Страница 84 из 157

Дружба. Выпуск 3

Фучик Юлиус, Гансовский Север Феликсович, Гаврилов Дмитрий Анатольевич "Иггельд", Погодин Радий Петрович, Шим Эдуард Юрьевич, Вахман Вениамин Лазаревич, Гнеушев Владимир Григорьевич, Голубева Антонина Григорьевна, Никулин Юрий Владимирович, Туберовский Михаил Дмитриевич, Давыдов Сергей Давыдович, Кузнецов Вячеслав, Колосов Михаил Макарович, Котовщикова Аделаида Александровна, Амусина Розалия Михайловна, Озимов Игорь Васильевич, Меркульева Ксения Алексеевна, Иванов Владимир Николаевич, Талунтис Эдуард, Михайлов Рафаэль Михайлович, Райнис Ян, Серова Екатерина Васильевна, Минчковский Аркадий Миронович, Валевский Александр Александрович, Демьянов Иван Иванович, Жестев Михаил Ильич, Азаров Всеволод Борисович, Воскресенский Сергей, Дубянская Мария Марковна, Земская Милица Измайловна, Никитина Тамара Александровна, Вечтомова Елена, Шумилин В. А., Пименов Ю., Белов П., Андреева (1) Екатерина Алексеевна

Г. Первышев

В кино

Ю. Пименов

Поход

М. Земская

Амед

«Это беркут взмахнул над пустыней крылом,

Это сердце, горящее правды огнем.

Это песня о брате далеком моем».

Амед вдруг начал поспешно застегивать клапаны палатки.

— Ты что, Амед? И так уже темно. Как же я чертить-то буду, на ощупь?

— Э, апа́,[8] джин идет. Нужно окна мала-мала закрывать.

— А джин — это смерч или что?

— Джин — это… чорт, по-вашему, ападжан!

— Что-то ты хитришь, Амед. Шайтан же — это чорт, а джин что, по-нашему, дух. Так я говорю?

— Э, апа́, что джин, что шайтан — одна организация.

Амед умел находить выход из положения.

Русские слова он произносил с певучей восточной интонацией, забираясь в конце фразы на самые верхи, почти воркующие, и наклоняя голову то влево, то вправо. Говорил весело, много, а иногда до того иносказательно, что я понимала его только на другой день.

Но на этот раз не пришлось долго задумываться над тем, что он имеет в виду. Вихрь рванул палатку с такой силой, что несколько кольев выскочило из своих гнезд и вся подветренная сторона палатки взвилась, как вымпел, по столбу, забитому в ее центре.

— Держи большой столб, держи, Амед! Рухнет сейчас.

Но Амед, поймав в воздухе край брезента, рухнул сам на землю и придавил его тяжестью собственного тела.

Теперь центральный столб был спасен, а вся палатка гудела, выла, пищала и скулила, как целый зверинец.

Даже сквозь плотный двойной брезент сочился то струнками, как сквозь решето, то сплошным потоком песок, самый мелкий и потому особенно назойливый.

Лицо Амеда — словно в замшевой коричневой маске, но он всё-таки улыбается:

— Сейчас пройдет. Айда-айда! — торопит он вихрь, указывая ему дорогу в сторону Афганистана.

Апа́ (туркм.) — сестра — обращение к женщине с оттенком уважения.