Страница 50 из 63
– Мэдди, пожалуйста.
Я окоченеваю, когда это вижу. Я искала неправильные вещи.
«Американские влюбленные: Не настолько влюблены?» читаю заголовок. Под
ним, улыбающийся Гейб. С Кейт.
38
Гейб
Рука трогает меня за плечо, и я пугаюсь.
– Черт,- выдергивая наушники, я поворачиваюсь к маме. Я откатываю
стул от окна, надеюсь, что она не совместит эти две улики и ней поймет, что я
смотрел на шторы Мэд. – Прости, ты испугала меня. Я просто… прокручивал
программу в голове.
В кровати.
- Это хорошо,- мама улыбается, но ее губы сжаты так, что их почти не
видно.
Я не люблю этот взгляд. Совсем.
Мама говорит:
- Мне нужно поговорить с тобой… о тебе и Мэдди.
Фак! Какого хрена! - Я могу сказать так, но это перебор. Поэтому, я
показываю поддельную невинность.
– Да?
- Синтия звонила мне и…
Вдвойне все хреново. Лучше уж мама Мэд, чем Сенатор, но насколько
много они знают?
Мама не замечает мои вздрагивания, она даже не смотрит на меня.
– Прости, дорогой. Мы не должны были давить на тебя. Я хотела, чтобы у
тебя была возможность поехать на мировой чемпионат, ведь у меня ее никогда
не было, но…
Я вздыхаю с облегчением. Она не знает.
Мама своей другой рукой берет что-то позади себя. Она держит
журнальчик. На обложке я, но это еще полбеды. На обложке я, который танцует
с Кейт! А благодаря умелым мастерам, любезно отфотошопившим фотографию,
кажется, будто мы прям на льду сейчас трахним друг друга. Вечернее платье
Кейт с Рождества не было таким коротким, и я никогда не трогал ее задницу! В
углу маленькая зернистая фотография Мэд, сидящей на лавочке в одиночку.
Ну, просто пиздец! Мэд должно быть в бешенстве.
***
Мои родители извиняются на семейном вечере, перед родителями Мэд но
они не единственные, кому нужны извинения. Мэд тоже нужно извинение. Я
был попрошайкой-щенком кучу раз с Мэд. сегодня вечером, после того, как
наши родители пошли спать, я пробираюсь в ее дом с зажатым между ногами
хвостом, готовый быть побитым свернутым журналом.
Мэд ждет меня у себя в спальне, но она не бьет меня. Все хуже. Она
плачет.
- Прости,- говорю я.
- Я знаю,- рыдает она.
- Я не делал этого,- говорю я.
- Я знаю,- она захлебывается.
- Я…
Я все еще не могу сказать то, что действительно нужно сказать. Я
обнимаю ее всем своим телом и надеюсь, что мое тело сможет сказать то, что не
смог рот.
***
Это легче сказать, чем сделать. Невиновен я или нет, нужно теперь что-то
большее, чтобы с ней помириться. Пинтерест не поможет; поиск приводит меня
только к применению теней для век и заказу блеска для губ97. Я настолько
отчаялся, что хочу совета Криса. Кто еще лучше подскажет мне, чем король
примирений? Я решаю, что после физкультуры сделаю условную ситуацию.
Когда я прихожу в понедельник на физкультуру, что ж, ребята опять здесь.
Рядом со мной шкафчик Криса обклеен фотками меня с Кейт. Я срываю их и
комкаю до того, как он заметит.
Когда он заходит в раздевалку, очевидно, что он уже знает.
- Прости,- говорю я. – Ты знаешь, я этого не делал.
Он знает. Это ничего не меняет.
***
После тухлой тренировки я делаю себе сэндвич и иду в кабинет. Папа уже
за компьютером. Я откусываю первый кусок, вытираю руки о штаны и
открываю браузер. «Как помириться» выдает мне ответы о макияже, как и в
Пинтересте. Я вбиваю «Как поговорить с девушкой» вместо этого. Уже лучше.
Возможно это легче, чем я думаю. Как-поговорить-с-девушкой.com актуальный
сайт?
Когда я кликаю на ссылку, появляется картинка с расстегнутой спиной на
платье. Соблазнительные объявления всплывают над ним. Может как-
поговорить-с-девушкой-без-ее-родителей будет лучше? Примечание для себя:
очистить историю и убрать печенья.
Я проверяю остальные ссылки, пока ем, но там все о примитивных вещах.
Парочка изначально выглядит довольно просто, предлагающие такие вещи, как
97 Так как в английском помириться и макияж это один фразовый глагол (прим. Переводчика)
например, убедиться в своей гигиене. Я останавливаюсь и задумываюсь на
минутку, вспоминая, как Мэд давно говорила о моих ногах. Я принимаю душ на
катке. В любом случае, я нюхаю носки. Они, конечно, не пахнут розами, но и не
так уж и воняют. Правда, ведь?
Смотрю на следующую ссылку, комментарий из книги. Написанная
девятилетним. Если бы мне только могло стать девять снова. Все с Мэд было
намного проще, когда фантазия и реальность смешивались в стране «Поверь».
Просто поверить. Вдруг, я понимаю, что делать. Я открываю браузер
снова. Как я и думал здесь куча информации. Мне придется обежать много
магазинов, но это стоит того.
Дверь с ударом открывается.
– Гейб?
Мэд? Я сворачиваю вкладку, прежде чем она увидит, что я искал.
– В кабинете.
Она врывается в комнату.
– Есть кто-то дома?
И я прощен? Возможно мне не понадобится план Б после всего. Я
улыбаюсь.
– Мама и папа на работе, а Хелен в фотоклубе.
Мэд не улыбается. У нее дрожит голос.
– Я могу остаться только на несколько минут. Мама думает, что я
принесла тебе домашнее задание.
- Что случилось?
Она хватает мышку и открывает вкладку. Я подпрыгиваю в секунду, не
представляя как объяснять Мэд все эти букеты, но она настолько
сконцентрирована на печатании, что даже не замечает картинки.
– Я должна показать тебе…
У меня подпрыгивает желудок. Только не еще одна сенсационная история
о нас.
– Мэд, меня не волнуют, что они пишут на этот раз. Я в любом случае
ничего не делал.
- Ты нет.
Мэд вводит пароль и встает, все ее тело трясется.
– Мой папа – да.
За Мэд, закрывающей пол экрана, я все-таки могу видеть, что она
напечатала.
– Подсмотрено за сенатором Спаэром, - читаю я вслух.
На экране высвечивается цветная фотография ее отца.
Я наклоняюсь к монитору, чтобы посмотреть, не поменял ли кто-то
фотографию. Нет. Это папа Мэд. опирается на руку другого парня. Фотография
сопровождается текстом, заявляющим, что сенатор Спаэр был зацелован,
больше чем маленькие детки.
Мэд кликает на ссылку за ссылкой, и я вижу, что ее папа был пойман с
этим парнем больше чем в одном месте. На многих фотографиях он одет в
шляпу и солнечные очки и это может быть кем угодно, но вот на одной
фотографии в спальне. Сенатор одет в ту же шляпу, но без футболки, что
показывает, что от его бицепса с дней морских котиков ничего не осталось. Ни
того факта, что рядом не видно парня, так как фото обрезано. Мэд
поворачивается лицом ко мне.
– Мне твоей мамы, как женщины больше чем достаточно, сказал он.
Догадываюсь, что это правда.
Я встаю и тяну ее голову к груди.
– Ох, Мэд.
Но я не могу смотреть обратно на экран компьютера. Что-то есть странно
знакомое в этом другом человеке, я видел его до этого. На других фото.
Покидая мое объятие, она достает телефон из кармана.
– Я написала ему. Он все еще даже не признал этого.
Я просматриваю ответ сенатора: Истина, в конечном счете,
восторжествует, и показать ее не больно.
- Какой президент это сказал?
- Джордж Вашингтон. Но она неправильно процитированная.
Папа Мэд натирает политику до блеска каждый день. Почему он
непрвильно процитировал?
– Как должно быть?
Истина, в конечном итоге, восторжествует, где но показать ее больно.
Но показать ее больно. Так это или нет, но ведь это не есть правда?
Истинная правда в том, что… хуже, чем роман? Где-то я видел, этого человек