Страница 4 из 183
В последние дни мы заканчивали значительно раньше, до рассвета, когда по пустым автострадам скользили разве что случайные одиночки, встречные светофоры сонно подмигивали желтыми циклопьими глазами. Тогда четыре автомобиля с мягким шорохом проносились по свободным дорогам, оставляя на едва присыпанном снежной крупой покрытии черные полосы.
Теперь же приходилось неспешно течь в тесном потоке и стараться не потерять голову или хвост своего поезда. Разбуженный город навязывал собственные правила поведения. И знать не желал, что за пассажиров везут металлические коробки. Даже маги бессильны диктовать свою волю подобному исполину…
Досада водителя билась и рикошетила о защитный барьер, как мелкая щебенка, хотя внешне он оставался невозмутимым.
Машина в очередной раз затормозила у светофора, оказавшись в достаточно неудобном для маневра крайнем правом ряду. Зато отсюда можно было разглядывать людей и витрины, а не затемненные стекла и недовольные физиономии таких же коллег по несчастью.
Я лениво и без особого интереса скользил взглядом по рекламным щитам и вывескам. «Замок Чудес – новый сверхбольшой магазин на Проспекте!..» «Ускоренные курсы бытовой магии: шить, готовить, убирать, чинить, а также налаживать отношения…» «Персональная выставка Леаны Глетчер…» «Фирма «Стожар» представляет…»
Стоп! Шаг назад… Неяркая, но приметная черно-зеленая афиша, наклеенная на витрину художественного салона. Слишком далеко, чтобы прочесть что-то кроме заглавной надписи.
Машина тронулась, и мир снаружи снова потек мимо и назад.
Леана. Черное и зеленое. Нет, ошибиться невозможно…
– Спишь? – Лука тронул меня за плечо. – Приехали.
Проклятие, и впрямь задремал, погрузившись в воспоминания, будто столетний старец.
При дневном свете двухэтажный Павильон выглядел даже привлекательно, без той суровой строгости, которую придают ему сумерки или ночь. Днем видно, что темные камни покрыты ярко-зелеными кляксами мха, а хрупкие после заморозков, багряные виноградные листья живописно оплели часть фасада.
Первая машина с таинственным магом, как всегда, растаяла еще на подъезде к Павильону и не появится до вечера.
…Водопровод в этом доме под стать архитектуре – древний и архаичный, и, надо отдать должное здешним специалистам, следили за ним исправно. И все равно периодически из вычурного крана, сделанного в виде головы гидры, лилась жидкость, весьма напоминающая выделения, свойственные этому самому животному: смесь желчи с грязью. А ведь считается, что именно Белые маги искусны в овладении и использовании разного рода достижений инженерной мысли. Или это не относится к водопроводу?
В дверь постучали, и на пороге возник Лука с телефоном. Произнес губами: «Патрон!» – и скроил выразительную мину. К Корнилу Лука относился с благоговением.
– Доброе утро, – послышался знакомый голос, и перед моим внутренним взором проступило сухощавое, смуглое лицо с пронзительными, не серыми даже, а ртутного оттенка глазами. – Надеюсь, я не помешал? Лука сказал, что вы только что вернулись.
– Да, минут десять назад.
– Труд во благо общества?
– Что-то вроде…
– Не могу не отметить отсутствие энтузиазма в твоем голосе.
Я вздохнул и проговорил с энтузиазмом:
– Мама и папа, заберите меня отсюда, пожалуйста. Я стану хорошим и послушным и всегда буду есть манную кашу.
– Гм, – хмыкнул Корнил, – поздновато для раскаяния, ты не находишь?
– Мера наказания слишком жестока для совершенного проступка.
– Очень тяжело? – удивился Корнил.
– Очень тоскливо. Они, похоже, намерены уморить нас бездельем.
– О твоей работе поступил положительный отзыв. В целом тобой довольны.
– Еще бы. Я гоняю затравленных призраков, мелкую нечисть и пауков по пыльным углам. С каждым днем все успешнее. В сопроводительных бумагах было что-нибудь сказано о степени моей квалификации?
– Более чем достаточно, смею тебя заверить. Боюсь, именно по этой причине тебя держат на коротком поводке. А если ты выкинешь финт вроде недавнего? Однажды ты уже совершил если не глупость, то неосторожность, продемонстрировав свои возможности. Нет ничего удивительного, что тебе не доверяют.
– Разве между Белыми и Черными магами не налажено взаимовыгодное сотрудничество?
– По поводу взаимовыгоды с тобой бы поспорили обе стороны… Впрочем, ты прав. Черные оказывают содействие Белым и наоборот. За деньги, услуги и уступки. Ты же отбываешь наказание, – значит, мотивация у тебя совсем иная. А откуда им знать, какая именно?
– Отбыть оставшиеся двенадцать дней и не впасть в летаргию.
– Трой, для них твое поведение непредсказуемо. Ты не являешься их идейным сторонником, хотя мог бы по праву рождения, в то же время ты не являешься их противником, с которым заключено временное соглашение, как в тех случаях, когда Черных магов нанимают на работу Белые. Тебе знаком этот расклад с детства. Ты Черно-Белый, и это известно всем. Вдобавок ко всему, ты еще слишком молод, а, следовательно, втройне нестабилен. А многие старцы в Совете до сих пор искренне полагают, что объединение двух магий способно привести к безумию их носителя, и все ждут, когда это случится с тобой. Так что воздержись от провокаций и не давай никому повода объявить тебя сумасшедшим и угрозой для безопасности мира.
– И почему никому не приходит в голову рассматривать мою персону не как источник потенциальных вселенских разрушений? Я разве демонстрирую тягу к разрушительному поведению?
– А разве нет? В конце концов, твои нынешние наниматели знают тебя всего несколько дней. Дай им время.
– Если они будут заставлять меня ловить домовых, шанса узнать меня получше у них все равно не будет, – недовольно проворчал я.
– Это вопрос доверия… И, честное слово, мне бы твои проблемы, – пробормотал с чувством Корнил. – Наслаждайся, пока можешь. – Он помолчал и все-таки спросил с неподдельным любопытством: – А как тебе там вообще? Это ведь могло быть твоим домом.
Я машинально пожал плечами, хотя знал, что собеседник меня не видит:
– Это определенно не то, что я хотел бы назвать своим домом.