Страница 38 из 131
– Надеюсь, ты не согласилась на предложение бедной больной женщины?
– Разумеется, нет.
– И слава тебе Господи, – облегченно вздохнул он. – Но вдруг она теперь, щадя твои чувства, не предложит больше быть ее сиделкой?
– Она будет говорить с тобой. И надеется уговорить.
– Вполне возможно, из жалости к больной женщине я и соглашусь. Тем более жить в Москве выгодно и денежно. Мне часто предлагают работу в съемках клипов. И, кстати, неплохо платят, – добавил он. Зоя, смеясь, поцеловала его. И тут они услышали шум автомобильного мотора. Гога бросился к окну.
– Семен. И с ним какая-то женщина. Молодая и в меру симпатичная, – оценил он идущую первой к дому Елизавету.
– Я тебе дам – симпатичная.
– Но это действительно так, – засмеялся Гога и прижал Зою к себе.
– Сейчас открою. – Смеясь, Рита подошла к двери. Звонок перестал трещать. Щелкнув ключом, она улыбнулась. – Снова ключ забыл. – Приоткрыв дверь, испуганно ахнула и попыталась ее закрыть. Подставленная с площадки нога помешала ей.
– Что нужно? – наваливаясь на дверь всем телом, испуганно воскликнула она.
– Поговорить надо, – насмешливо ответили за дверью.
– Открой дверь, красавица, а то придется вышибать дверь. Куда хотим, мы обязательно войдем.
Рита бросилась к телефону.
– Я в милицию позвоню!
– Хоть Господу Богу, – кивнул вошедший первым мордатый. – Но о пацанах подумай, – Остановившись, он достал сигареты. Закурил.
Позади него стояли еще трое. Расступившись, пропустили Родиона.
– Здравствуйте, Рита Анатольевна, – улыбнулся он. – Я могу видеть вашего мужа?
– Его нет. Он уехал в деревню.
– Ну зачем же врать, – укоризненно покачал головой Родион. – Он только что был дома, а сейчас, наверное, в гараже. Так? – не оборачиваясь, спросил он.
– Точно, – кивнул мордатый.
– Но мы сначала хотим поговорить с вами. Видите ли, Рита Анатольевна, вы не правильно поступаете. Вам уже трижды предлагали вполне приемлемые условия.
Вы бы получали деньги, а мы реализовывали ваш товар. Конечно, учитывая то, что ваш супруг разъезжает по городам и скупает хрусталь, вам платили бы больше, чем другим. Но вы…
– Господи, – заплакала Рита, – отстаньте от нас. Чем мы вам мешаем? Что вам нужно?..
– Девушка, – вздохнул Родион, – мы все прекрасно понимаем. Но сейчас хрусталем занимаются очень серьезные люди. Мы же не отнимаем у вас то, что вы достаете. Мы просто скупаем. Не хотите – ради Бога. Но тогда будьте добры торговать по цене, которую вам скажут, и платить нам определенный процент. Конкуренция – жестокая штука. Выживает сильнейший. Можно было сделать все гораздо проще, – добавил он. – Поймать вашего супруга на трассе и сжечь машину. Заметьте, – улыбнулся он, увидев, как побледнело лицо Риты, – мы этого не сделали. Кроме этого, у вас двое детей. Старшему скоро будет двенадцать. Младшему сейчас восемь, и он у вашей тети в Волгограде.
– Господи! – Ахнув, она скользнула по стене спиной и опустилась на пол.
– Так что давайте по-хорошему, – улыбнулся Родион.
– Во, – удивленно пробормотал мордатый, – где ты так базарить научился?
– Валерка подготовил, – тихо ответил Родион. – А когда все объясняешь спокойно и даже с сочувствием, быстрее понимают.
– Дядя Витя, – заглянул в открытые ворота гаража белобрысый мальчик. – Вас какие-то дяди…
– Все, пацан. – Отстранив его, в гараж вошли трое парней, одетых по-спортивному. Орехов вскочил.
– Тебя, сучара, предупреждали по-хорошему, – усмехнулся один, – завязывай со своей коммерцией. Не понял. – Выудив из рукава нунчаки, резко перекрестил ими воздух перед собой. – И ружьишка рядом нет, – с насмешливым сочувствием бросил он.
Виктор, отскочив в угол, схватил штыковую лопату.
– Крутой мужик, – засмеялся парень с нунчаками. Двое других, тоже посмеиваясь, шагнули вперед.
– У тебя в хате, – бросил один из них, – гости. Женушка их чаем потчует. А может, и пузырь выставила.
– Гады! – Держа лопату перед собой – размахнуться не давал низкий потолок гаража, – Виктор рванулся вперед. Стоявший справа парень ногой выбил лопату из его рук. Второй легким толчком пятки в плечо оттолкнул Виктора к стене.
– Твое счастье, сука, – бросил он, что нам порезвиться не разрешили. Мы бы тебя…
Сдавленный вскрик стоявшего в воротах парня заставил обоих обернуться.
Первый, держась руками за голову, медленно опускался на бетонный пол гаража.
– Грабки вверх, – приказал шагнувший в гараж Атаман. Правая рука была засунута в карман куртки. В левой – пистолет.
– Дернетесь, – усмехнулся он, – завалю. Какого вам здесь нужно?
– Ты, земеля, не в свои сани садишься, – с опаской поглядывая на пистолет, процедил один из боевиков. – Смотри, можешь нарваться.
Грянул выстрел. Парень упал и, обхватив кровоточащую рану в бедре, застонал.
– Все, земляк, – вскинув руки, крикнул второй, – мы уходим!
– Это кто же вас отпустит? – насмешливо поинтересовался Атаман.
– Да хорош тебе, – сглотнул слюну второй. – Мы…
– Кто прислал? – перебил его Степан.
– Рудик, – испуганно ответил он.
– Короче, вот что, – буркнул Атаман, – передай этому мужику – еще раз хоть одна сука нарисуется, я ему жбан отпилю и в футбол играть вас заставлю. Понял?
– Все передам, – испуганно закивал боевик.
– Забирай это мясо, – он брезгливо мотнул головой на лежащего парня, – и в темпе отсюда. А ты, чертило, ковыляй потихонечку, как в песне поется. И шустрей, пока я не передумал.
Парень, опасливо поглядывая на засунутую в карман руку, подскочил к первому – у его головы на грязном бетоне было видно несколько капель свежей крови. С трудом приподняв его, вытащил из гаража.
– Ползи отсюда. – Атаман направил пистолет на зажимавшего простреленное бедро боевика. Тот пополз к двери.
– Там Ритка! – бросаясь к выходу, крикнул Виктор. На бегу схватил молоток.
– Нормалек ситуация. – Ухмыльнувшись, Атаман вышел. Сидевший в «ауди» парень помог затащить раненого на заднее сиденье. Затем он и второй боевик помогли парню с простреленным бедром. Машина рванулась с места.
– Ты покойник! – заорал выглянувший в приоткрытое окно оставшийся невредимым парень. Атаман вскинул пистолет.
– Ни хрена себе. – Водитель пригнулся. Пуля просвистела рядом с его ухом, оставив на переднем стекле аккуратную дырочку. Боевик побледнел.
– Так, – недовольно отбросив какие-то бумаги, буркнул Семенов. – Вы знаете, кто может делать такое. И что? – Он взял в руки стоявшую перед ним на столе хрустальную вазу. Всмотрелся в грани. – Здорово. – Он поставил вазу и ожег взглядом сидевшего перед ним Лобова. – Лучше бы ты с ней любовь попытался закрутить. Тоже Зоя. Так здесь я бы тебя понял, черт бы ее побрал. Кто показал вазу Кардиналу? – Он осмотрел сидевших за столом директоров.
– Ее принес ваш друг, – ответил за всех Пряхин, – Лев. Он был в городе, вот и… – Лев ездил в Гусь-Хрустальный, – перебил Семенов. – Значит, там есть какая-то мастерская.
– Но мы вроде договорились со всеми, – сказал Григорий Яковлевич.
– А эту привезли из Магадана? – недовольно взглянул на него Семенов. Вздохнув, закурил. – Вот что сделаем – немедленно пошлите людей и пусть постараются купить такую же вазу. И вообще что продается из изделий с этим орнаментом. Как он называется?
– Византийский, – поспешно проговорил Лобов.
– Можно связаться с Бугром, – предложил Пряхин. – Он местный, и ему…
– Так связывайся! – рявкнул Игорь. Директора встали и поспешно вышли.
– Круто. – В кабинет из потайной двери вошел Кардинал. – Ты их, похоже, в вечном страхе держишь. Молодец. Только вот насчет Яковлевой… Я правильно фамилию назвал?
– Да.
– Не надо ее пугать, а просто предложить работу, высокую зарплату. Положить мужа-калеку в частную клинику. Показать, что ничто человеческое вам не чуждо. Яковлева – сильный человек. Она не ушла от мужа-калеки и кормит, и одевает, и ухаживает за ним. Таких пугать бесполезно.