Страница 8 из 13
Но когда настала тишина, стало неловко. Она расслабленно смотрела в окно, и я с облегчением понял, что неловко было только мне. Напряжение, что было в лифте, исчезло, и что-то в ней успокоилось.
Я был удивлен, поймав себя на мысли, насколько сильно мне нравилось быть рядом с ней.
***
В конце концов Руби задремала, потихоньку наклоняясь в мою сторону, пока ее голова не легла на мое плечо. Я повернулся, сказав сам себе, что смотрю в окно, хотя на самом деле воспользовался возможностью вдохнуть легкий цветочный аромат ее волос. Вблизи ее кожа была идеальной. Светлая, с россыпью крошечных веснушек на носу и с ярким красивым цветом лица. Ее губы были влажными там, где она их облизала. Темные ресницы почти лежали на ее щеках.
В руке она держала небольшой фирменный блокнот Р-К и ручку. Я взял его из ее слабой хватки – действуя против собственных правил и движимый любопытством открыть его. На первой странице оказались рабочие заметки. Наше расписание, контакты некоторых компаний из нашей сферы, список, с кем мы встретимся в Нью-Йорке и небольшой перечень мыслей, как она может использовать эту конференцию, чтобы сформулировать тезисы предложения для Маргарет Шеффилд. Могу сказать, что она тщательно законспектировала все, о чем ей сказал Тони.
В самом низу своим аккуратным почерком она написала:
План №1: не глупи рядом с Найлом Стеллой. Не пялься, не бормочи, но и не молчи. Ты справишься. Он всего лишь человек.
Только сейчас до меня дошло, что это был скорее личный дневник, нежели профессиональный. Она настолько беспокоилась о поездке в компании с вице-президентом, что сама себе написала подбадривающее напоминание.
Аккуратно вложив блокнот обратно в ее руку, я закрыл глаза и наклонился в ее сторону, молча извиняясь за вторжение на этот раз в ее личную жизнь.
Я мечтал о мягкой и нежной коже, касающейся моей обнаженной груди, и о поцелуях со вкусом шампанского.
Глава 3
Руби
Меня разбудил голос стюардессы, через громкоговоритель извещавший пассажиров, что самолет начал снижение над Нью-Йорком.
Веки затрепетали, и я открыла глаза, сразу же поморщившись. В лицо дул поток сухого холодного воздуха, а фоном ревел двигатель. Меня беспокоила моя неудобная поза, не говоря уже об острой нужде прогуляться в сторону туалета, но при этом…
Мне было так комфортно. Тот, с кем я была рядом, был теплым, твердым, вкусно пахнущим и…
Я резко выпрямилась, выныривая из-под руки Найла Стеллы, обнимавшей меня, и – О боже – что, моя нога лежит поверх его бедра?
В лифте было ужасно, но это… Господи. Я что, в прошлой жизни обижала щенят? За что мне такое наказание?
Осторожно высвободившись из его объятий, я осмотрелась, не представляя себе, сколько сейчас времени. В салоне было все еще темно, и я заметила, что большинство людей вокруг нас спят, а шторки иллюминаторов были закрыты, не пропуская свет. Пригладив волосы, я попыталась как-нибудь потянуть затекшие мышцы. Шея-то выживет, а вот с туалетной ситуацией действительно нужно что-то делать. Причем как можно скорее.
Я откинулась на спинку кресла, пробежала вспотевшими руками по бедрам и дала себе время все обдумать. Еще вчера Найл Стелла не знал о моем существовании. Сегодня же я прилетела в Нью-Йорк практически у него на коленях. За двадцать четыре часа Руби Миллер, Тайная Поклонница и Полу-Сталкер, превратилась в Руби Миллер, Попутчицу На Международном Рейсе.
Не говоря уже о том, что я на нем спала, а некоторые части его тела определенно спали на мне. Интересно, что у меня запланировано на сегодняшний вечер.
Он еще не пошевелился. Что плохо в связи с туалетной проблемой, но при этом просто потрясающе, потому что когда у меня еще появится такая возможность? Помимо одного часа в неделю на работе, мне никогда не выпадал шанс рассмотреть его так близко. На совещаниях мы всегда были в окружении других людей, либо просто случайно пересекались в коридоре. Однажды на мероприятии компании я оказалась за ним в очереди за закусками, что предоставило мне отличный вид на его задницу в брюках от смокинга. Неплохо, кстати. Найл Стелла играл в футбол и занимался греблей в мужском клубе на Темзе каждую субботу. А его задница возглавляла мой топ Десяти Любимых Частей Тела Найла Стеллы. (Я зарезервировала одну строчку в этом рейтинге для еще одного местечка).
Но сейчас я была так близко, что могла сосчитать его ресницы, если бы захотела. И, конечно же, именно это я и сделала.
Найл Стелла был не намного старше меня – всего лишь на семь лет – но сейчас он выглядел так молодо. Его волосы слегка спутались на затылке, а спереди падали на мягкую кожу лба. Бледно-зеленая рубашка была немного измята, а на плече красовалось пятнышко.
От моей слюны.
О боже.
Я потерла руками лицо, ругая Найла, что он был такой теплый, а в его объятиях было настолько уютно, что я провалилась в сон, пуская слюни на его элегантный даже в 04:30 утра костюм. Мне нужна помощь. Я огляделась вокруг, не найдя ничего лучшего, кроме смятой салфетки на моем откидном столике. Схватив ее, я осторожно промокнула пятно, надеясь, что могу все исправить, и он даже не заметит. Как бы не так. Мало того, что это не помогло, так я еще и растолкала его своими действиями, и он открыл глаза, как раз чтобы увидеть мое лицо в нескольких сантиметрах от его.
Я улыбнулась.
– Привет.
Он несколько раз моргнул, прежде чем его взгляд двинулся от салфетки в моей руке к его плечу.
– Извини за это, – с нервным дрожащим смешком пробормотала я. – Устроила тебе деликатную чистку.
Он улыбнулся и на щеке появилась крошечная ямочка.
– Не бери в голову.
Мне захотелось шлепнуть себя за следом пришедший порыв оседлать его узкие идеальные бедра. Твою мать, Руби. Ты вообще читала правило №1? Не глупи рядом с Найлом Стеллой.
Не обращая внимания на мою временную потерю самообладания, он потянулся.
– Кажется, я и сам задремал, так что… Я прощу прощения за это.
– О боже, нет. Не извиняйся. Ты выглядишь восхи… – начала я и тут же прикусила язык. – Мы скоро приземлимся, и я просто хотела переодеться.
Не дожидаясь, когда он подвинется, я встала со своего места, и перелезая через него, оседлала его колени. Он хотел было подняться, прежде чем понял что сумасшедшая женщина несется во весь опор, и если он встанет, то прижмется ко мне промежностью, что будет довольно неловко, поэтому он просто схватился за подлокотники, словно цеплялся за свою жизнь. Как следствие, моя попа оказалась в непосредственной близости от его лица, что, думаю, было все же предпочтительней непреднамеренного петтинга.
Жизнь дает понять: у нас тут ситуация.
Не глядя на него, я вытащила из багажного отсека свою ручную кладь и со всех ног бросилась в ближайший свободный туалет.
Оказавшись в безопасности закрытой комнатки, я выдохнула, казалось, впервые за последние несколько минут. Почему рядом с ним я не могла вести себя как нормальный человек?
– Соберись, – сказала я своему отражению и резко открыла свою сумку. Там было все, что мне нужно; к сожалению, про переодевание в туалете самолета можно было сказать одно: проще сказать, чем сделать.
Наклонившись, чтобы стащить с ног штаны, я стукнулась головой о столешницу. Когда я подняла ногу, чтобы скользнуть в юбку, мы попали в зону турбулентности, и меня с громким треском приложило об дверь. Я потратила десять минут, чтобы одеться и поправить волосы, и совершенно точно каждый пассажир первого класса – и, наверное, эконом-класса тоже – хотя бы раз взглянул в сторону туалета, интересуясь, какого черта там происходит. С высоко поднятой головой я вышла и села на свое место.
И тот факт, что Найл Стелла ощутимо замер, не облегчил мою нервозность.
Он не поворачивался в мою сторону, вместо этого продолжал смотреть прямо перед собой и, когда я пристегнула свой ремень, пробормотал: