Страница 34 из 37
В связи с этим давайте немного поговорим о том, как работают западные переводчики.
Начать нужно с того, что за границей переводчик достаточно престижная и хорошо оплачиваемая профессия. Синхронисты, например, в некоторых странах получают по 500-600 долларов за день работы.
Я уже говорил в начале книги о том, что статус профессии переводчика прямо связан с лингвистической образованностью общества.
У нас иностранные языки, как правило, не знают и потому свято уверены, что переводить легко - надо только
язык знать. В Европе и Северной Америке средний образованный человек (чиновник, технический специалист, бизнесмен) говорит, по крайней мере, на одном иностранном языке. Казалось бы, переводческая профессия должна быть упразднена за ненадобностью.
Однако этого не происходит и именно потому, что западные чиновники и бизнесмены на собственном опыте постигли простую, казалось бы, истину: "Для того чтобы переводить, знать иностранный язык не достаточно".
Особых доказательств своей правоты я приводить не буду, скажу только, что на переводы, скажем, тот же Европейский Союз тратит ежегодно сотни миллионов долларов.
В соответствии с высоким статусом профессии ведут себя и зарубежные переводчики. Иногда в наших глазах это даже выглядит несколько смешно.
Например, у голландских синхронистов, с которыми я как-то вместе работал, было два красных флажка с надписями "СТОП" и "МЕДЛЕННЕЕ". Как только докладчик начинал спешить, они тут же выскакивали из кабины в зал с этими флажками.
Однажды синхронисты-иностранцы отказались переводить доклад, тезисов которого не было в предварительно напечатанном сборнике.
Мне как советскому человеку это казалось и кажется странным, но, видимо, так и надо поступать, если хочешь, чтобы к работе переводчика заказчик относился с уважением.
Нашей с вами репутации наносят огромный вред жадные и неразборчивые люди, которые готовы переводить, хоть стоя на голове, лишь бы заплатили. Смею утверждать, что переводят они обычно плохо, нанося двойной вред профессиональной репутации.
Нашей репутации наносят вред и "герои труда", которые переводят по несколько часов кряду без перерыва, работают на "синхроне" без партнера. В условиях нашего ди-
кого рынка и отношения к переводу регламентация и охрана нашего труда особенно необходимы.
Я думаю, почти каждый синхронист сталкивался, например, с такой ситуацией. Во время перерыва, когда вы должны отдыхать, к вам подходит участник или устроитель конференции и говорит приблизительно следующее: "Не могли бы вы, пока вы тут свободны (!), перевести один небольшой материальчик?". И часто мы не отказываем и переводим, потому что, кроме всего прочего, нам не хватает чувства собственного достоинства.
А давайте представим себе такую ситуацию. Обеденный перерыв. Строительные рабочие расположились в уголке, чтобы "культурно отдохнуть", и тут подходит к ним некто и произносит почти такой же текст: "Не могли бы вы, пока вы тут свободны (!), разгрузить машину с кирпичом за ту же плату?" Такого смельчака и представить себе трудно, правда?
Поэтому я призываю вас объединяться и бороться за свои права, не теряя при этом чувства меры и интеллигентности, которые должны быть свойственны нашей профессии.
Теперь, разобравшись немного с нашими правами, давайте поговорим и об обязанностях, а точнее о том, как должен и как не должен вести себя переводчик.
Лучше всего в одной фразе об этом сказал Джон Ле Карре: "Good interpreters efface themselves". Вот из этого и давайте исходить - хороший переводчик должен быть не заметен - это касается и одежды, и голоса, и всего поведения. Но давайте по порядку.
Профессия переводчика, как известно, сродни профессии актера. Так же, как и актер, вы выступаете перед большой аудиторией, и то, что вы говорите, должно быть понятно этой аудитории и восприниматься легко и без усилий. Так же, как и на актера, на вас смотрит множество глаз, и желательно выглядеть соответственно. Так же, как и актер, вы должны чутко чувствовать отношение аудитории к вашим словам.
Однако существует и радикальное отличие. Актер должен уметь вжиться в роль - почувствовать себя персонажем, которого он играет, и, так сказать, имитировать поведение этого персонажа.
Переводчик же, наоборот, должен быть полностью отстранен от образа того, кого он переводит.
Для переводчика должен существовать только смысл переводимого текста, и вызвать какие-либо эмоции у слушателей (смех, негодование и т.д.) он может только за счет правильной передачи смысла, а не за счет таких невербальных средств, как жесты, интонации, тон голоса. Голос и все поведение переводчика должны быть всегда нейтральными, независимо от эмоций выступающего.
В те же застойные времена я был на одном семинаре, где представители КПСС и так называемых дружественных партий (компартий США и Англии) клеймили международный империализм. Особым пафосом отличался один американский коммунист: он то и дело срывался на крик, стучал кулаком по кафедре и т.п.
Интересно, что таким же неистовым обличителем оказался и приставленный к нему переводчик - он тоже кричал и стучал кулаком и даже опрокинул графин с водой. Смотреть на этот дуэт было, право же, смешно.
Позже, в перерыве, я услышал, как один из советских делегатов сказал переводчику: "Не знал, брат, что ты так ненавидишь империалистов!"
Некоторое послабление в отношении эмоциональности перевода можно сделать для синхронистов.
Я уже писал, что некоторые синхронисты говорят слишком громко и даже иногда жестикулируют в кабине, повторяя жесты докладчика. Вызвано это особыми условиями синхронного перевода, большим психическим напряжением переводчика.
Громкий голос и жесты - это так называемая "моторная компенсация" стресса, и синхронист часто не в силах с ней совладать. Однако вреда от этого слушателям нет - гром-
кость голоса переводчика можно регулировать, а жестикуляция в кабине не видна.
Что же касается устного последовательного перевода, то здесь переводчик должен соблюдать все требования "эмоциональной нейтральности".
Переводить нужно громко, отчетливо, но без эмоций. Особенно это относится к шуткам докладчиков. Ни в коем случае нельзя смеяться шуткам до перевода, да и после перевода лучше не смеяться, а отреагировать на шутку сдержанной улыбкой.
Не забывайте, что вы посредник и шутки предназначены не вам!
То же можно сказать и о прочих эмоциях того человека, которого вы переводите (гнев, негодование, обида), они направлены не на вас, и, более того, вы в праве их не разделять. Поэтому переводите точно, но не вкладывайте в перевод еще и свои чувства.
Нужно еще раз подчеркнуть, что переводить шутки и эмоциональную речь очень тяжело.
Во-первых, это трудно само по себе, из-за того, что юмор и эмоциональная речь идиоматичны, т.е. не воспринимаются в переводе дословно и их нужно интерпретировать в понятных для слушателя словесных образах.
Во-вторых, это сложно психологически, так как трудно не поддаться эмоциям говорящих, если они веселятся или ссорятся. Поддаваться же этим эмоциям просто нельзя -вы не сможете переводить и будете вместо этого бессмысленно хихикать или ругаться "своими словами".
Здесь едва ли можно дать еще какой-нибудь универсальный совет, кроме того, что уже сказано. Выходить из таких ситуаций каждый раз вам придется самим. Но можно дать несколько рекомендаций, исходя из собственного опыта.
При переводе шутки или эмоционального высказывания лучше пользоваться косвенной речью. То есть переводить, к примеру, "You, son of a bitch!", не "Ты, сукин сын!", а "Он (она) говорит, что вы сукин сын".
Как видите, косвенный перевод не только четко определяет вашу нейтральную позицию, но и не несет в себе прямого оскорбления. Может быть, вам даже и удастся погасить конфликт.