Страница 19 из 36
— Кровью?
— Кар-р. — На плечо спланировал мой верный спутник. — Так девица эльфийских кровей. Ушки круглые, ибо полукровка.
Рука эльфа дрогнула, а по лицу пробежала судорога. Стрела сорвалась с тетивы и ушла чуть правее моей черепушки. Через секунду раздался крик боли и портовая ругань в адрес стрелка.
Эльф молниеносно выхватил из колчана новую стрелу и наложил на тетиву.
— Что ты с ней сделала мертвая тварь?
— Попрошу, во-первых, без хамства, во-вторых не переходить на личности! Восемь часов назад она поднялась на тысячный этаж. Я проводил ее к арке.
Знаете, смотреть на удивленного эльфа — дорогое удовольствие. Лицо у него вытянулось, пальцы, державшие стрелу, ослабли, и стрела вторично совалась в полет. Через секунду раздался жалобный вой какой-то твари…
Камыш раздвинулся и к нам на огонек вышел прихрамывающий тролль. Положив на землю дубинку, он поднял за шкирку зазевавшегося эльфа и, сунув ему под нос два обломанных древка, проревел:
— Твое?
Эльф кивнул… Самоубийца!
Выпустив обломки тролль, от души размахнувшись, впечатал звонкую оплеуху по правому уху эльфа, после чего развернув эльфа спиной, отвесил ему такого пенделя, что любитель выстрелов в пустоту улетел по параболе, завывая, словно пожарная сирена. Низко полетел, к дождю…
Подняв дубину, он повернулся в мою сторону. Я прикинулся ветошью.
— Щупловат, — после чего скрылся в осоке, громко хлюпая босыми ногами по болотной жиже.
Мне оставалось только обломать оба древка стрелы и освободиться.
Покинуть этаж удалось только через сутки. Беда была в том, что арку затопило, и проход не активировался. Пришлось проявлять смекалку, устроить пару запруд и десять часов вычерпывать болотную жижу.
Когда открылся проход, из него повалил народ. У молодого мага в руках стал быстро формироваться файербол, но ту один дюжий охотник отвесил магу такого леща, что тот не устоял и хлопнулся носом в болотную жижу.
— Ты идиот? Ты что не видишь? Это голем-смотритель! Арки очищает! Из-за вот таких как ты недоучек, которых на руках на последние этажи притащили как младенца и страдают остальные! Двое суток арка закрыта была! Скорее всего, прошлого смотрителя кто-то грохнул или это восстанавливался!
— Но я…
— Го… от… — от громкого голоса охотника, которого поддержали и спутники бедного мага парнишка совсем скис. — Бегом все здесь высушил и укрепил запруды магией!
Про меня забыли.
Входит в привычку. Дай бог чтобы и дальше так было!
Приведя одежду в порядок, я подхватил свой кейс и стал спускаться. В темноте обо что-то испуганно пискнувшее споткнулся, и кубарем полетел вниз, вцепившись в свои вещи.
Выкатился я на песок, явно хорошо прогретый солнцем…
Девятьсот девяносто седьмой этаж встретил меня пустыней.
Выбеленная до бела пустыня. Вдалеке виднелись три гигантских пирамиды и ослепительно-белые обелиски, которые казалось, касались "потолка", или что здесь заменяло небо. Что ж добежим до пирамид.
Вокруг арки были разбросаны пустые бутыли и фляги, скорее всего из-под воды и вина. Если двое суток народ просидел здесь, то мне их даже жалко…
Набросив на голову капюшон, защищаясь от палящего солнца. А что? Высушенным скелетом я становиться, совсем как бы не планировал.
Вышагивая по песку я, то тут, то там натыкался на ползучих гадов. Скорпионов, ящериц и прочих обитателей пустынь. Жаркий ветер гонял песок по барханам, периодически пытаясь меня где-нибудь прикопать. Несколько раз я встречал трупы умерших от жажды и под палящим солн… потолком башни. У некоторых в карманах не было ни чего кроме песка, у других пара монет, какие-то рунические камешки, и только у одного рулон магической карты! Карта была самосоставляющаяся! Целых десять этажей было внесено в карту! Кстати по карте пирамид пять, отсюда просто не видно.
Ткнув кончиком пальца в пустое место, где должна была находиться арка входа, на другой этаж я произнес про себя "Арка на девяносто восьмой", после чего на карте появился рисунок дверного проема и готическая вязь приписки.
Самое главное нужная мне арка находилась внутри одной из пирамид… Судя по длинным и извилистым росчеркам лабиринта придется порядочно поплутать. Ну и километра два до самих пирамид…
Четыре часа спустя.
Я стоял у торговой палатки местного торгаша. Амулеты, талисманы, провизия, вода, и полное отсутствие конкурентов. Меня сначала приняли за сбежавшую из пирамиды мумию и попытались упокоить. После моего негодования и пары оплеух торговцу я получил качестве компенсации за моральный и физический ущерб крем против загара и две литровых тыквы с водой. Да, в качестве фляжек продавец использовал высушенные тыквы. Ну и небольшие скидки. Полными картами мужик не торговал. Это — первое. Второе — золото в обмен ничего не стоило, эти сокровища стоили только за пределами башни. Но когда я выгреб из карманов те самые рунические камешки торговец едва из штанов от радости не выпрыгнул. Короче за один камешек с цифрой два я купил дорожную сумку, немного сушеной провизии, хорошую кожаную флягу с вином, моток веревки, кошку (нет, не живую, а металлические крючья, скованные в один для лазанья по стенам и скалам), тканевую маску для лица чтобы не пугать других искателей приключений, ну и походный набор для письма. Последний должен весьма пригодиться, ибо столько идей по реализации появилось! И еще у меня из головы не выходила мысль что торгаш на мне весьма неплохо нажился. Надо поскорее узнать расценки местной валюты.
Пока я торговался, ворон успел осушить три тарелки с водой и съел несколько кусочков вяленого мяса. Что-что, а Кар-карыча жалко. На такой жаре, бедный ворон старался не вылезать из-под моего плаща, спасаясь от жары и имитирующего палящее солнце потолка.
Попрощавшись с торгашом, я направил свои стопы к центральной пирамиде, окольцованной четырьмя поменьше. Вершины каждой пирамиды сверкали, словно начищенное стекло.
На входе я столкнулся с бедолагой, который пытался запихнуть огромную шкуру медведя в походный мешок, явно служившая ему одеждой. Поздоровавшись, я проел мимо него и вошел в пирамиду.
— Все вылазь, здесь должно быть прохладно.
— Кар-р… наконец-то.
Его карканье эхом покатилось по бесконечным коридорам пирамиды.
— Великолепно, теперь все знают, что мы здесь.
— Вечно ты утрируешь, Кар-р!
И новое эхо, отражаясь от стен, пошло гулять по коридорам.
Двадцать восемь часов назад. Последний этаж.
Девушка готовая ко всему, с посохом, переполненным атакующей магией вышла из люка в крыше башни. Несмотря на долгий опыт путешествий по соколкам миров, запечатанных на различных этажах башни девушка замерла, глядя на синее небо и золотистое солнце, закрытое циклопическим защитным куполом. Для человека никогда не видевшего солнца она с трудом справлялась с целым ураганом эмоций и ощущений.
Страж и хранитель тысячелетней башни уже ждал ее. Дракон сидел на задних лапах, широко расправив крылья и слегка постукивая кончиком хвоста по каменной миниатюре башни с драгоценным камнем, закрепленным на вершине в золотом кронштейне.
Опустив посох и подойдя к дракону на расстояние десяти локтей, девушка поклонилась и произнесла:
— Приветствую крылатого владыку, чьи крылья творят ураганы, а чьи когти заставляют стонать даже землю и горы.
— Ты пришла сражаться? Или ты пришла распевать дифирамбы?
— О великий и мудрый Хранитель Башни Тысячи миров! я пришла просить права на одно желание, как прошедшей от начала до конца всю Башню Тысячи Миров, и принесшая тебе свою историю. — Произнесла девушка фразу, ставшая за столетия для всех визитеров ритуальной.
Девушка склонила голову в поклоне.
— Что ж да будет так! Дракон улегся, положив морду на передние лапы, и прикрыв их своим длинным хвостом, готовый в любой момент сжечь, разорвать, или сбросить обманщицу, пришедшую чтобы завладеть главным сокровищем башни.