Страница 55 из 86
— Ну вот, — с раздражением воскликнула Гиза, — теперь у нас даже мяса не осталось.
— Если не считать мечтателя Финна, — добавила Рик.
Они оценивающе оглядели Финна. Вдвоем можно было бы без труда справиться с ним.
— Поосторожней! — закричал Финн. — Я все-таки последний мужчина. Вы, женщины, должны подчиняться моим приказам!
Не обращая на него внимания, они о чем-то шушукались.
— Берегитесь! — крикнул Финн. — Я сброшу вас со скалы!
— То же самое мы собираемся сделать с тобой, — заявила Гиза.
Они шагнули к нему.
— Остановитесь! Я — последний мужчина!
— Мы прекрасно обойдемся без тебя.
— Минутку! Посмотрите на Примитивов!
Женщины посмотрели. Примитивы, сгрудившись в кучу, вглядывались в небо.
— Посмотрите на небо!
Женщины посмотрели. Матовое стекло небесного свода трещало, ломаясь и скручиваясь.
— Голубое! Голубое небо прежних времен!
Яркий ослепительный свет… Теплые лучи согрели обнаженные спины…
— Солнце, — благоговейно произнесли люди. — Солнце вернулось на Землю.
Саван, окутывавший небо, исчез, солнце купалось в бескрайнем голубом море. Земля, лежащая внизу, вспенилась, затрещала, быстро тяжелея, возвращаясь в прежнее, твердое состояние. Люди почувствовали, как твердеет под ногами обсидиан, приобретая свой обычный глянцево-черный цвет. Вернулись старые времена с их ограничениями и неумолимой логикой.
— Старушка-Земля! — закричал Финн. — Мы — люди Земли! Она снова наша!
— А как же Примитивы?
— Если это действительно прежняя Земля, я им не завидую.
Примитивы замерли на небольшом холмике рядом с ручейком. Узенькая канавка, стремительно разливаясь в реку, текла по равнине.
— Моя интуиция не подвела! — закричал Альфа. — Я знал! Свобода кончилась. Снова наступают ограничения и принуждения.
— Как же нам быть? — спросил другой Примитив.
— Очень просто, — ответил третий. — Мы должны разделиться, и каждый возьмет на себя часть сражения. Я брошусь на солнце и уничтожу его. — С этими словами он припал к земле, подпрыгнул и через мгновение рухнул на землю с переломанной шеей.
— Дело в воздухе, — сказал Альфа. — Он окружает все.
Шестеро Примитивов погнались за воздухом, упали в реку и утонули.
— Так или иначе, — сказал Альфа, — я голоден. — Он огляделся в поисках подходящей пищи и добавил, прихлопнув какую-то мошку: — Голод так и не проходит.
Тут он заметил Финна и двух женщин, спускавшихся со скалы.
— Реликт, пожалуй, подойдет. Я съем одного, — сказал он. — Пошли, там на всех хватит.
Как обычно наобум три Примитива сорвались с места. Неожиданно Альфа нос к носу столкнулся с Финном и уже было собрался съесть его, но тот успел подобрать камень. Настоящий: тяжелый, твердый, острый. Наслаждаясь тяжестью булыжника, Финн швырнул его в Примитива. Альфа упал с раскроенным черепом. Второй Примитив попытался перешагнуть через трещину шириной в двадцать футов и свалился; третий уселся на землю и принялся утолять голод камнями, но через минуту забился в конвульсиях.
Финн стоял на обновленной земле и философствовал, водя рукой в разные стороны:
— Там — новый город, как в легендах. А вот здесь — животноводческая ферма.
— Но ведь ничего нет? — возразила Гиза.
— Нет, — согласился Финн. — Сейчас — нет. Но солнце вновь будет вставать и садиться, снова камни тяжелы, а воздух невесом, снова с неба льется дождь, а в реках течет вода.
Он шагнул вперед, переступив через мертвого Примитива.
— Будем разрабатывать план действий.
СИЛЬ
Пустынные северные земли в темно-красном свете заката представляли собой довольно печальное зрелище, напоминая огромное мертвое животное, из которого вытекают остатки крови. Сумерки застали Кугеля в солончаках. Обманчивый свет вечерней зари подвел его — пересекая пустоши, он сначала почувствовал под ногами сырость, потом чавкающую трясину, а теперь со всех сторон его окружали грязь, болотная трава да несколько лиственниц и ив; в солончаковых лужах отражалось свинцово-пурпурное небо.
На востоке показались пологие холмы. Кугель свернул к ним, перепрыгивая с кочки на кочку. Несколько раз, подскользнувшись, он падал в грязь и гниющие водоросли. В такие минуты его угрозы и проклятия в адрес Ииконю Смеющегося Мага достигали своего апогея.
Уже наступили сумерки, когда Кугель, едва держась на ногах от усталости, добрался до склона восточных холмов. Правда, здесь его положение не улучшилось, а скорее — наоборот. Его заметили обитающие на холмах бандиты — полу-люди — и бросились следом. Кугель почувствовал отвратительное зловоние, исходящее от них, еще до того, как услышал шаги, и, позабыв об усталости, со всех ног кинулся бежать. Бандиты неотступно следовали за ним, вверх по склону.
Впереди, на фоне сумеречного неба темнела полуразрушенная башня. Карабкаясь по обваливающимся камням, Кугель шагнул в проем, бывший когда-то дверью. Внутри башни царила тишина. В воздухе висел удушливый запах пыли и сырого камня. Кугель опустился на колени и осторожно выглянул наружу. У края развалин на фоне неба вырисовывались три нелепые фигуры.
“Странно, — подумал Кугель, — зги твари явно боятся башни. Вот только не знаю — радоваться этому или нет.”
Погасли последние отсветы заката. Кугеля не покидало ощущение, что башня обитаема. К полуночи появился хозяин — призрак в белом одеянии. На его голове поблескивала серебряная лента, с которой на длинных, так же серебряных цепочках свешивалось двадцать лунных камней. Призрак подплыл к Кугелю почти вплотную, уставившись на него жуткими пустыми глазницами, глядя в которые человек мог лишиться рассудка. Кугель вжался в стену так, что захрустели кости.
— Уничтожь этот форт, — проговорил дух. — Пока камень соединен с камнем, я должен оставаться здесь, даже если остынет земля и погаснет солнце.
— С радостью, — ответил Кугель, — но снаружи засели бандиты — они хотят убить меня.
— В дальнем конце зала есть проход. Используй хитрость и силу, а потом выполни мою просьбу.
— Скажи, а какие обстоятельства заставляют тебя быть пленником этих развалин?
— Они давно позабыты, а я остаюсь. Исполни мою волю, или я своим проклятьем обреку тебя на вечную тоску!
Кугель очнулся, дрожа от холода и сырости. Кругом лежала мгла. Дух исчез — сколько же он спал? Кугель выглянул за дверь — на горизонте уже занималась заря.
После бесконечного ожидания появилось солнце. Пылающие лучи, проникая через дверной проем, осветили весь зал. В дальнем конце Кугель заметил каменную лестницу, ведущую вниз, к пыльному проходу. Очень медленно, на ощупь пройдя по нему, он оказался на поверхности. Найдя подходящее укрытие, осмотрелся и увидел всех троих бандитов, залегших в разных местах.
Обнажив меч, Кугель бесшумно пошел вперед. Незамеченным он добрался до первой, лежащей ничком фигуры и вонзил меч в мускулистую шею. Тело полу-человека судорожно дернулось, он вцепился когтями в землю и испустил дух.
Кугель выдернул меч, вытер о шкуру мертвого существа и с той же осторожностью приблизился ко второму бандиту. На этот раз не обошлось без шума — смертельно раненый бандит отчаянно закричал от боли. Тут же прибежал третий.
Выпрыгнув из своего укрытия, Кугель ударил его мечом. Бандит пронзительно завизжал, выхватил кинжал и бросился на Кугеля, но тот успел увернуться, схватил камень и швырнул его в полу-человека. Бандит рухнул, как подкошенный.
Кугель осторожно подошел к нему.
— Ты все равно скоро умрешь. Скажи мне все, что ты знаешь о сокровище, спрятанном в этой башне.
— Я не знаю ни о каком сокровище, — ответил бандит. Лицо его исказила гримаса ненависти. — Но даже если бы оно и было, ты стал бы последним человеком, узнавшим о нем, потому что убил меня.
— Это не моя вина, — сказал Кугель. — Зачем вам понадобилось преследовать меня?
— Чтобы есть, чтобы выжить. Хотя жизнь и смерть одинаково бессмысленны. Я презираю и то и другое.