Страница 2 из 2
На Тортуге Олоне познакомился с флибустьерами – местной разновидностью морских разбойников. Флибустьер – слово французского происхождения. Французы называли флибустьерами (flibustiers) морских разбойников Карибского моря, которые из своих убежищ, расположенных на островах Тортуга, Эспаньола, Ямайка и пр., совершали нападения на испанские корабли и поселения в Америке. Впервые этот термин появился во французском языке в 30-е годы XVII века в результате контактов французских пиратов с их голландскими и английскими «коллегами» по ремеслу. В нидерландском языке слово vrijbuiter означает «вольный добытчик»; в XVI–XVII веках его применяли не только по отношению к пиратам, но и к корсарам, сухопутным разбойникам, солдатам-наемникам. Такое же значение имело английское слово freebooter.
Обосновавшись в первой трети XVII века на «ничейных» или пограничных землях Антильского архипелага, флибустьеры промышляли пиратством, никому не подчиняясь и руководствуясь своими собственными законами и обычаями. Их ряды постоянно пополнялись за счет лиц, участвовавших в колонизации Вест-Индии: матросов с торговых, военных и корсарских кораблей, контрабандистов, уволенных или бежавших со службы солдат, разорившихся мелких дворян, фермеров, лесорубов, ремесленников и крестьян, беглых или отслуживших свой срок кабальных слуг, несостоятельных должников, буканьеров, беглых каторжников, а также индейцев ряда племен Центральной Америки, враждовавших с испанцами.
Для легализации своей деятельности флибустьеры приобретали у губернаторов английских и французских колоний каперские свидетельства[6], получая, таким образом, статус каперов (англичане называли их приватирами, т. е. «частниками», а французы – корсарами). Но, какими бы благозвучными именами они не прикрывались, для испанцев эти искатели легкой наживы всегда были ворами и пиратами.
Первые походы
Все свои экспедиции к берегам Испанской Америки Франсуа Олоне предпринимал с острова Тортуга. Расположенный примерно в десяти километрах к северу от Эспаньолы, недалеко от входа в Наветренный пролив, остров вытянулся с востока на запад на 37,5 километра, имеет ширину до 7 километров и площадь около 300 квадратных километров. Наивысшая точка – Морн-Монд – находится на высоте 464 метра над уровнем моря. Рек на Тортуге нет, родников и ручьев мало. Поэтому в колониальную эпоху жителям нередко приходилось запасаться дождевой водой, без которой они рисковали умереть от жажды.
Благодаря своему стратегически выгодному положению Тортуга с 1630 по 1663 год была настоящим «яблоком раздора». За обладание этим скромным клочком суши ожесточенно боролись англичане, испанцы и французы, пока он окончательно не перешел под власть французской короны.
Французская карта острова Тортуга, XVII век.
Во времена флибустьеров на Тортуге, на ее южном берегу, постоянно использовались две гавани – одна, более крупная, служила портом для селения Бастер; вторая, расположенная примерно в двух километрах к западу от рейда Бастера, находилась напротив селения Кайон и могла принимать только небольшие суда. Главный проход на якорную стоянку Бастера лежит между двумя песчаными банками, из которых более крупная тянется в восточном направлении, к мысу Масон. Этот проход называют Гран-Пас, его ширина составляет порядка 150 метров. Второй проход, лежащий западнее, расположен между отмелью и побережьем острова и именуется Пти-Пас; он имеет ширину около 75 метров. Во время прилива обе банки покрываются водой, а при отливе обнажаются на входе.
При доминирующих восточных и северо-восточных ветрах суда водоизмещением до 100 тонн могли входить на рейд Бастера через Гран-Пас, а выходить – через Пти-Пас. Согласно анонимному мемуару, датируемому примерно 1663 годом, рейд имел 700 метров длины и 400 метров ширины; он мог вместить до двадцати пяти небольших кораблей и столько же барок.
Мы не знаем, когда именно Франсуа Олоне ступил на стезю морского разбойника. Очевидно, это случилось в конце 50-х или начале 60-х годов XVII века. По словам Эксквемелина, Олоне дважды или трижды участвовал в походах против испанцев в качестве рядового члена флибустьерского братства, однако ничего не говорит о том, кто был его «крестным отцом». На этот счет можно строить лишь предположения. Из французских и английских документов известно, что среди капитанов флибустьеров, часто бросавших якорь в гавани Бастера, были Пьер Большой, Диего Мулат, Клострэ, Филип Бекель, Ричард Гай, Давид Маартен, Жан Моро и Антуан дю Пюи (последний в 1662 году командовал пинком[7] «Тортуга», принадлежавшим сьёру дю Россе, и прославился налетом на кубинское поселение Пуэрто-Принсипе). Франсуа Олоне мог проходить «пиратскую практику» с любым из перечисленных выше пиратских вожаков. Более того, его наставником на разбойничьем поприще мог быть капитан, имя которого вообще не зафиксировано в документах того периода.
Предполагают, что около 1662 года губернатор Жереми Дешан дю Россе рискнул доверить Олоне командование небольшим корсарским судном, но после захвата нескольких призов[8] он потерял этот парусник. Преемник дю Россе, его племянник Фредерик Дешан де ла Плас, дал капитану Олоне другой корабль и снабдил его каперской грамотой. «Как раз в это время шла война между Францией и Испанией», – утверждает Эксквемелин, однако это не соответствует действительности. Франко-испанская война 1635–1659 годов закончилась Пиренейским миром еще до того, как месье де ла Плас стал управлять Тортугой (он исполнял обязанности губернатора с 1662 по 1665 год).
Некоторые исследователи допускают, что в 1662–1663 годах Франсуа Олоне мог посещать также Ямайку и получить от местного губернатора английское репрессальное свидетельство[9]. В списке иностранных корсаров, посещавших Порт-Ройял и имевших репрессальное поручение от лорда Виндзора (конец 1663 года), упомянут некий флибот[10], вооруженный девятью пушками, с экипажем из восьмидесяти французов; хотя составитель списка не назвал имени капитана, он заметил, что данное судно принадлежало губернатору Тортуги. Кроме того, имеются данные о том, что флибустьеры Тортуги нередко покупали у местных губернаторов португальские каперские свидетельства. Португалия вела революционную войну против Испании с 1640 по 1668 год, и португальская корона охотно выдавала каперские лицензии не только отечественным, но и иностранным судовладельцам.
Выйдя в море, Олоне заключил со своими людьми соглашение, которое французы называли шасс-парти (la chasse-partie – «охотничье жалованье»; происходит от une charte-partie – чартер, или договор о фрахтовании судна, который у корсаров был также договором о порядке раздела добычи). В нем указывалось, какую долю добычи должны были получить капитан и команда корабля. Прежде всего, из общей суммы награбленного выделяли вознаграждение профессиональному охотнику (200 пиастров), корабельному плотнику (100–150 пиастров) и хирургу (200–250 пиастров «на медикаменты»). Из оставшейся суммы отсчитывались страховые деньги для возмещения ущерба раненым. Обычно полагалось: за потерю правой руки – 600 пиастров или шесть рабов, за потерю левой – 500 пиастров или пять рабов; за потерю правой ноги – 500 пиастров или пять рабов, за потерю левой – 400 пиастров или четыре раба; за потерю глаза – 100 пиастров или одного раба, столько же – за потерю пальца. За огнестрельную рану полагалась компенсация в размере 500 пиастров или пять рабов. Впрочем, возможны были и иные варианты. Все оставшееся делилось между командой поровну, но капитан получал от 4 до 5 долей (иногда больше), его помощник – 2 доли, юнга – половинную долю. Новичкам выделяли совсем небольшую часть, а остаток шел в общую кассу. Если капитан был владельцем или совладельцем корабля, то его доля добычи резко возрастала по сравнению с индивидуальными долями, приходившимися на рядовых участников экспедиции. Однако мы не знаем, кому в действительности принадлежал корабль Олоне.
6
Каперское свидетельство – лицензия на право захвата вражеских судов. Часть добычи капер должен был отдавать в пользу государства (как правило, королю и/или верховному адмиралу).
7
Пинк – небольшое парусное судно водоизмещением до 50 тонн, с плоским дном, выпуклыми боками и узкой кормой.
8
Призами корсары называли трофейные суда.
9
Разновидность каперского свидетельства. Репрессальная грамота давала ее владельцу «право на возмездие». Он мог нападать на вражеские суда для возмещения ущерба, нанесенного ему подданными другого государства, причем не только во время войны, но и в мирное время.
10
Флибот – трехмачтовое судно водоизмещением менее 100 тонн. Парусное вооружение было таким же, как у испанского галеона или голландского флейта.
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.