Страница 63 из 63
– Терон уже тогда был завербован?
– Не знаю. Вряд ли. Мог получить щедрое предложение в оставшиеся дни, пронести бомбу во дворец. Устроился за колонной, даже немного пострадал от взрыва, тем отвел от себя подозрения. Ламбрийцам можно аплодировать: проиграв военную операцию, они выиграли в политике. Как-то договорились с Мейкдо-ном. Он, единственный оставшийся в живых герцог, нацепил корону империи. Терон Мей в роли хозяина Аделфии устроил обе стороны. Как же, отличный объект шантажа, если допустить утечку сведений об исполнителе бойни в Нирайне.
– А Иэрос?
Алекс подхватил дочку и, прижимая к себе, шагнул к камину. Кочергой поправил дрова. Пламя взметнулось вверх, осветив грустную усмешку князя.
– Мейкдон-старший его опасался еще при жизни Эльзы, думал, что коварная супруга захочет ускорить передачу сыну герцогского титула. Сейчас юноша – герцог Кетрика. Похоже, империя в прежнем виде прекратила существование, скатившись к военному союзу семи герцогств. Иэрос свободен от обязательств отца, взятых перед пэрами Ламбрии, герцог Мей превратился в помеху. Первым делом наследник решил устранить Терона моими руками и был крайне разочарован.
– Твоим миролюбием?
– Не только. Он дословно сказал: из вас отвратительный деловой партнер, родственник, ваши действия непредсказуемы. Молодой Мейкдон имел в виду – по прежней логике я был обязан уничтожить негодяя. Но... Его покойный отец не зря устроил мне трепку напоследок. Размахивая шпагой направо и налево, я действительно натворил слишком много ошибок. Кому мстить за Горана и Марка? Ламбрийцам? Но тот взрыв – просто война, не прекращающаяся даже во время кажущихся перемирий. Вспомни, я убивал подданных их короля, не зная сомнений, потому что был лазутчиком во вражеском тылу. На войне как на войне, не так ли? Терон выступил простым исполнителем, и я наказал его по методу монахов Шанхуна – высылкой. Естественно, не в другой мир, а за океан. Там он больше не герцог, обычный ренегат-перебежчик.
– А с ним – Ева.
– Ее выбор. В другом варианте пребывала бы вдовой Марка. Сейчас хоть при живом муже...
– Постой... – мысли Ианы переключились в другом направлении. Она вспомнила разговор с Евой на церемонии поминовения героев Нирайна. – Иэрос назвал тебя родственником?
– Мне сложно говорить... – Алекс запнулся.
– Ночь в Майроне по пути в Леонидию.
– Ты догадалась. Я много раз собирался... Прости. Да, брат Иэроса – мой сын. И наследник герцогской короны Кампеста.
На этот раз пауза повисла надолго. И снова ее прервала Иана.
– Ты устранился от дел, не объявил во всеуслышание о своем возвращении. Разочаровался. Что, мертвый Мейкдон тебя победил?
Выходит – так. Если груз ошибок перевесил заслуги. Если число погибших по вине Алекса не уступает спасенным. Если рыцарская мораль бессильна в изменившемся мире, где слово «честь» имеет другое, не столь основополагающее значение... Нет, не так!
– Заставил задуматься. И понять, что в основном я был прав. Он упрекнул, что я отдал знания Хелены ламбрийцам? Да! Но посмотри, как за считанные годы благодаря тем же знаниям изменилась Икария! Столкнул страну к войне, разрушив его хитроумный план? Но и так у нас война за войной, без эскапад с дирижаблем и субмариной две последние обернулись бы еще хуже. Покойник не ошибся в одном. Понятие чести трактуется очень просто, если ты – обычный гвардейский офицер. Не лгать, не нарушать присягу, не порочить себя дурными поступками, не оставлять зло безнаказанным. Управляя княжеством, герцогством или армией, ты не можешь себе позволить тупой прямолинейности, все сложнее стократ. А промахнулся Мейкдон в главном. Честь нужна и на высшем государственном посту. Беспринципностью можно выиграть схватку, вывернуть ситуацию в свою пользу, но в итоге – это путь в никуда.
– Папа! Асскажи мне сказку! – Айна внесла диссонанс в морализаторские откровения родителя.
– Правильно, дочка. Взрослым людям полагается не часами рассуждать, что хорошо или плохо, а душой чувствовать и соответственно поступать. Сказку? Слушай: жил-был рыцарь, и однажды он устал от приключений, приехал к себе домой в замок, слуги развели очаг как у нас, зажарили гуся...
– Скучное начало, – оборвала малышка. – Хочу подвигов!
......... Конечно. Рыцарь отдохнул, накопил силы и снова собрался на подвиги.
– Он вейнется домой?
Алекс мог рассмеяться от детской непоследовательности: какой смысл, если дома скучно? Но очень серьезно ответил:
– Вернется. Непременно вернется.