые парни, которые караулили нас на крыльце, которым я показывала язык в холле. Которые не близнецы вовсе, а до неприличия похожие погодки (что в принципе редкость для эльфов), но это прозвище намертво к ним прилепилось. Ужас, как мне теперь сидеть с ними?!
Оказалось, молча. Мальчишки, каждому из которых не меньше ста шестидесяти лет, отчаянно смущались. Бледнели, краснели и шли пятнами. В итоге мне это стало смешно - ну сколько им, и сколько мне! И остаток вечера я развлекалась, украдкой строя им глазки, прикусывая губы и "нечаянно" задевая ближайшего обормота то локтем, то ногой под столом. А под конец осмелела на столько, что потянулась за печеньем и коснулась парня грудью. Эффект был сногсшибательным, в прямом смысле слова. Эльф поперхнулся и больше не рискнул взять ни крошки, а, уходя из-за стола, запутался в собственных ногах. Хозяйка посмотрела на меня с укором, мол, довела мальчика. А я благодарно улыбнулась Лари. Без его выходки развлекались и доводили бы меня близнецы!