Страница 25 из 50
— Я должен, и ты знаешь это. У нас все плохо, Лена. Мне нужно собраться.
— Ты просто пытаешься разойтись как можно проще, — кричит она, вскидывая руки вверх. — Не будь таким мудаком. Если ты хочешь покончить с этим, так просто сделай это!
— Бл*дь, — рычу я. — Я стараюсь. Ты не думала, что для меня все не так просто? Боже, конечно же нет. Но так и не может продолжаться. Я пытаюсь поступить правильно, пытаюсь исправить то, что я, более чем уверен, уже сломано.
— Ты делаешь это только ради Мейси, потому что знаешь, если уйдешь от меня, я заберу ее, а ты не хочешь ее потерять. Ты не ради меня это делаешь.
Она права и не права. Основная причина — Мейси, потому что она заслуживает полной семьи, и я знаю, что Лена сделает все возможное, чтобы я не смог с ней видеться, если я уйду. Мысль о том, что я не увижу свою дочь, убивает меня, разрывает на части. Но, кроме этого, я не хочу, чтобы Лена ненавидела меня. Я хочу убедиться, что между нами что-то осталось, мы оба заслуживаем второго шанса.
— Ты ошибаешься, — возражаю я. — Я делаю это ради вас обеих.
Она качает головой.
— Если ты поедешь, тогда езжай, но не думай, что я буду ждать тебя.
— Черт, Лена, ты хочешь разойтись? Это то, чего ты хочешь? Если так, давай решим все сейчас, и нам не придется дальше терпеть все это дерьмо. Я не могу сам все делать, если ты не хочешь. Если ты хочешь со всем покончить, так бл*дь заканчивай.
Ее глаза раскрываются от удивления, и она быстро трясет головой.
— Я не хочу заканчивать. Я просто... просто...
— Я понял, — говорю я, полностью понимая ее колебание. — Поэтому ты должна отпустить меня. Это только на несколько месяцев. Это поможет нам.
Она смотрит на меня и медленно кивает.
— Хорошо, — говорит она, ее голос уставший и мягкий, как и мой. — Хорошо, Нейт.
Глава 16
Эйвери
Месяц спустя.
— Нет, Эйвери, — отрезает Джейкоб, ударяя кулаком по столу. — Ты не поедешь. Я сказал нет, и разговор окончен.
Я скрещиваю руки на груди, сердце болит из-за множества причин. Первая, потому что за последний месяц я стала так ненавидеть Джейкоба, как никогда раньше. Вдруг все, что он делает стало неправильным, он неправильный. Он не Нейт. Я ненавижу себя за это. Второе — я скучаю по Нейту. Так сильно скучаю. Прошел месяц, и я знаю, что он поехал на национальную гонку. Без него все не так.
Я потеряна.
— Ты не можешь указывать, что мне делать, — говорю я Джейкобу ледяным тоном. Я холодею к нему с каждой неделей.
— Я могу указывать тебе, что делать, потому что без меня и твоего отца, ты никогда не сможешь справиться.
Я спросила у него, могу ли я поехать с Келли на его следующие соревнования в Квинсленд, Австралию. Он не собирался меня отпускать, особенно с Келли. Я заявила ему, что поеду в любом случае, но он отказывает мне, а без его денег или денег отца, я не смогу себе это позволить. Это обидно. Мы в отношениях, и он может мне указывать. Он принимает все решения и, если он говорит нет, так оно и будет.
— Почему это такая проблема?
Он смотрит на меня так, что необходимость в объяснениях отпадает.
— Потому что мне не нравится Келли, и я не доверяю ему. Как бы ты себя чувствовала, если бы я поехал куда-то с другой женщиной?
Я вздыхаю, потому что он, возможно, прав. Может, я просто ищу способ сбежать.
— Отлично, Джейкоб, если тебе это не нравится, я не поеду.
Он кивает, расправляя плечи.
— Мне не нравится это, и ты останешься здесь. Сейчас я иду на работу. Буду поздно и отведу тебя на ужин.
Я киваю и смотрю, как он разворачивается и уходит. Почему я чувствую, будто мое сердце с каждым часом все больше разрывается на части?
***
Он не приехал и не забрал меня на ужин. Нет, я получила сообщение о том, что он будет работать допоздна.
Приедет, займется сексом и уедет — его расслабление после рабочего дня.
И я решила сделать единственное что имеет смысл. Я нашла бутылку водки, вышла на террасу и начала пить. Я много не пью, повода нету. танцы занимают много сил и времени, и диета достаточно строгая. У меня нет какой–то особо строгой диеты, как у профессиональных танцоров, но и позволить себе набирать вес я не могу.
Поэтому алкоголь редко употребляю, и он сразу ударяет мне в голову.
Сейчас я смотрю на свой телефон и отчаянно пытаюсь уговорить себя, что писать Нейту не совсем нормально. Ненормально хотеть узнать, как он. Ненормально даже думать о нем. Он ушел, ушел из-за меня. Сообщение может сделать только хуже, но мне нужно знать. Я должна убедиться, что он знает, что я хочу, чтобы мы смогли снова стать друзьями.
Но это не то, что я печатаю. Я пытаюсь набрать сообщение шесть раз, удаляю и кричу, потому что ничего не выходит. И я очень жалею о том, что именно отправила. Это выглядит как сообщение от маленького глупого подростка, который не понимает намеков. Я не должна была ничего отсылать, вообще ничего, но мои пьяные мозги не совсем соображают.
Эйвери: Я знаю... Знаю, что меня не должно волновать... я... я не могу перестать думать о том, что произошло и ... ну... черт... Хочу, чтобы ты знал — я скучаю по тебе, Нейт. Просто скучаю по тебе.
Я швыряю телефон на крыльцо и опускаю голову на руки. Что, если его жена была там? Что, если она прочтет? Когда я успела так опуститься? Когда стала женщиной, которую сама бы презирала? Когда перестала быть правильной и перешла границу дозволенного? Я предала друзей, семью и себя, но я не могу перестать хотеть то, что не могу получить.
Я ужасный человек.
Подношу бутылку водки к губам, слишком уставшая, чтобы пить из рюмки. Жидкость обжигает мою глотку и скользит вниз, и я чувствую жжение. Сердце ноет, а на глаза наворачиваются слезы. Я встаю и тащусь внутрь, падаю на диван и сворачиваюсь в клубочек. Закрываю глаза и пытаюсь забыться, пытаюсь забыть те вещи, которые не выходят из моего сердца.
Я, должно быть, отключилась, потому что обнаруживаю себя в вертикальном положении, глаза еле открываются, когда я слышу стук в дверь. Больше минуты я пытаюсь сфокусировать зрение, и, когда у меня получается, стук становится громче. Я потираю лицо несколько минут и встаю. Я не представляю, кто это может быть. У Джейкоба есть ключи, и уже за полночь, если не позже, я даже не знаю Келли ли это или даже Лиам.
Я подхожу к двери и пытаюсь привести рукой волосы в порядок, прежде чем открываю дверь.
Я вижу Нейта.
Несколько раз я моргаю в недоумении. Нейт должен быть далеко, он не должен быть здесь. Почему он здесь? Я смотрю на него, не в состоянии сказать что-либо вразумительное. Нейт смотрит на меня, его глаза глубокие и напряженные. Он хорошо выглядит, и, кажется, что я так давно его не видела, что он ослепляет меня. Черная облегающая футболка, черные джинсы и ботинки «Док Мартенс» — идеальный. Его волосы взъерошены, и щетина на щеках и подбородке.
Он чертовски плохой парень.
— Нейт, — шепчу я. — Я думала ты уехал.
Он смотрит на меня так, будто хочет поглотить, взять всю меня и сжать в своих сильных, идеальных руках.
— Он здесь? — спрашивает он, его голос хриплый и низкий.
— Ч-что?
— Он здесь?
Он говорит о Джейкобе?
— Джейкоб? — спрашиваю я.
— Да.
— Нет, — сглатываю я.
Он делает шаг вперед и протягивает руку, заставая меня врасплох. Его ладони скользят по моим бедрам, и Нейт притягивает меня к себе, вжимает в себя. Его руки теплые и твердые, от него пахнет кофе и сигаретами. Он наклоняет голову и целует меня так страстно, что я забываю, как дышать, как думать и как чувствовать. Я теряю все, кроме него.
Он отстраняется, и я едва стою на ногах. Тыльной стороной ладони он нежно гладит меня по щеке, хоть это не характерно для него. Нейт наклоняется, и его дыхание щекочет мне ухо, когда он поворачивает голову и шепчет: