Туманный рассвет

- Я буду тренировать первые восемь групп, Зои остальные семь, - раздался баритон Мерва. – Возможно через неделю, а может и завтра, но в каждой группе появится лидер. Это выявят наши специальные тесты, но об этом и многом другом интересном чуть позже. Не всё сразу.

- Ты что, серьёзно!? – перебил его голос Киры.

О, нет.

- Что? – прошипел Мерв, подойдя вплотную к нему.

- Чему ты можешь нас научить? Тебе лет-то сколько?

-  Сто. Отжиманий, – холодным тоном скомандовал Мерв.

Я так и видела взлетевшие от удивления брови Киарана. Вызов. Для него, спортсмена, сто отжиманий было разминкой. Он со вздохом опустился на пол и начал выполнять приказ. Но тут Мерв поставил свою левую ногу между лопаток Киры, и довольно ухмыльнулся.

- Эй! – пыхтел Кира.

- Ещё пятьдесят.

Ну же, давай, ты сможешь… Мысленно твердила я, будто бы меня могли слышать. Я видела, как ему тяжело. Часть меня хотела завопить от несправедливости, а другая хотела пуститься в пляс от радости. И я продолжала стоять, сжав челюсти в слишком палевном оскале.

- Сто двадцать один… - вела подсчёт Зои с явным наслаждением. - Сто двадцать два, а нет, не считается…

- Сто пятьдесят. Наконец-то, не прошло и года, – зевнув, сказала Зои.

Киаран встал.

- Кажется, ты что-то спрашивал? – съехидничал Мерв.

- Ничего, сэр, - сквозь зубы еле слышно процедил раскрасневшийся Кира.

- Не слышу…

- Ничего, сэр!

- Вот и чудесно. Ещё вопросы есть? – обратился он уже к остальной аудитории.

- Никак нет, сэр! – хором проскандировали мы.

3.

Шёл третий круг Ада.  Я попала в число тех, кого тренировал Мерв. Ха, тренировал - это ещё мягко сказано. Два дня назад, когда начались тренировки, я в прямом смысле слова в конце дня ползла в свою комнату. Нет, конечно, сначала я пыталась держаться гордо, в то время как остальные даже не предпринимали попыток выползти из подвала. Но на полпути, я, растеряв всё своё жалкое самообладание, облокотилась о стену, и, убедившись, что вокруг нет ни души, медленно-медленно, из-за саднящих мышц, сползла по стене на пол. И поползла. Все мышцы ныли, все, даже те, о существовании которых я и не подозревала. В ступни словно болты вкрутили, даже волосы и те, болели. Хвала богам, до комнаты оставалось каких-то восемь метров. Сил не было даже подняться и лечь в кровать, поэтому я так и уснула на прохладном полу, в мокрой насквозь от пота, одежде.

Вот уже третий день: подъём в пять тридцать, под какую-нибудь тяжёлую рок-композицию, хотя лично я против этого ничего не имею. Потом ты быстренько одеваешься, приводишь в порядок постель и несёшься, сломя голову в ванную. Кроме тебя, туда спешат семьдесят четыре человека, и это мне ещё повезло, так сказать. Потому что на других этажах, живут по сто человек. Здание состоит из множества корпусов, поэтому один из них, а именно четыре его этажа, выделили под наше так сказать общежитие. Хоть и на каждом этаже присутствует ванная комната подобная моей, от этого не легче. Но я радуюсь! Кто знает, может, за его стенами у меня не было бы и возможности помыться. Так вот, если ты успел, ты молодец. Ну а не успел… Сами понимаете. На всё про всё полчаса. Далее по расписанию завтрак. После него в первый день мы, кроме тренировок, развлекались на ферме. Кормили скот, чистили за ним, чистили саму скотину… Самым смелым и небрезгливым выпала удача забить некоторых бедняг нам на ужин. Все девчонки из моей группы, и несколько парней были весьма удивлены, когда я схватила курицу и отрубила ей голову, даже не моргнув при этом. Потом я схватила ещё одну, и ещё. Я уже не на шутку разошлась, когда чья-то дрожащая рука опустилась мне на плечо.

- Ты такая… Хладнокровная. - Пролепетал худющий паренёк в очках.

- Бессердечная! – послышалось где-то в толпе.

Но, какого было моё разочарование, когда мне не дали заколоть свинью. Потому как все уже были в соплях и слезах. Я им понимаешь ли на ужин белок добываю, а они ещё и недовольны. Неблагодарные. Худенькая девочка кровожадно, с лёгкостью серийного маньяка расправлялась с тушками животных, в то время как так называемые «качки» с тайком, от мамы, сделанными татуировками стояли со слезами на глазах. Тьфу! Глаза б мои не глядели. Я и не удивлена, что полпланеты вымерло.

- Так-к же не-л-льзя! – заикаясь от слёз сказала девушка, вытерая тыльной стороной руки от слёз глаза. При этом в ноздре у неё надулся пузырь соплей. Гадость.

- Я большую часть своей жизни прожила в деревушке у бабушки с дедушкой, у которых было очень много разнообразной живности. Добывать себе таким образом пищу для меня в порядке вещей! – вопила я от злости на них, на себя и на всё вокруг.

Вчера, мы были кто на огороде, кто в поле. Сажали, сеяли, поливали, пололи, и всё в этом духе. Сегодня у нас по расписанию сад и цветники. На это у нас строго отведённые  два часа утром после завтрака, три часа днём и час вечером. От звонка до звонка. Тренировки у нас занимают пять часов. Из личного времени у нас остаётся полтора часа, плюс минут по двадцать-тридцать отдыха в течение дня. Отбой в десять. Итак, в планах у нас ещё мини-фабрика по изготовлению одежды, изучение точных наук, день творчества и... Нет, не выходной, к сожалению, не долгожданный выходной, который я с превеликим удовольствием потратила бы целиком и полностью на сон, а целый грёбанный день в подвале. Они смерти моей хотят. Зато после этого у меня уже точно будет выходной. Если доживу. Казалось бы, ну что там делать-то целый день? Наверное, Мерв-Мистер-Я-Весь-Сам-Из-Себя приготовил нам подарок. Разумеется жуткий подарок.

Итак, сегодняшний подъём мне дался нелегко, но лучше вчерашнего.  На счёт следующих двух пунктов я даже и не парилась. Кровать-то заправлена ещё со вчерашнего утра, а в душ я доковыляю как-нибудь потом. Но одно я знаю точно – не сегодня. Переодевшись, и взглянув в строенное зеркало в шкафу, я убедилась окончательно и бесповоротно, что лучше я выглядеть уже точно не буду, и походкой Эра направилась за мозгами.

Как оказалось, я одна из немногих, кто нашёл в себе силы и добрался до столовой.

Правило номер два: еда – превыше всего.

Я выбрала себе геркулесовую кашу, с чёрной и красной смородиной и посыпанной сверху сахарной пудрой и гранатовый сок. Тот, кто составляет нам меню – извращенец и это, чёрт возьми, мне начинает нравиться! Каша оказалась на удивление очень вкусной.

Здесь, кроме меня было человек сорок, не больше. Все сидели с кислыми минами, и вяло вазюкали ложками по пустым тарелкам. Тянули время. Я также никуда не спешила. Ну, кто же по собственной воле пойдёт работать? Я тоже не сдвинусь с места, пока за нами не прибежит кто-нибудь из этих двоих маньяков, и с пеной у рта не будет орать на нас, стоя в дверном проёме. Не успела я закончить начатую мысль, как откуда ни возьмись, появилась Зои.