Страница 41 из 64
Подчиненные смотрели на мои манипуляции глазами полного недоверия и суеверного страха. Еще бы не каждый день видишь, как у человека руки вдруг начинают светиться зеленым, раненому что - то вышивают на белье, и это дает видимые результаты. Сильнейший регенатрон утягивает раны за неделю полторы, и то при соблюдении пастельного режима, а проклятая сила прямо на глазах. Был бы на моем месте кто-нибудь из настоящих лекарей, удивились бы еще больше. Восстанавливающие прикосновение, которое мне дается с таким трудом, для эМ медика не более чем мимолетное пожелание здоровья, не требующие практически никаких усилий. К тому же сам себя я подлечить не могу, неприятный факт который необходимо учитывать. Непрофильная сила налагает кучу ограничений, еще один самостоятельный вывод о котором также лучше помалкивать.
Гвардейцы действовали наверняка, под прикрытием бронетехники, они пригибаясь шли в атаку. Подтянувшиеся Леман Русы также остановились на дистанции в две сотни. Главные калибр этих железных капутов скорее всего запросто мог бить и на куда большую дистанцию, вот только с точностью наводки были большие проблемы. После каждого выстрела танки немного сдвигало отдачей, и судя по всему пристреляться для них задача непростая. Хоть небольшой, но шанс. Впрочем иногда шальной снаряд ложился точнехонько в окопчик, множа наши потери. Лазганы простых гвардейцев и тяжелые пулеметы танков, лупили безостановочно по нашим позициям, не давая поднять головы. А те самые огнеметные бмп подходили все ближе. Пускай на ходу их осталось не так много, семь или восемь единиц, стоит им подобраться на дистанцию в тридцать метров и нам хана, без вариантов.
Прошло время зеленого луча, настал черед сапфирового рассвета. Теперь уже не до прицельного огня, и этот тип измененного боеприпаса как нельзя кстати. Прости товарищ, но придется мне отвлечься на стрельбу, иначе все мы тут поляжем почем зря. Как бы я не хотел тебя отвоевать у костлявой, но моих сил явно не хватает для этого. Особенно погано знать, через сколько времени наступит твой конец. Математика проста, шесть единиц утекает каждую секунду, раз в пять секунд крестик восполняет единичку, с учетом всего этого оставшиеся шесть десятков хитов закончатсячерез одиннадцать секунд. Безостановочное применение восстанавливающего прикосновения, лишь отсрочить конец, но никак не предотвратить.
Злые слезы, подступившие от осознания собственной беспомощности, комок в горле, что никак не удавалось сглотнуть и жгучая ненависть, на весь этот несправедливый мир захлестнувшая меня с головой, все это подвигло сделать глупость. Прикосновение к ленте корда, усилие меняющие один измененный боеприпас на другой, да замена боеприпаса в собственном рпу, вот пожалуй и все на что еще хватает сил.
Поднявшись во весь рост, так лучше видеть иномирную мразь, принимаюсь лупить по ним вопя что то дурным голосом, толком не целюсь, в этом с сапфировым рассветом нет необходимости. Главное направить ствол в нужную сторону и убедиться, что своих впереди нет. А дальше птички найдут себя цели сами, тем более недостатка в целях нет. Естественно меня тут же замечают, меня невозможно не заметить. Но сразу перенести огонь на новую цель невозможно, пару мгновений противник безбожно мажет, лучи лазганов тянуться в мою сторону. Некоторые словно издеваясь, проходят в считанных сантиметрах от моей головы, невиданная щедрость госпожи Удачи. Она ведь поговаривают, любит дураков, психов и смертников. Наверное чем то заслужил ее улыбку, ведь должна же она хоть раз в жизни улыбнуться мне?
Жерло пушки одного из танков смотрит прямо на меня, то что на этот раз наводчик не промажет нет никаких сомнений. Лимит моего везения и так уже подходит к концу, но никто не живет вечно, чтобы там игруны не говорили. Огненный цветок выстрела из главного калибра по - своему даже красив, он на краткий миг освещает все вокруг себя. Вот ползут огнеметные бмп, им осталось пройти чуть больше сотни метров. Правда третьему и четвертому справа, скорее всего уже не суждено жить. К ним на встречу летят реактивные гранаты, жаль что не ко всем, а только к этим двоим. Вот смешно заваливается на бокшагоход, что так в наглую вырвался далеко вперед. Из - под смотровых щелей вырывается языки пламени, видимо кто - то нашел уязвимую точку. Но самое главное, вижу как мои птички сжигают первых гвардейцев ренегатов. Небось не ожидали, что они найдут себе жертв даже за укрытиями.
Картина внезапно смазывается, меня сбивают на землю спасая от дурацкой смерти, или геройской, это как наверху решат, вдруг пора поднять моральных дух в войсках, а свежих примеров нет. Кто конкретно меня сбил, или спас, понять не успеваю, снаряд Леман Руса взрывается, где то очень рядом, тугая волна воздуха гигантской дубиной впечатывает нас в землю, заодно вышибая дух. Никогда не думал, что земля может быть такой мягкой и теплой...
Первое что увидел придя в себя, так это склонившегося надо мной первого номера расчета. Он нещадно тряс меня за плечо приводя в чувство. Звон в голове перекрывал все остальные звуки, сколько времени провалялся на дне окопа,сложно было сказать. Небо было все еще темным, но что то изменилось. Не сразу, но сквозь ватную тишину стали пробиваться первые звуки.
- родной, мы ... ли, слышишь меня? Если ..то...ивни...- пытался докричаться до меня резервист. Подавив приступ тошноты, смог таки с его помощью подняться на ноги. Подчиненные уже не прятались, кто то смотрел на поле боя, кто-то курил, ну а некоторые устало сидели на земле наслаждались покоем.
- пошли поможешь... надо Сашку подлечить, его ..цепило.- Тащил меня за руку неугомонный пулеметчик. Сашкой оказался тот самый неприкаянный радист, что никак не мог найти свое подразделение. Впрочем, сейчас многие не смогут. Ожог от лазера навсегда обезобразил лицо, шрам на щеке и срезанное ухо не так просто прикрыть. Но внешность меньшая из проблем Сашки. Еще один ожог от сквозной раны на руке, судя по всему очень болезненный, и рваная рана от осколка на боку. Хуже всего то, что осколок пропоров броню и камуфляж затащил вместе с собой обрывки ткани и грязь. Радиста уже обкололи до стеклянных глаз и все одно он тихонечко скулил, никого и ничего не замечая, пытаясь одновременно баюкать раненую руку и зажимать рану. Впрочем, лезть руками к ране ему не давали, хотя скорей всего он уже и так занес все что можно. Увиденное заставило за озираться в поисках хоть какого ни будь медика. Но по всей видимости единственный кто хоть что то мог помимо обычных в этом случае действий, это я сам. За время отключки, Эр 7 немного восстановил силу, но вот собственное самочувствие оставляло желать лучшего. В груди поселилась боль не дающая сделать вдох как следует, ноги ватные так и норовящие подкоситься и дурнота накатывающая раз за разом к горлу подобно морским волнам. Самому бы лечь на землю да забыться минут так на шестьдесят, а то и на сто двадцать. Но нельзя поддаваться, одного я уже потерял лекарь недоделанный, а значит нужно сделать все, чтобы спасти другого.
Принялся было искать флягу, чтобы хоть немного очистить руки, и не смог ее найти. Возможно еще что то потерялось, но сейчас мне нужна была именно она. Видя мое замешательство, пулеметчик достал из-за пазухи свою личную флягу.
- Давай полью- резкий запах спирта разнесся в воздухе едва он отвинтил крышку. - А шо, вдруг что продезинфицировать надо будет?Ну вот как сейчас? - ответил он на не заданный вопрос, мне честно говоря было все равно откуда у него спирт и зачем он его с собой носит. Пьет он его в тихую или и впрямь на форс мажор хранит, главное он у него оказался. С точки зрения больших любителей заложить за воротник мыть руки настоящим медицинским спиртом, непозволительная роскошь и кощунство, но если таковые и были рядом, то свое мнение держали при себе. Пулеметчик лил экономно, но и не зажимал драгоценную влагу. Руки удалось очистить до условной идеальной чистоты. Ведь судя по всему, придётся лезть в рану и вытаскивать осколок.