Страница 3 из 11
Недалеко от меня кто-то из гостей сказал своему соседу: "Именинница удивительно хороша!", а сосед ответил: "Вера Сергеевна у нас красавица!". Даже за глаза все звали её уважительно - Вера Сергеевна.
Да, сегодня она была обласкана всеобщим вниманием - красавица и хозяйка торжества. Очаровательная улыбка почти не сходила с её розово-алых губ, свежих, как утренний цветок в росе и, наверное, таких же нежных. Мне вдруг нестерпимо захотелось ощутить вкус этих губ на своих губах. Будто угадав ход моих мыслей, Вера Сергеевна посмотрела на меня, чуть задержав взгляд, и я понял, что не смогу уйти сейчас.
Зазвучала медленная мелодия, и я, приободрённый коротким взглядом зелёных глаз, встал, но не успел дойти до своей цели - Орлову пригласил на танец директор. Замешкавшись, я всё же решил не возвращаться за стол и посмотрел на одну из сидящих подруг именинницы. Интересная темноволосая женщина лет тридцати приняла моё приглашение. Мы вышли к сцене вслед за первой парой.
Встав так, чтобы видеть Веру Сергеевну, я стал медленно, в такт музыке кружить свою даму и, стараясь быть тактичным, заговорил с ней:
- Мы не знакомы? Я встречал вас в офисе.
- Я всего пару месяцев работаю заместителем в бывшем отделе Веры Сергеевны. И я вас тоже видела, - ответила та.
- Давайте познакомимся, - предложил я и представился первым: - Виктор.
- А я Людмила, - партнёрша с интересом рассматривала меня.
Ростом она была чуть ниже Орловой, такая же стройная, но её свободно спадающие до талии прямые волосы имели тёмный цвет. "Все брюнетки кажутся вредными", - припомнилась недавно прочитанная в каком-то глянцевом журнале шутка, и я мысленно ей улыбнулся.
Медленно кружась под музыку, я ощущал в руках тонкую талию спортсменки, уходящие куда-то вниз крепкие линии бёдер, но это меня не волновало. Я всё ещё чувствовал в своих ладонях тепло другой женщины, танцующей сейчас не со мной.
- А вы каким видом спорта увлекаетесь? - решил я проверить свою догадку и посчитав молчание неудобным.
- Гимнастика. До недавнего времени выступала за область, - просто и даже до удивления обыденно, как о само собой разумеющемся, сказала Людмила.
- И разряд имеете?
- Мастер спорта.
Следующий, не успевший прозвучать вопрос, повис у меня на языке - в этот момент лицо Орловой оказалось очень близко. Светлокудрая красавица улыбнулась одними уголками губ, а её колдовские глаза сверкнули в ярком освещении зала так, что я вздрогнул, будто обжёгся.
- Нравится вам Вера Сергеевна? - почувствовав мою реакцию, Людмила отстранилась и лукаво посмотрела мне в лицо. А я смутился, ожидая с её стороны насмешки. Но она сказала серьёзно:
- Вижу, что нравится. Мы с ней подруги.
- Нравится, - не стал скрывать я правды, всё ещё находясь под впечатлением от взгляда Орловой. - Очень. И уже давно.
- Так чего же вы теряетесь? Пригласите её танцевать и скажите ей всё.
- Да пытался, - отвечал я, освобождаясь от напряжения и радуясь, что нашлось наконец-то доброе сердце, которому можно открыться. - Не получается. Вокруг неё всегда крутится столько ухажёров... да ещё наш директор!
- Смелее! - тоном заговорщика проговорила Людмила, видимо, скорая на решения так же, как и на действия. - Директор вам не конкурент - он человек семейный. Идите и не обращайте ни на кого внимания. Рискните! Женщины любят смелых мужчин.
- Рискнуть? - повторил я, озадаченный, вдруг ощутив какую-то особенную робость перед всеми женщинами на Земле.
- Ну да, рискните! Чего вам бояться? - Людмила начала тихо смеяться. По-видимому, её идея понравилась ей самой, а моя реакция рассмешила. Но можно ли доверять её словам? "Все брюнетки вредные!" - пришла в голову теперь уже серьёзная мысль.
Я внимательно посмотрел на танцующую с директором Орлову. Она не увидела этого моего взгляда. Я перевёл глаза на свою партнёршу. Да, обе подруги были примерно одних лет, но между тем неизмеримая разница улавливалась во всём. Спортсменка Людмила несомненно была хороша собой, но в красоте Орловой было что-то особенное: более нежное, более благородное, более сильное, выделяющее её из толпы просто красивых женщин. Есть такие лица, которые трудно забыть, увидев однажды. Вера Сергеевна была счастливой обладательницей именно такого лица. И фигуры - гибкой и стройной, с гордо посаженной головой на высокой шее, с красивой линией плеч, несколько тонкой в талии и очень женственной в бёдрах. Все её движения были ровными, плавными и даже какими-то важными, что, несомненно, свидетельствовало о её внутренней силе и уверенности. Но иногда, всего лишь на мгновение, какое-то робкое смирение проскальзывало в её взгляде или жесте, что-то трепещущее и незащищённое, но никого не просящее о защите. И я мог видеть и улавливать эту незащищённость, хоть она и была мне не понятна. Но мне казалось, что Вера Сергеевна понимает, что я вижу и улавливаю нюансы в её настроении. Или мне очень хотелось так думать?
Мне всё же удалось пригласить Орлову на следующий медленный танец. Я подошёл, попросил разрешения, она протянула руку, кокетливо блеснув глазами, и поднялась со своего места за столом. Так, рука в руке, мы с ней вышли к самой сцене. И с её стороны это совсем не было похоже на простой жест вежливости. Или мне тоже хотелось думать так?
В танце она послушно следовала моим движениям, позволив мне проявить активность. Я вёл. Она чутко слушалась, подстраиваясь под ритм. Я крепко держал её за талию, крепче, чем было необходимо, прижимая к себе, и ощущал всем телом рельеф её горячего упругого тела. Ростом она была чуть ниже меня, даже на каблуках, но смотрела в глаза прямо и смело, будто ждала каких-то дальнейших действий. А я терялся в догадках - каких? На служебной лестнице компании она стояла выше меня по должности, хотя в жизни вряд ли была опытнее в отношениях с противоположным полом, - но, возможно, что и опытнее, просто хорошо умела скрывать это. Я ничего не знал о её сердечных делах. И неопределённость такого обстоятельства лишь подстёгивала мой интерес. И я рискнул...
- Вы мне очень нравитесь, Вера Сергеевна, - мягко и тихо прошептали мои губы возле самого её миниатюрного ушка с бриллиантовой серёжкой. - Уже много лет. С первой нашей встречи. Тогда у лифта, помните?..
Она не ответила. Но и не сделала попытки вырваться из моих объятий. Это придало мне уверенности, и я озвучил то, что чувствовал:
- Никакое, даже самое лучшее вино не пьянит меня сегодня так, как всего лишь один ваш взгляд. Вы очень красивая, Вера... а ваши глаза... мне, кажется, я понимаю и чувствую вас, когда вы смотрите на меня.
- Вы очень самоуверенный и опасный человек! - произнесла Орлова почти серьёзно.
- Почему? - Я нисколько не был удивлён. Так мне говорили многие женщины.
- Потому, что опасный.
- А всё-таки?
- Вы пытаетесь читать меня.
- Почему это вас пугает?
- А вы не допускаете ошибок в прочтении?..
Я крепче прижал её к себе:
- Я всё время думаю о вас! Все пять лет. А вы?
Она не ответила, лишь, чуть отстранившись, пытливо посмотрела мне в глаза, будто старалась понять - говорю ли я серьёзно? Я с трудом выдержал этот испытующий взгляд больших зелёных глаз, которые были сейчас очень-очень близко. Музыка смолкла. Мои руки освободили талию партнёрши, но я продолжал смотреть ей в глаза, держа её ладонь в своей. Она первая отвела взгляд и мягко высвободила руку.
- На нас смотрят. Проводите меня, - сказала она, не глядя ни на кого, и направилась к своему месту за столом.
Мне пришлось подчиниться. Сделал я это без всякого удовольствия, потому что не хотел отпускать её сейчас, зная, что последует дальше.
Галантно придвинув Вере Сергеевне стул и кивнув головой внимательно наблюдающей за нами Людмиле, я отправился на своё место, чувствуя спиной всеобщее внимание к своей персоне. От этого было не по себе, но душа моя ликовала - я открылся женщине, которую боготворил!