Страница 13 из 20
Африканец тоже пытался залезть на стену и, поначалу Это ему удалось, но через минуту он сорвался и был атакован сразу несколькими рыбинами. Он бултыхался возле стены, едва успевая отражать следовавшие одна за другой атаки сравнительно небольших акул. Мари наблюдала за всем этим, прилепившись, как муха к стене. Сергею было не до этого, он тоже отбивался от наседавших хищниц. Вдруг над африканцем открылась огромная пасть большой белой акулы. На мгновение он исчез из виду, а вода вокруг того места, где он барахтался, приняла розовый оттенок. Через секунду он сумел вынырнуть, размахивая руками и отчаянно крича, а потом пропал навсегда, и никто его больше не видел.
На минуту новая жертва отвлекла хищниц от Сергея и американцев, потому что рыбы поплыли на кровавое пиршество в надежде ухватить лакомый кусочек. Передышка была кстати. Сергей отплыл от Мари на несколько метров и, нащупав ногами камни, встал, прижавшись спиной к стене и отдыхая от бешеного заплыва. Уровень воды все понижался. Там, на дне озера, открылась какая-то дыра, в которую уходила вода. Вдруг грот снова задрожал, а в дальнем конце озера, ближе к решетке, на поверхности! образовался большой водоворот. Уровень воды стал понижаться еще быстрее. Чавкающие звуки наполнили воздух грота. Американцы выбрались на показавшиеся из воды камни, а Сергей стоял в воде уже по пояс. Мари отпустив, рукоятку ножа, спрыгнула вниз и судорожно стала грести к Сергею. Японец тоже спустился пониже и, раскачавшись на своей веревке, прыгнул в воду возле стены, где было помельче.
Уже показался проем широкого акульего хода, и по всему периметру озера у стен оголились камни. А самая середина еще больше кишела акулами. Мари насчитала восемь плавников. Видимо, тварям стало тесно, они сбились в кучу, не подплывая к людям и опасливо сторонясь бурного водоворота. Находившийся ближе всех к акульему ходу китаец прыгнул со стены и, размахивая руками, по пояс в воде пошел к оголившимся камням. Он кричал и показывал в сторону решетки, а когда все пригляделись, то увидели невообразимое.
Из того же коридора в сильно обмелевшее озеро стал выплывать огромные зеленые крокодилы. Акулы, почуяв появление непрошенных гостей, забеспокоились и, не дожидаясь нападения, стали атаковать сами. Рев разрываемых на части рептилий повис во влажном воздухе грота. Началась невиданная бойня, которую трудно представить. Акулы, отрывая крокодилам лапы и хвосты, бешено кружили в смертельном танце, но и им доставалось не меньше. Огромные пасти рептилий хватали их за тела и, закручиваясь винтом, вырывали здоровенные куски белого окровавленного мяса. Вода в озере стала багровой, казалось, что в нем происходит битва гигантов. Пасти, хвосты, лапы и плавники с неимоверной скоростью хаотично мелькали по все уменьшающемуся зеркалу водоема. Гул, рев, шлепанье, бульканье и еще черт знает какие звуки разносились и усиливались каменными сводами «Огромного грота». Оцепенев от ужаса, завороженные размахом смертельной битвы, люди, позабыв о своей безопасности, беспомощно наблюдали кровавую вакханалию. Рыбы и рептилии сошлись в адской схватке не из-за вездесущего чувства голода или страха. И те и другие были запрограммированы на убийство друг друга или кого-то третьего. Главное не быть убитым самому. Рептилий становилось все больше, а акул все меньше, все меньше становилось и воды. Уже оголились широкие полосы камней по трем сторонам грота, и эпицентр побоища сместился прямо в водоворот к здоровенной, ржавой, поросшей водорослями решетке. Уже полностью осушился акулий ход, который можно было назвать и крокодильим. Осушился и опустел. Вся живность собралась на дне озера. Места стало так мало, что были видны только спины, хвосты и головы дерущихся животных. Остатки воды превратились в кровавую жижу. Люди спустились с камней и, подойдя поближе к побоищу, вглядывались в кишащую смрадную муть. Изуродованные акулы и крокодилы из последних сил набрасывались друг на друга. Некоторые рептилии пытались выбраться на каменный берег. Огромный крокодил вынырнул прямо у ног Жана и, грозно открыв пасть, перебирая мощными лапами, медленно направился к нему, но ему в бок вонзила свои острейшие зубы большая белая акула, и рванула его обратно в воду. Но в это мгновение еще один крокодил, схватил эту акулу за хвост, начал быстро вращаться вокруг своей оси. Все три твари забились в агонии, не в силах разжать судорожно сведенные челюсти. Поднялась туча брызг. Жан сначала попятился и, споткнувшись о камень, чуть было не упал, но потом опомнился и, вскинув огнемет, полоснул ревущей струей по пожирающей друг друга троице. В огне были видны последние бешеные рывки подыхающих гадов. На мгновение все затихло, но через секунду их же сородичи бросились доедать свежеподжаренное, еще дымящееся мясо, утянув их останки в мутную воду.
Вдруг под озером что-то загудело, завибрировало так, что весь грот опять заходил ходуном. Посередине небольшой лужи, остатков озера, вздулась и лопнула шапка большого воздушного пузыря. Вода стала уходить, обнажая ровные каменные стены, окаймлявшие дно. Мари представила себе перевернутую пирамиду с дыркой вместо вершины, и в эту самую дыру утекало озеро. Они с Сергеем подошли поближе, чтобы посмотреть, что происходит внизу, но дно озера было скользким, и ходить стало опасно. Некоторые рептилии пытались вылезти по гладким наклонным стенкам чаши, но, безнадежно шкрябая лапами по скользкому камню, сползали вниз.
Там, внизу, образовалась груда осыпавшихся камней, перемешанная с копошащимися еще акулами и крокодилами и останками их сородичей. Вдруг под иолом заработал какой-то механизм, кровавая каша колыхнулась и густой волной покатилась в сторону акульего хода. За первой волной пошла вторая и третья, а уровень жижи все уменьшался. Через секунду обнажились ребра огромного червячного механизма, который гнал эти волны.
– О, черт, это мясорубка! – в ужасе выдавила Мари. Сергей пристально взглянул на нее и, резко схватив за руку, дернул на себя так, что девушка чуть не упала, а сам выхватил кольт и четыре раза выстрелил в голову незаметно подползшего аллигатора. Тот дернулся и замер. Мари ахнула но, поняв, в чем дело, благодарно кивнула Сергею.
Парни на том берегу заулыбались и показались кулаки с большим пальцем, вздернутым вверх.
Названия «тот берег» и «этот» стали символическими, потому что можно было посуху перейти с одного на другой, обогнув чашу с дальнего от акульего хода края. Но никто не спешил менять местоположение, только китаец Ян встал на краю огромной мясорубки прямо напротив решетки и наблюдал, как червяк гонит огромные волны на здоровенные, медленно вращающиеся стальные ножи. Это была действительно самая настоящая мясорубка, но таких гигантских размеров, что представить себе ее не видя, было тяжело. Она рубила все: камни, тела акул, крокодилов и останки тел людей. От ее чудовищной мощи захватывало дух.
Сергей, взглянув на Мари, обошел убитого крокодила и, взяв его за хвост, подтащил к краю воронки и толкнул туда, чтобы он соскользнул вниз. С первого раза у него не получилось, и ему пришлось двинуть ногой по голове этого «зеленого бревна». Туша качнулась и плавно поехала вниз, в кишащее полумертвыми тварями кровавое месиво.
Воздух пропитался одурманивающим запахом. Люди в оцепенении наблюдали за умопомрачительной агонией обреченных на смерть убийц. Неимоверный рев стоял в воздухе «Огромного грота». Кровь стыла в жилах, а лабиринт смерти продолжал свою чудовищную работу.
Громовой голос Майкла разносимый по всему гроту мощными репродукторами, отвлек их от магически завораживающего зрелища.
– Сергей! Парни! Вы меня слышите? – Голос его дрожал. – Мы знаем все, мы видели все, что произошло. Это чудовищно, но поймите нас, мы не могли вмешаться раньше, просто не могли.
Все, удивленные услышанным, обернулись к телекамерам.
– Парни, вы меня хорошо слышите? Если да, то подайте знак… – Майкл от волнения запинался.
Сергей и Мари переглянулись и подняли руки, то же сделали и остальные.