Страница 52 из 108
— Надень свою одежду обратно.
Я покачала головой.
— Я хочу трахнуть тебя, вот почему я сняла свою одежду. Ты должен попробовать. Это сделает весь опыт гораздо более приятным.
Подняв нож с покрывала, я намеренно порезала кружева на моих бедрах, позволив трусикам упасть на пол. Стоя голой перед ним, я пробормотала:
— Позволь мне раздеть тебя. Позволь мне касаться и целовать тебя. Позволь мне увидеть то, что ты прячешь под всей этой черной одеждой.
Он покачал головой.
— Это не случится. Твои синяки только исчезли. Что, если я убью тебя в следующий раз? Ты простила мне так много. Не проси меня снова причинять тебе боль.
Раздражение преследовало мою потребность, и я опустилась перед ним на колени, ползя к нему.
— Я не простила тебя. Я никогда не прощу, что ты душил меня до полусмерти. Но мне плевать, потому что ты должен мне. Ты должен мне еще один оргазм. Ты должен позволить мне попытаться и помочь тебе.
Я достигла края его кровати, и он попятился. Я встала на ноги, продвинувшись вперед.
Сохраняя то же самое расстояние между нами, Фокс пятился, направляясь к зоне отдыха у окна.
Пока мы танцевали по комнате, я принялась за свой глупый план. Мои ноги двигались к нему, когда я начала свое идиотское соблазнение.
— Работать рядом с тобой заставляет мое сердце колотиться... — я приложила палец на груди, прямо нал сердцем, — здесь.
Еще один шаг к нему.
— Говорить с тобой заставляет мое дыхание учащаться, вдыхать твой запах в мои легкие... — я прижала палец к своему солнечному сплетению, — сюда.
Фокс вел бой, на его лице отражались тысячи мыслей. С каждым шагом, что я делала к нему, я боялась, что он рассвирепеет и убьет меня, но не останавливалась.
— Смотреть на твои губы заставляет меня фантазировать о том, как ты целуешь меня. — Я провела пальцем по своему приоткрытому рту. — Сюда. — Каждая часть меня искрилась и шипела, и колола от потребности.
Фокс покачал головой, в его глазах скрывались желания, которые я не понимала.
Опустив пальцы, я потянулась к своей штанге на соске.
— Я хочу твой рот здесь. — Моя рука опускалась ниже, проходясь по цепи, мимо шрама от кесарева сечения после родов Клары, и смело направляясь между ног. — Я хочу твой язык здесь, — я ахнула, когда мои пальцы кружили по клитору.
Фокс врезался в кресло задней частью коленей. Его рука почти бессознательно сжалась на его эрекции, его взгляд жадно изучал меня.
Мое видение потемнело от похоти и разрушительного желания.
— Я хочу почувствовать тебя внутри меня. Я хочу услышать, как ты стонешь и задыхаешься, когда погружаешься все глубже.
Он тяжело сглотнул.
— Я... ты, трахни меня, Хейзел. — Его снежные глаза превратились в темно-серые, разжигая еще больше потребности в моем животе. — Я хочу тебя так чертовски сильно. Ты знаешь, как тяжело держать тебя на расстоянии, а затем ты приходишь и практически умоляешь меня погрузиться в тебя? У меня есть самоконтроль, но я не святой.
От его признания я стала еще более влажной, мое сердце взорвалось надеждой.
— Пожалуйста, Фокс. Я умоляю. Мне нужно, чтобы ты снова заставил меня кончить.
В считанные секунды он расстегнул брюки и его блестящая, твердая как скала эрекция высвободилась, только чтобы сразу оказаться в грубой, безжалостной руке.
Он сжимал себя яростно, его глаза дикие.
— Трогай себя. Заставь себя кончить.
Мои пальцы сильнее вонзились в мою кожу, принимая ту же самую боль, что причинял себя Фокс
— Я сделаю все, что ты хочешь, если это значит, что ты будешь голым и займешься со мной любовью.
Он застонал, его рука замедлилась до дразнящих поглаживаний его твердого ствола.
— Я не могу.
Закусив губу, я скользнула двумя пальцами себе между ног. Мои глаза были наполнены страстью, я выдохнула.
— Тебе нужно раздеться на какое-то время. Таков уж секс, Фокс. Соединение между двумя телами. Наслаждение от того, чтобы исследовать друг друга, касаться, гладить, лизать, пробовать…
Он прервал меня:
— Мне не нужно быть голым. — Его взгляд упал на колени. — Только здесь. — Его лицо потемнело, когда его рука демонстративно гладила. Блеск в его глазах выглядел, как будто он ожидал, что я остановлю его удовлетворение самого себя. Наклон его подбородка говорил о напускной храбрости того, как он потирал шелковистую, горячую плоть между ногами.
Я не могла отвести глаз от его члена, который уже блестел бусинками предэякулята.
— Представь, что твои пальцы — это мои пальцы. Что бы ты сделала?
Мои соски покалывало от власти в его голосе. Господство, пронизанное неопределенностью и грубым желанием.
Мои щеки покраснели от мысли о моих фантазиях. Он наблюдал за мной с таким пристальным вниманием. Мое тело не было идеальным. Я выносила ребенка. Я потеряла вес от стресса и не могла скрыть серебристые линии от растяжек снизу моего живота. Список моих уязвимых мест промчался в моей голове, накрывая меня волной возбуждения.
— Перестань думать и делай. — Фокс провел большим пальцем по головке члена, намеренно дразня меня, размазывая капли влаги.
Я двинулась вперед, пока мои колени почти не коснулись его. Мои глаза опустились к моей плоти, на его лице отпечаталось напряжение.
— Ты толкаешь два пальца, тебе нравится мое тепло, ты любишь мою влажность, — прошептала я. — Ты делаешь со мной то же самое, что и в теплице. Ты трогаешь меня так искусно. Я хочу, чтобы ты сделал это снова.
Он сглотнул. Его тело напряглось, член дернулся в его руке.
Я не могла дышать. Я не могла двигаться. Я стояла завороженная, не отрывая глаз от того, как он медленно касался своей эрекции, очаровываясь тем, как он оставил небольшую частичку контроля своей властной натуры.
Я чувствовала опасность, но также моя потребность в нем увеличивалась. Если я коснусь его сейчас, я сомневаюсь, что мои крошечные ножи защитят меня от него. Подчиниться ему было вопросом жизни и смерти.
— Что еще? — пробормотал он. — Что еще я бы сделал?
Мое тело было возбуждено, соски болезненно затвердели.
— Ты бы лизал мой клитор и пробовал, какая я влажная. Ты бы поцеловал и укусил кожу на внутренней поверхности моего бедра. — Я ущипнула свой клитор, очень-очень близко, чтобы поддаться оргазму, пульсирующему у меня в крови.
— Я хочу посмотреть, как ты рассыпаешься на части. Я хочу видеть, как ты задыхаешься и дрожишь. Я хочу, чтобы ты представила, как я погружаюсь глубоко внутрь. Жестко и быстро, принимая все от тебя. — Его голос охрип, звуча как чистый секс.
Беззастенчиво я обхватила свои груди, перекатывая свои твердые соски. Я забыла о том, что была матерью или была ответственной. Я концентрировалась только на сексуальном опасном мужчине, как будто я могла разрушить его одним словом.
Я отдала себя ему.
Я потеряла себя в грехе.
— Бл*дь, ты удивительная. Сладкая и полностью чертовски идеальная, — прохрипел Фокс, работая своим членом сильнее.
В моей крови промчалось пламя, сжигая мое лоно.
Мои глаза закрылись по своему собственному желанию. Фокс успешно опьянил меня — сделав меня захмелевшей от желания к нему. Чувствуя головокружение, я качнулась вперед, страстно желая его руки на себе.
Я любила держать все его внимание. Слишком часто его глаза были наполнены призраками и демонами, никогда полностью не сконцентрированные в настоящем.
Все с чем я согласилось, все кем я была — исчезло. Это были только я и он — мир замер. Связь между нами росла.
Дружба.
Компаньонство.
Но я хотела большего. Намного большего.
Проводя своими пальцами от груди до своего влагалища, я закричала, когда Фокс внезапно выпрямился. Его тяжелые руки опустились на мои бедра, держа меня. То, как он пожирал меня взглядом, заставляло меня потерять сознание. Он доверял мне. Он дополнял меня.
Его глаза светились белым, когда без колебаний он развел мои ноги в стороны и толкнулся пальцем глубоко в меня. Я громко застонала, дрожа от потребности.