Страница 108 из 366
– Спасибо, мисс. Спасибо.
Джен не вздрогнула, не одёрнула руку; она позволила ему трясти её несколько секунд.
– Не за что.
– Ладно, – сказал он, глядя на развалины, – просто хотел посмотреть, как идёт расчистка. Пойду на свою обычную точку.
Эрик взглянул на Джен как раз вовремя, чтобы увидеть, как поднимаются её брови.
– Мемориал ветеранов Вьетнама, – сказала она.
– Ага. Я там был одним из последних. В восемнадцать.
Эрик заинтересовался.
– И вы там проводите весь день?
Старик кивнул.
– С моими друзьями.
– Другими ветеранами?
– Нет, – ответил он. – С друзьями. На стене. С их именами. Я показываю их людям, рассказываю истории о них – тем, кому нужно их услышать. Молодым, тем, кто не знает, на что это было похоже. Нельзя, чтобы люди забыли.
– Дарби, – сказала Джен. – И Дэвид. И Боб.
Старик выглядел таким уже удивлённым, каким чувствовал себя Эрик.
– И Джимбо, – сказал он. – Не забывайте про Джимбо.
Джен кивнула.
– Да, и Джимбо.
Судя по виду старика, он хотел задать Джен миллион вопросов – но потом он изменился в лице и кивнул, словно получил на них на все ответы.
– Вы хороший человек, мисс.
– Вы тоже, – ответила она, и сердце Эрика пропустила удар, когда она добавила ещё одно слово, имя – его имя, – Джек.
Джека это застало врасплох, но потом по его лицу разлилось почти блаженное спокойствие. он улыбнулся, натянул свои новоприобретённые рукавички и пошёл восвояси.
– Ты никогда его не видела, – сказал Эрик. В уме он сформулировал вопрос, но он прозвучал как утверждение.
Она покачала головой.
– Но теперь ты его знаешь.
– Так же, как ты знаешь меня.
Эрик повернулся и посмотрел назад, за Эллипс, в направлении Монумента Вашингтона.
– Как по‑твоему, почему это произошло? – спросил он.
Джен засунула руки в карманы пальто, как будто бы чтобы согреть, но тут же вытащила их и осмотрела, поворачивая так и эдак.
– Он коснулся меня, – сказала она. А потом: – Я коснулась его.
Эрик нахмурился.
– Когда Джош Латимер умер, цепочка разорвалась. Я был связан с тобой, но ты не была связана ни с кем. И поэтому…
– И поэтому мой разум начал искать другую связь, – сказала Джен.
– Но он не был первым, кто касался тебя с тех пор, как умер Латимер, – сказал Эрик.
Джен нахмурилась, вспоминая, и Эрик нахмурился тоже, изучая её память, и они оба одновременно сказали:
– Нет, не был.
Но Джен продолжила:
– Он он был первым несвязанным . Все остальные, кто касался меня – ты, Никки Ван Хаузен, профессор Сингх – уже были с кем‑то связаны.
– А оператор МРТ‑сканера?
– На нём были резиновые перчатки. И я не уверена, что он меня касался.
– Мы должны найти Джека, – сказал Эрик и двинулся на юг.
Джен протянула руку – ту, что с тату с тигром; оно было скрыто одеждой, но они оба знали, что оно там – и остановила его.
– Нет, – сказала она, снова поворачиваясь туда, где раньше был Белый Дом. – Нет, не должны.
Глава 44
«Marine One» – президентский вертолёт – сел на вертолётной площадке на крыше «Лютера Терри». Сета пристегнули к каталке и погрузили на борт для перелёта в Кэмп‑Дэвид. Его сопровождали доктор Элисса Сноу и агент Секретной службы Сьюзан Доусон; по прибытии их встречал почётный караул морских пехотинцев.
Миссис Джеррисон уже была в Кэмп‑Дэвиде. Сет настоял, чтобы его разместили в Аспен‑лодж, президентской резиденции, а не в лазарете, и его осторожно перенесли туда и уложили на королевских размеров кровати с балдахином. В камине уже гудел загодя разведённой огонь. Шторы на огромном окне были открыты, и из него открывался прекрасный вид на окрестности, пусть даже большинство деревьев – тополя, берёзы и клёны – уже давно сбросили листья.
Сет лежал в постели; его голова лежала на высокой подушке так, что он мог смотреть в огонь и думать о речи, которую собирался произнести сегодня днём.
Нужно учиться у истории, часто говорил Сет своим студентам – и иногда даже не у американской истории. В 1963 году террористическая группа под названием Front de Libération du Québec взорвала бомбы в нескольких канадских военных учреждениях и в англоязычных кварталах Монреаля. Позднее атакам FLQ также подверглись университет МакГилла, Монреальская фондовая биржа и дом мэра Монреаля Жана Драпо. Потом, в октябре 1970 FLQ похитил британского торгового уполномоченного Джеймса Кросса и министра труда Квебека Пьера Лапорта.
У Пьера Трюдо, харизматического премьера Канады тех лет, который был постоянным шипом в заднице у Джонсона и Никсона, наконец кончилось терпение. Когда его спросили, как далеко он готов зайти в борьбе с террористами, он ответил: «Сами увидите». И мир увидел, как он, применив канадский Закон о военных мерах, вывел на улицы войска и танки, приостановил действие гражданских свобод и арестовал 465 человек без предъявления обвинения.
Лапорта в конце концов нашли мёртвым: ему перерезали вены на запястьях, пустили пулю в голову и задушили, это было первое политическое убийство в Канаде с 1868 года. Но больше такое не повторилось никогда; за все прошедшие с тех пор десятилетия на канадской земле больше не было ни одного теракта. Чокнутые стрелки – да, но не организованные террористические ячейки.
Сами увидите.
Сет продолжал всматриваться в огонь.
Джек вернулся на своё место на Мемориале ветеранов Вьетнама. Единственным, что в этом месте вызывало его беспокойство, было его название: обычно ветеранами называют солдат, выживших в войне, однако 58272 имени, выгравированные здесь, принадлежали американцам, погибшим в болотистой стране, ведя бессмысленную войну.
Джек был благодарен за красивые новые лыжные рукавички, которые подарила ему та симпатичная женщина, и сейчас они были у него на руках. Поименованные здесь мёртвые солдаты понимали, понимали и те, кто остался жив, и, наверное, многие из тех, кто был в Афганистане, Ираке или Ливии – но так трудно было делиться пережитым с теми, кто никогда не видел боя, кто никогда не был на войне. По крайней мере, та женщина, Дженис, теперь понимала.
На Молле всегда были люди, но Джеку казалось, что сегодня гораздо меньше их останавливалось у Мемориала Вьетнама. Вместо этого они, так же, как и он сам чуть раньше, толпились вокруг мест, которые в последние дни видели в новостях: у Мемориала Линкольна и у обугленных руин того, что раньше было Белым Домом.
Основная часть Мемориала Вьетнама состоит из двух стен полированного чёрного камня, сходящихся под тупым углом. Западная стена указывает на Мемориал Линкольна, восточная – на Монумент Вашингтона. Высота стен у краёв всего несколько дюймов, но постепенно повышается вдоль их 250‑футовой длины и в месте, где стены сходятся, достигает десяти футов.
Кто‑то приближался. Джек всегда выжидал, чтобы увидеть, что нужно каждому человеку. Некоторые знали, как устроена стена – имена солдат перечислены в хронологическом порядке их гибели – и могли найти имя того, кого искали, выбитое в камне. Другим требовалась помощь, и если они выглядели растерянными, то он показывал им, как пользоваться книгой‑указателем, чтобы узнать, на какой из 144 панелей выбито нужное имя. Некоторым требовался кто‑то, кто бы их выслушал, кто‑то, с кем можно бы было поговорить. Каковы бы ни были их нужды, Джек пытался их удовлетворить. А тем, кто не знал, кто не понимал, он рассказывал истории.
Приближающийся человек был чернокожим примерно одного с Джеком возраста – возможно, сам ветеран или брат ветерана. Джек проследил за тем, как пришедший нашёл имя, которое искал – оно было на стене примерно на уровне плеча. Немногие люди приносили зимой цветы, но этот принёс маленький букетик роз. Джен выждал ещё минуту, затем подошёл поговорить.
– Кто‑то особенный? – спросил Джек.