Страница 18 из 63
приду домой.
Между политической карьерой ее папы и платьевым бизнесом мамы, я
знаю, что Мэд часто одна.
Я смотрю на ее блестящие глаза и мне становится плохо. Я не замечал,
как часто это расстраивает ее.
Я встаю, толкаю свой стул.
– Иди сюда. Пойдем со мной.
Хоть это и конец августа, холодный ветерок нашептывает нам
приближение весны. Я направляю Мэд к клену между нашими домами. Его
желтые листья колеблются на ветру, когда мы проходим под его ветвями. Я
оборачиваю руки вокруг талии Мэд и поднимаю ее на качели из шины. Тут же
пытаюсь сесть напротив нее, но мы выросли с тех пор, когда последний раз
были здесь, и наши ноги больше не помещаются в центре вместе. Вместо этого,
я встаю рядом с качелями.
- Я знаю, это глупо,- говорит Мэд, ее голос так же тих, как шелест
листьев, - что мы можем просто надеть наши тренировочные костюмы если бы
нам пришлось. Но… я хочу, чтобы все было идеально.
- Это не глупо.
Она высовывает ноги из дырки и балансирует на краю качелей,
показывает мне руками, чтобы я сел.
Я перебрасываю ноги, отталкиваюсь от земли и откланяюсь назад на
качелях, смотря на листья, сотни золотых медалей, обрамленных светом
вечернего солнца.
Я чувствую ее тепло напротив моих колен и хватаю цепи качелей.
– Мэд, а что если…? - я не могу закончить, столько много «что если»
вертится у меня в голове. Что если мы дойдем до чемпионата мира? Что если
мы выиграем? Что если Мэд и я действительно…
Лицо Мэд светится, как золото и появляется крошечная улыбка на губах.
- Не «что если», - говорит она. – Когда.
Ее слова прозвучали так, будто она слишком уверенна в себе. Она говорит
о чемпионате мира или о… нас? Я опускаю ноги и резко останавливаю качели,
пытаясь не замечать, как ее тело моментом ударяется о мое. Это тяжело. Мне
нужно поменять сценарий и занятие. Я убираю Мэд с колен и вылезаю из
качелей.
– Пойдем,- говорю я еще раз.
- Куда мы собираемся?
Я улыбаюсь.
– Я собираюсь научить тебя водить.
***
Парковка у церкви должна быть как всегда пустая в это время дня, но
когда я подъезжаю ко входу, я вижу, что парковка заполнена машинами.
Концерт сегодня вечером.
Разворачиваю и останавливаю машину. Здесь будет еще больше машин
вместе с хоккеистами после тренировки.
Но есть еще одно место.
Извилистая дорога к Поинт будет ужасным местом для практики
вождения, но зато там пустынно.
Я направляю туда машину. Мэд оглядывает все вокруг.
– Милый парк. Я никогда не была здесь прежде.
Я кашлю и возвращаю внимание обратно на дорогу.
– Давай начнем.
Мэд стучит пальцами по бедрам.
– Я не уверена, что это хорошая идея. Серьезно. Я думаю, что угробила
машину папиного помощника.
Я выхожу и открываю пассажирскую дверь. Неохотно, но она меняется со
мной местами.
– Покажи мне, чему тебя твой папа тогда научил.
Мэд находит педали сцепления, газа и тормоза, указывает на рычаг
переключения передач.
- Хорошо. Почувствуй разные передачи,- я кладу руку поверх ее, но моей
левой руке как-то неудобно, поэтому я склоняюсь к ней, упираясь левой рукой в
край водительского сидения, пока моя правая рука лежит поверх ее.
Мэд находит каждую передачу по несколько раз, потом я показываю ей,
как переключится на первую скорость. Вроде все хорошо.
– Положи сейчас руки на руль и просто держи его прямо.
У нее трясутся руки, когда она мертвой хваткой держит руль. Святой
Бэтмэн, она на самом деле чего-то боится!
– Я сожгу сцепление.
- Нет, не сожжешь. Выжимай сцепление до пола и удерживай тормоз.
Она выполняет это, и дальше мы вместе поворачиваем ключ зажигания.
- Теперь тебе нужно убрать ногу с тормоза и нажать на педаль газа, пока
ты будешь отпускать сцепление,- двигатель начинает гудеть, но мы никуда не
двигаемся. Я смеюсь. – Уупс…
Мэд пугается буксующей машины.
– О-боже-мой, что я сделала!?
- Я забыл сказать тебе, что машину надо снять с ручника, это все, - я
подношу ее руку к ручнику, а пальцы моей левой руки касаются ее бедра.
Тренировка, говорит мое тело.
Не такая, говорит мой мозг.
Я еще раз шевелю пальцами.
– Попробуй еще раз, но не сильно дави на газ.
У нее белеют костяшки, когда она сжимает руль. На этот раз, она
слишком быстро отпускает сцепление, но не достаточно давит на газ. Машина
дергается вперед, зажимая нас в ремнях безопасности, выбивая меня из
сидения, и кидая на нее. Я вновь убираю свою руку с ее ноги.
Она шепчет:
- Прости, я не могу это сделать, Гейб.
- Сколько раз ты упала прежде, чем выполнить аксель?
На ее лице появляется маленькая улыбка.
– Хм, пока я не разбила машину ни разу.
- Кем ты будешь, если сдашься сейчас, потому что это было трудно?
Пробуй. Это как будто тебе нужно давить на педаль, балансируя. Отпускай
сцепление и в то же время нажимай на газ. Делай это все медленно, пока не
останешься только на педали газа.
- Хорошо,- выдыхает она. - Пробует еще раз.
И машина начинает медленно продвигаться вперед.
- Вот и все, ты едешь!
- Я еду. Я еду!- на радостях, она забывает газовать и машина тормозит, но
в этот раз мне не надо ей объяснять, что делать, она справляется сама.
- Давай чуть быстрее.
Она выполняет мой приказ, двигаясь, как улитка по стоянке, находясь все
еще на первой передаче, ну ясно, что я без преувеличения, называю ее –
улитка.
После она начинает петлять, и я говорю:
- Давай теперь переключимся на вторую. Нажимай на сцепление,
передвигай рычаг на вторую позицию, а дальше все так же со сцеплением и
газом.
Переход шатковат, но она делает это. Еще немного тренируемся, но уже
довольно быстро, Мэд переключается с первой на вторую скорости, как будто
она делала это всю свою жизнь.
Мы работаем над рулением и парковкой. Первое время, Мэд паркуется
прямо на ограничительную линию, но на второй раз, одним боком попадает
между ними, ну а на третий раз, прям в точку.
Она ставит машину на ручник, поворачивается и смотрит на меня.
– Спасибо, Гейб.
- Всегда пожалуйста, - я сжимаю ее руку, даже не думая, что делаю, и
только потом, сообразив, я быстро отпускаю ее и смотрю на небо через лобовое
стекло – небо с оттенком красноты. Я даже не заметил, как стало поздно.
- Я могу это сделать,- говорит Мэд. Я поворачиваюсь к ней, и она
фиксирует свой взгляд на мне. – Все, что мне нужно, это – попробовать.
Я снова отворачиваюсь.
- Мне было страшно, но мне не нужно было бояться. Это не получается
сразу. Могу поспорить, я все еще буду делать ошибки. Все иногда делают
ошибки.
- Да,- говорю я, смотря в пол машины.
- Хочешь, скажу тебе секрет?
- Да, давай.
- Знаешь, чего я боюсь? Каждый раз, когда я учусь делать новый прыжок.
Каждый раз. Это не значит быть бесстрашной, это значит столкнуться лицом к
лицу со своими страхами.
- Мэд…
- Поменяй закон жизни. И тот, кто смотрит только в прошлое или
настоящее, точно потеряет свое будущее.
- Что?
- Джон. Ф. Кеннеди. Мой папа цитирует. Знаешь… ты можешь
попробовать.
Она меняется со мной местами. Мы покидаем парк в тот момент, как
ржавое ведро «Рэбит» Криса тянется вверх.
Мэд машет.
– Здесь Крис и Кейт.
Делай или не делай. Не пробуй. Это глупая цитата Йоды, не президента, но
в то же время очень правдивая.
– Одна вещь за один раз,- говорю я,- нам лучше уезжать.
Я сползаю вниз по сидению, глупое действие, потому что все и так по
машине поймут, что это я и уж точно, Крис с Кейт заметят идиотские