Вертикальная вода

«А вот это уже вилами на воде писано, — подумал Сварог. — Судя по ее словам, в заговоре участвуют немало разных сил, со своими побуждениями и мотивами. А меж тем исторический опыт учит: когда такая коалиция достигает победы, очень быстро ее члены, ненадолго объединенные конкретной целью, начинают бороться всякий за свои интересы. Проще говоря, резать друг друга со всем усердием. Только этого мне еще не хватало на Таларе — гражданской войны в государстве, располагающем подводным флотом, боевой авиацией, ракетами и черт знает чем еще. А резня, и к Грельфи не ходи, может начаться очень быстро: как только они начнут обустраиваться на земле, у всякой группировки будут свои планы и соображения, как строить жизнь дальше, И заполыхает…»

— Необходимые силы и планы имеются, — сказала графиня. — Едва получив известие о смерти дэнго, мы в состоянии пустить их в ход. Пусть даже где-то мы просмотрели соглядатаев дэнго, им уже просто некому будет доносить. Как, вам такой план, лорд Сварог? Вы видите свежим глазом какие-то изъяны?

— Никаких, — сказал он, не особенно и раздумывая. — Реально и жизненно. А главное, можно провести в жизнь уже завтра…

— У вас есть оружие? — деловито спросила она. — Если нет, я бы могла…

— Нет, спасибо, — сказал Сварог. — Всего хватает. В прошлый раз они были уверены в себе: ни металлодетекторов, ни стрелков за портьерами. Думаю, и завтра будет точно так же.

— Вот и прекрасно, — графиня подала ему небольшую ми.? — Как только все кончится, позвоните по этому номёру и скажите «Тишина». И все тут же придет в движение. Плохо только, что никто не знает, где они на этот раз назначат вам встречу…

— Ничего, — сказал Сварог. — Бывали переделки и похуже, и — ничего, выбирались.

…Задумчиво глядя вслед отъезжающей машине двух крайне энергичных дам (из коих ни одна ни разу ему не соврала ни в большом, ни в малом), он подумал: на вид — тихий уголок, но какое здесь потаенное коловращение жизни…

Глава XII

И КАВАЛЬКАДЫ В ЧАЩЕ

Ну если не считать некоторых отличии в одежде, здешняя большая королевская охота практически ничем не отличалась от тех, в которых Сварог участвовал наверху. Разве что нет ни единой дамы. Все остальное знакомо до скуки: кавалькады всадников в охотничьих нарядах, на разные лады трубят егеря, псари, ловчие хищных птиц, азартно лают и натягивают поводки собачьи своры…

Сварог держался в сторонке, согласно инструкциям барона: еще один никому неизвестными дворянчик, в виде милости за какую-то услугу приглашенный на королевскую охоту. Никто не обращал на него ни малейшего внимания, разве что иные косились заносчиво. Издали он видел короля с обоими принцами — ну что же, вид вполне королевский, осанист, гордая посадка головы, тяжелая непроницаемая физиономия. Принц Хаутил — красавчик, чем-то хищным в лице напоминавший герцога Орка. И наконец Кауген, и здесь ухитрявшийся выглядеть растяпой, впервые в жизни взобравшемся на благородного охотничьего коня — не переигрывает, но держится в образе, стервец…

Все шло, как обычно — углубившись в чащобу, кавалькады очень быстро рассыпались в разные стороны: Его-то пустил гончих по следу оленя, кто-то поскакал вслед за стаей собак посерьезнее, мощных кабанятников с обрезанными ушами и хвостами, в шипастых ошейниках и наполовину закрывавших тело кольчугах, кто-то умчался с соколами с колокольчиками на лапках. Наступил момент, когда никто толком ни за кем не может следить, каждый увлечен своей дичиной.

Вскоре Сварог — кому до него было дело? — остался в полном одиночестве там, где и условился с принцем — возле глубокого бочага, окруженного огромными заплесневевшими корягами. Звук труб и рожков, заполошный лай собак понемногу стихли; и конь, наконец, успокоился, перестал прядать ушами и рваться вслед за уносившейся охотой. Закинув его поводья на одну из коряг, Сварог высмотрел себе пенек посуше, уселся и закурил, на всякий случай расстегнув верхние пуговицы камзола так, чтобы моментально выхватить пистолет. Мало ли какая новая интрига могла обнаружиться — их тут, он успел убедиться, что опят на пне…

Слева, в лесу, послышался топот копыт — один-единственный конь шел рысью. Сварог спокойно ждал, держа ругу поближе к оружию. Потом убрал: на поляне показался принц Кауген, неуклюже спешился, оглядевшись, привязал гнедого к той же коряге, что в качестве коновязи выбрал Сварог, подошел и коротко раскланялся. Сварог подвинулся, освобождая ему часть сухого широкого пенька. Принц уселся без всяких церемоний — все тот же простак на вид, чуть ли не с соломой в волосах и ясным, незамутненным взором недотепы. «Великий артист’ пропадает», — фыркнул про себя Сварог…

Принц произнес с безмятежным видом:

— Тысячу раз простите, но мне крайне важно прежде всего прояснить одно деликатное обстоятельство… Вы, часом, не питаете ко мне злобы за ту историю с королевой Сегура? Вы же сами видели, она ушла со мной по своей воле…

— Не питаю, — кратко ответил Сварог.

— Рад слышать. Я боялся, что это может осложнить наши деловые отношения… а время меж тем поджима ет…. — он глянул на Сварога как-то незнакомо, цепко. — Вы готовы уже завтра перестрелять дэнго/или у вас свои планы?

Сварог с очаровательной улыбкой ответил:

— Да мне как-то, знаете, все равно. Ну, а Восемь Семейств? Обычай мести и все такое?

Принц жестко сказал:

— Можете быть уверены: о них позаботятся моментально, едва все… произойдет. Все подготовлено! И не только это.

«Интересно, — подумал Сварог. В точности повторение слов графини — и ведь он не врет…, О двух акциях пойдет речь или об одной? Не исключено, что как раз доверенные лица принца и действуют среди Золотых, Волчиц самого-то его графиня искренне считает никчемным простаком.

— Давайте внесем полную ясность, — сказал принц, — Это у дэнго какие-то грандиозные планы на земле, пусть и не на самое близкое будущее. А я… Нет, я честолюбив, но не хочу впутываться в достаточно сложный) как я понимаю, механизм земной жизни: Я хочу быть обычным земным королем, таким же, как прочие — императорские балы, охоты, стократ превосходящие размахом наши, все прочее… Собственно, мне не так уж и много нужно от жизни. Завоевательных порывов полностью, лишен. Верите?

— При чем тут вера? — пожал плечами Сварог. — Я просто знаю, что вы мне сейчас не врете.

— Да, я слышал краем уха об этой вашей способности… кстати, очень полезная для королей способность. Ей интересно, нельзя как-то научиться?!

— Увы, нет, — с тенью злорадства сказал Сварог. — На это способны только лары.

— Жаль… — сказал принц. — Вам понадобится оружие?

— Нет, спасибо. Своего достаточно. Одно слегка беспокоит: представления не имею, где они намерены завтра назначить мне встречу. Придется работать в незнакомом месте, а это всегда чуточку усложняет задачу…

— Ну почему же в незнакомом? — сказал принц где-то даже весело. — Встречу они вам назначат в том самом моем загородном дворце, где вы уже несколько дней имеете честь обитать. Как уже случалось несколько раз, — он заулыбался еще веселее: — Дворец растяпы и простака принца Каугена — последнее место, которое можно связать с заговорами и тайнами. Весь Токеранг знает, что там исключительно пьют, блудят и прожигают жизнь, как могут… Ну что, это облегчает дело?

— Безусловно, — сказал Сварог. — Как насчет стрелков за портьерами и других мер предосторожности?

— Никаких, — уверенно сказал принц. — Они чуточку расслабились и считают, что у меня, болвана, совершенно безопасно, — он чуть посерьезнел. — Конечно, среди моих, гвардейцев и лакеев могут оказаться их люди, даже наверняка, но вряд ли в особенно уж большом количестве. Да, и я предпринял кое-какие меры — буду держать поближе тех, кому доверяю полностью. Я, конечно, не умею, подобно вам, отличать правду от лжи, но есть всякие проверки… В общем, когда все начнется, мои люди займут ту самую часть, замка. А что до Восьми Семейств — как я уже говорил; все готово… — он словно расслабился на миг, произнес мечтательно: — Ключи от Машины Последнего Дня, все восемь… У кого они в висят на шее, тот и будет владыкой Токеранга. Вам, право, не понять, вы здесь пришелец…