Страница 24 из 84
***
К бочке со всех сторон спешили люди с банками. Некоторые задерживались около лежащего на дороге мужичка. Он уже шёл домой и предвкушал, как утолит свою жажду.
Но его сразила шальная пуля террористов. Из раны медленно текла кровь. На земле она смешивалась с пивом, вытекающим из простреленной канистры...
Нагрузившись под завязку, я нырнул в первый же переулок, так как где-то поблизости уже урчал бронетранспортёр.
Выслушав рассказ о происшедшем, Сергей тяжел вздохнул:
-- Мы уже ко всему привыкли. Знаешь, бывает такая стрельба, что сбитыми ветками весь асфальт усыпан. Интересно, конечно. Что говорить? Где такое увидишь? По телевизору, брат, не те эмоции! Да ты теперь и сам знаешь!
Потом мы пили пиво, с высохшим, до стеклянного состояния лещом, одновременно решая финансово-организационные вопросы. Деньги отдали обстоятельному даже в мелочах Юрке. Он обещал достать ещё сто баксов, вертикалку двенадцатого калибра и того же калибра обрез с навинчивающимся стволом. Патроны к ним надеялся сделать убойными для вертолета.
Раздобыл хирургический набор. Катетеры, скальпели, ножнички, пинцет, пила...
После краткого обсуждения маршрута экспедиции, мы пришли к
решению, что возвращаться в Душанбе будем через Варзобское ущелье.
Дважды мозолить глаза жителям Сардаймионской долины и ментам на КПП нам не хотелось.
Суворова мы обязали дожидаться нас в зиддинской чайхане, конечном пункте пешей части нашего Золотого кольца. Перед тем, как "поселиться" в чайхане, он должен будет провести тщательную разведку обстановки от Душанбе до Зиддинского перевала и подготовить пути и варианты отхода.
Лешка с радостью согласился и тут же, войдя в роль Штирлица, выложил нам уже имеющиеся у него данные. Оказывается, сегодня утром он узнал от знакомого рыбака, что в Рамите нет армейского блок - поста, как и шлагбаума перед въездом в заповедник.
Проехав через него, водители притормаживали, запускали левую руку за сидение, нашаривали там припасенную бутылку портвейна и, раскрутив содержимое, водоворотом выливали в горло. Пассажиры, в основном это были буровики и проходчики,
к этому времени давно уже были склонны к песнопениям и бурно выражали свой восторг по поводу присоединения шофера к их веселой компании.
-- Все это хорошо, -- выслушав Суворова, сказал я.
-- Но давайте предположим, что есть там и блок-посты и
шлагбаум. Кстати, они могут быть и по дороге в Рамит. Надо послать Юрку на разведку. На мотоцикле с удочкой, пусть половит рыбу. После его возвращения решим, как и когда ехать.
***
Через два дня все было готово. Закуплены продукты, заготовлено снаряжение. Правда, Сашку Кучкина мы не нашли, да и особо не искали и потому остались без карабина. В Шахринаусском садвинсовхозе Суворов задешево достал канистру коньячного спирта. Сергей принёс откуда-то два спальника. Большой
мешок получили мы с Лейлой, второй, поменьше, туристический, был отдан Феде. Кстати, он оказался проворным малым. Притащил откуда-то два карбидных светильника и пару килограммов карбида. Житник нашел "Газ-66". Старенький, но хорошо сохранившийся.
Разведданные, собранные Юркой, мы обмозговали, и решили ехать в середине дня. Ночью в долине неспокойно, а утром на всех перекрестках пасётся местная милиция. Днем же, в самый пик жары, дорога пустует.
Мы упаковали продукты в два баула. Запаслись на две недели. Мои вещи решили поместить в большую черно-белую сумку. Остальным нашли рюкзаки. Обувь - сапоги резиновые и кирзовые. В запасе - кроссовки и ботинки. Сделали две удочки. Житник вооружился сачком для ловли бабочек.
Наша одежда и аксессуары должны были ввести в заблуждение всякого встречного в истинных мотивах путешествия. Моя идея - изобразить отдыхающих горожан, воплотилась в жизнь лишь благодаря Фредди. Он, видимо, мечтал о сачке с детства и рассчитывал в будущем отнять его у Житника. Лейле решено было закрыть лицо до глаз, потому что её красота могла привлечь нездоровый интерес кого бы то не было Но от этого она стала таинственной и ещё более красивой!
Перед дорогой мы присели и по старинному обычаю приняли на посошок.
Я налил каждому по двести граммов прекрасного марочного вина, также добытого Лешкой. Он бурно потребовал двойной дозы, и все с этим согласились.
Оставалось вспомнить какую-нибудь песню - например: " Смело, товарищи, ногу..." и бодро зашагать навстречу Неизвестности...
3. Поехали...
Машина, Газ-бб прибыла на час позже. За это время вино незаметно перекочевало из оплетенной трехлитровой бутыли в нашу кровь. Я видел, как Лёха страдал, но ничем не мог помочь!
Саид, водитель машины, был родом из Рамита. Он часто ездил в
Душанбе и хорошо знал места, где "паслась" милиция. Парень поверил, что мы едем на недельку в верховья Сардай-Мионы, чтобы отдохнуть и вспомнить места, где я провёл своё детство и юность.
Лейлу ему представили, как мою супругу, отданную мне в жены её отцом за спасение от неминуемой гибели в Белуджистанской пустыне.
Это его вторая, любимая жена! -- со значением сказал Федя. Первая осталась в Москве.
Лейла, согласно разработанному плану движения сквозь милицейские заслоны, сразу же устроилась в кабине. Наш улыбчивый красавец - шофер был этому рад несказанно. Он время от времени украдкой поглядывал на девушку, вызывая у меня чувства, очень похожие на ревность.
Не прошло и нескольких минут, как они оживленно принялись обсуждать климатические особенности Северного Ирана и положение современной женщины в постсоветском Таджикистане. Разговор велся на фарси, и меня это задевало...
-- Хохотушка у него широкая, -- с пониманием улыбнулся Серёга, перехватив мой косой взгляд. Смотри, не прозевай девчонку! Умыкнёт и фамилию твою не спросит!
Мельком увидев мою хмурую физиономию, Лейла поняла, какие чувства меня обуревают.
Она нежно взглянула в мои глаза, и я сразу успокоился.
***
Наконец мы тронулись! На скамейке у правого борта уселись Сергей и Юрка.
Напротив -- мы с Федей. Между нами лежали рюкзаки, сумки,
удочки и сачок.
Первый блок-пост был на Оржабадской развилке. Приблизившись, мы увидели двух милиционеров, пивших чай под тутовым деревом. На столе, рядом с облупленным фарфоровым чайником, лежали автоматы. Как и было задумано, Саид остановился сам. Сережка и я, не спеша, подошли, поздоровались и стали спрашивать, нет ли каких-нибудь запретов, и сможем ли мы проехать до Нагза.
-- Зачем Нагз едешь? -- подозрительно спросил один из милиционеров,
-- Зачем в горы идут? Рыбка ловить, водка пить, -- ответил я, коверкая слова. Там мой друг живет - Бабек. Давно в гости звал.
-- Бабек? Маленький такой? -- страж порядка показал ладонью рост, обидный даже для лилипута и засмеялся.
-- Мой родственник.
Очень белый девочка любит, ха-ха-ха! Ладно, езжай. Там, на Ёсе стоят наши. Постовой жадный очень. Есть у тебя пятьдесят тысяч? Дай ему. Только мелкими бумажками. Крупные увидит, подумает, что богачи и все перевернет. Что хочет возьмет и назад отправит. Привет от меня передай. Скажи, что я -- твой друг. Ахмедов моя фамилия. Откуда такой красивый девочка? -- заинтересованно кивнул он в сторону кабины.
-- Его жена, -- одобрительно похлопал меня по плечу Сергей, -- из Ирана привез, Хомейни -- его тесть. Милиционер с недоверием посмотрел на меня, потом понимающе улыбнулся и махнул рукой на прощание,