Страница 32 из 74
Я очень внимательно оглядел Сашиных приятелей. Если последние дни я полагал, что поеду в психушку в гордом одиночестве, то теперь явно собиралась неплохая компания. Ни один из них не покрутил пальцем у виска и не напомнил азбучную истину, что таких реакторов не бывает! Далее я, хоть на физику и не хожу, втыкаюсь, что надо набрать полкило урана или около того, иначе ни фига не получится... Вот ведь дятел, а еще с бородой!
— ...Определение «голем» подходит, на мой взгляд, точнее всего, поскольку заметно явное сходство с человеческой фигурой. В длину организм имеет... так, уже двадцать восемь сантиметров, в высоту — от поверхности стола до верхней точки... гм!., груди — примерно десять сантиметров. В ширину судить сложно, поскольку верхние и нижние конечности прижаты к туловищу и покрыты прозрачной студенистой пленкой. Однако организм судя по строению ступни, явно относится к прямоходящим. Пальцы ног и кисти рук недостаточно выражены. Половой орган, если это вообще половой орган, скорее, мужского типа, представлен бугорком. Под пленкой туловище темно-коричневого цвета, с выступающей сеткой сосудов, и с ростом организма цвет заметно меняется на светло-коричневый и золотистый... Уфф!..
Мы не можем уверенно утверждать, что прототипом для голема послужило человеческое тело, ввиду особенностей грудной клетки и нижних конечностей. Грудная кость и ребра непропорционально развиты, выступают под кожей, шея почти не заметна, тазобедренный и коленный суставы, как видите, чрезвычайно мощные для человеческого младенца...
Переходим к голове. Череп выдающийся, скошенный назад, золотисто-желтого цвета, кожа сморщенная, на темечке, под слоем желеобразной субстанции, просматриваются светло-русые волосы. Из-за отсутствия шеи подбородок кажется излишне тяжелым и почти полностью прикрывает надключичные впадины. Впрочем, конфигурация ключичных костей также резко отличается от человеческой. Очевидно, они связаны дополнительным соединением шарнирного типа с нижней челюстью...
Конфигурация лицевой части, в целом, привычная. Глаза плотно закрыты... Обратите внимание на нижние веки: такое впечатление, что они обладают гораздо большей подвижностью, нежели у гомо сапиенса. Нос негроидного типа, ноздри и рот затянуты пленкой, уши не сформированы.
Взвесить объект не представляется возможным. Видимых внешних воздействий на окружающую среду он не оказывает, однако приложенный вплотную термометр стоит на отметке сорок восемь... ах черт, он же больше пятидесяти не показывает! Запах сладковатый, терпкий, но не отталкивающий напоминает маринад...
По нашей просьбе свидетель, из надреза на пальце, выдавливает... Данила, крупный план возьми! Так, выдавливает несколько капель крови в область... м-м-м... живота...
Гошка и Влад, сидевшие ближе других, отпрянули в сторону. Галина Тимофеевна, напротив, прорвалась через круг столпившихся мужчин и щелкнула своим «Кэноном».
— Налицо скачкообразный рост, заметный невооруженным глазом... Ах дьявольщина! Пока следует принять первичную версию об информационном обмене. Вероятно, для того чтобы полностью... э-э-э... сформироваться, организму недостает постоянного кровеносного обмена с человеком...
— Почему с человеком и почему кровеносного? — сурово прикрикнул очкарик.
Я их слушал и чувствовал, как тихо съезжает крыша. Гоша — тот, похоже, вообще перестал соображать, заторчал, уставившись в одну точку.
— Бы правы, — вежливо помахал ладошкой бородач. — Я поддался шаблонам... Совершенно необязательно, что голем должен коммуницировать с человеческим существом, и с кровеносной системой в частности... Меня вводят в заблуждение вот эти слабо пульсирующие образования на животе и в паху, очень похожие на сгустки сосудов. Так, Данила, чуть отсюда! Длина туловища увеличилась на полтора сантиметра, обозначились носогубные впадины, рот чуть приоткрылся, но дыхания... Галя, дай зеркальце! Нет, дыхания, по-прежнему нет, хотя всем очевидно, что объект развивается, почти как человеческий младенец.
По прошествии минуты температура снижается... На пальцах рук сформировались ногти, но конечности сохраняются в... гм!., в эмбриональном состоянии...
— У эмбриона любого животного позвоночник колесом, — напомнил Алексей, — А этот лежит прямо.
— Но все ли, я позволю спросить, согласны, что мы имеем дело с эмбрионом?
Никто не успел ответить, потому что почти одновременно произошли два события.
На сморщенном личике моего младенца словно лопнула тончайшая пленка, он открыл рот и глаза. Галина, Данила с камерой и Алексей отпрянули назад с такой силой, что повалили меня и прочих стоящих на колени тем, кто сидел на диване. Гоша вскочил, опрокинул стул, и сам был сбит с ног двоюродным братом. Орали так, словно младенчик выпустил когти или оторвал кому-то голову.
Но он никому пока не навредил. Далее сквозь общий шум и вопли я слышал, как с тихим хрустом ребенок отодрал от груди левую скрюченную ручку. Такой звук издает мороженая курица, когда пытаешься оторвать у нее крыло или ногу...
Я видел крошечную желтую ладошку с прозрачными перепонками между пальчиков, я видел, как натянулась бугристая кожа на его лишенном пупка животе...
Голем задышал...
Я слишком увлекся и потому пропустил мимо ушей возню в коридоре. А когда услыхал крики матери, стало уже поздно. Дверь распахнулась, Защелка с треском вылетела, шурупом попало по щеке старлею, который шарил по полу в поисках выпавшего в сутолоке блокнота.
На пороге маячили два крайне неприятных типа. Первый, довольно старый, весь какой-то дряблый, морщился и растирал ладонь. Как позже выяснилось, он полез в квартиру первым, сдуру просунул руку в дверь, а мама навалилась плечом и чуть не переломала ему кости. Второй, который сбил задвижку, был гораздо моложе, спортивнее, со скошенным подбородком и глядел, как удав. За их спинами топтались Петя и Вова, а еще дальше подпрыгивал наш Сережа и молотила кулаками мать. Она долбила Вову в спину, а он делал вид, что ничего не замечает.
Петя и Вова смотрелись так, как будто им корова на макушки нагадила.
— Ну что, господа, — гипнотизируя всех разом, произнес «удав», — продолжим общение в другом месте?
Глава 15
УДАВ И КРОЛИК
Дальше все понеслось не в темпе вальса, а прямо-таки реального брейка. Кент, с отбитой рукой, натянул перчатки, вытащил из-за пазухи здоровый черный пакет, хлопнул, набрав в него воздух, и сгреб со стола то, что мы с таким восторгом изучали. Для нас это было чудо, а для дряблого криминалиста — всего лишь кусок плоти, препарированная крыса или дохлый кролик.
Все равно — крыса или кролик, но мужик вел себя так, будто уже имел с подобной пакостью дело.
Никто не пытался ему помешать, потому что Петя и начальник без подбородка протиснулись в комнату и занялись остальными.
— Барашников, вы доброго отношения не цените, — обращаясь к бородатому Саше, прогнусавил начальник. — Академик за твоих бездельников вступился, когда в зону падения спутника полезли... И что, история не учит?
Саша стал красный, точно его макнули рожей в кипяток.
— Живенько все сложить на стол!
Мать за дверью наконец перестала драться с Вовой. У меня внутри все кипело: если бы не внушительный Петя, приперший дверь изнутри, я бы этому Вове точно нос свернул. Ясен перец, меня бы после по частям собирали, но это уже не важно...
Погрустневшие уфологи, точно армия пленных, скидывали трофеи. Фотоаппарат, еще один, пленка, камера, записные книжки, магнитофон, кассеты...
Помятый тип с размытым лицом затянул на горловине мешка веревку, сунул его в жесткий чемодан и проскользнул к выходу.
Мама и Сережа сидели в другой комнате на диване, как два мокрых цыпленка. Петя энергично проверял документы у моих гостей. Гошика трясло у стенки, словно он вместо воды хлебнул спирту. Наш старлей, прижимая проткнутую шурупом щеку, чуть ли не навытяжку отчитывался перед «удавом». Галина Тимофеевна, со сбившейся прической, кусала губы.