Страница 7 из 86
Зато четвертый этаж, где вольготно устроились корреспонденты, являлся лакомым кусочком сразу для двух подразделений: службы реализации и отдела доставки. Они ютились в крошечных кабинетиках возле типографского цеха, и начальники их плели тонкие, сложные интриги, целью которых было переселение на четвертый этаж. Там были две большие солнечные комнаты, которые занимала редакция, а в закутке возле окна даже нашлось местечко для маленькой кухни. Интриганы исписывали кипы бумаги, доказывая необходимость переезда на вожделенный этаж, но пока что шеф неизменно отклонял все претензии.
Потому-то приезда большого начальства все ждали с большим нетерпением: при удачном стечении обстоятельств это был шанс переехать в новый, современный офис.
Организационную часть подготовки к визиту высокого гостя добровольно решил взять на себя начальник отдела рекламы.
– Я – лицо наиболее заинтересованное, – заявил он, многозначительно постукивая по пачке бумаг ножкой от стула, неизвестно каким образом появившейся в его руке. – На самотек все это пустить не могу! Однажды доверил другим, в результате компьютерный отдел захватил у нас почти десять метров нашей площади. Больше мы такого не допустим!
Никита, случайно оказавшийся в рекламном отделе, прикинулся, что не понимает, о чем идет речь, и заторопился к себе.
– Главное – неизвестно, в какой день это самое начальство решит нагрянуть, – сокрушенно проговорил Хамер. – Хотя… оно ж самолетом прилетит? Если у шефа каким-то образом выведать имя и фамилию, я могу связаться с ребятами из службы безопасности аэропорта. Тогда, как только самолет с начальником приземлится, они нам сразу по телефончику и звякнут!
– Отлично! – просиял начальник отдела рекламы.
– А еще, – подал из угла робкий голос кто-то из рекламных менеджеров, – кабинеты бы захламить надо… Заставить мебелью старой, рухлядью всякой… Тогда и будет казаться, что у нас тесно и места мало…
– Без тебя я бы, конечно, не догадался. Но рад за тебя, – холодно сказал начальник. Он нашарил на столе квадратик жевательной резинки и принялся разворачивать обертку. – За твою проницательность можешь вести в нашей газете рубрику «Советы потомственной колдуньи и целительницы Прасковьи». Отбей белый хлеб с черной икрой у Люси, это ведь она выдумывает всю эту лабуду от имени Прасковьи. Дурит наших доверчивых читателей!
– Что? – подняла голову от кроссворда Люся. Она была одним из старейших журналистов города, однако обижалась не на шутку, если молодые корреспонденты называли ее по имени-отчеству. – Мне показалось, или кто-то критикует мою рубрику? Кто-то ею недоволен?
– Что ты, Люсенька, – заюлил начальник отдела рекламы. – Никто не посмеет! Лучшая рубрика газеты! Украшение! Все восхищаются!
– То-то же! – грозно сказала старейший журналист.
– Завтра с утра приступаем к захламлению. А еще – массовость надо создать! Поэтому, – начальник строго посмотрел на своих подчиненных, – когда приедет начальство, никуда не убегать, сидеть и принимать звонки от рекламодателей!
– Откуда ты рекламодателей возьмешь в таком количестве? – поинтересовался ответственный секретарь, не отрывая глаз от макетной полосы: он ставил на листе красным карандашом какие-то загадочные, понятные только ему закорючки.
– Без паники, все продумано. Будут звонить ребята из отдела доставки. Ну будто это наши рекламодатели – звонят и звонят без конца, – хладнокровно ответил начальник, вытаскивая изо рта жвачку. – Менеджеры, ваша задача – делать умные лица и как бы принимать рекламу. Как бы!
Сати задумалась.
– А если начальство на четвертый этаж поднимется? А там – столы пустые. Да и не тесно у нас, прямо скажем…
– А за пустые столы в редакции посадим девочек из отдела писем. Это будет наша массовка, – снисходительно пояснил начальник, вылепливая из жвачки фигурку.
Криминальный корреспондент покосился на скульптуру и брезгливо поморщился. Он подобрался к интригану поближе и помахал у него перед носом пальцем.
– Думаешь, начальство поверит, что у нас столько журналистов?! А если решат заглянуть в штатное расписание, тогда что?
Начальник рекламы снисходительно поднял брови, поглядел на Хамера сверху вниз, подумал и произнес решительно:
– Тогда скажем, что это внештатники. Пришли – и работают. Не выгонять же?!
Рекламные менеджеры уважительно притихли, отдавая должное такой изобретательности. Корреспонденты, наоборот, цинично захохотали.
– Веселитесь? – скорбным голосом произнес ответственный секретарь, черкая красным карандашом на макете. – А цены на нефть между тем растут!
Начальник окинул народ взором полководца и зацепил офис-менеджера Светлану. Та, поймав на себе ястребиный взгляд, замерла.
– Значит, так. Как только зайдет этот самый гость, ты, Света, говори: «Как можно работать в такой тесноте! Постоянно теряются важные бумаги!» Поняла?
– Э… хорошо, – послушно пробормотала она.
– Отрепетировать бы не мешало, – деловито сказала Люся, закуривая папиросу. – Слова распределить. Вот давай, Игорек, договоримся… – Она задумалась, пуская клубы дыма и игнорируя табличку на стене: «Выходите, блин, курить на крыльцо!» – Например, как только начальство поднимется к нам в редакцию, ты скажешь: «Мне сложно работать в таких условиях!», а я скажу…
Однако Хамер неожиданно для всех заартачился.
– Почему это мне сложно? – высокомерно поинтересовался он. – Я как-никак профессионал, в любых условиях могу! Вот, помню, в позапрошлом году было…
– В позапрошлом, значит? – зловеще переспросила Люся. – Я вот могу рассказать, что было году этак в шестидесятом. Хочешь, а? Тебя тогда еще и в помине не было, а я, молодой селькор районной газеты…
Криминальный корреспондент мгновенно умолк.
– Да-да! – подхватил начальник отдела рекламы, прилепляя жвачку на крышку чужого стола. – Вот так и надо! Всем раздать слова и пусть все выучат. Как в детском саду на новогоднем утреннике. И только зайдет к нам начальство, говорить по тексту!
– И хорошо бы еще письма читателей разбросать по столам, – вдохновенно предложила Люся, стряхивая пепел в горшок с цветами. Светлана недовольно покосилась на нее, однако сделать замечание не отважилась. – Чтобы, знаете, видно было, что и в тесноте мы…
– Письма-то я разбросаю, но если начальство посмотрит дату на штемпеле – нам, Люсенька, крышка! – честно предупредила Сати. – Они почти все прошлогодние. А в этом году что-то не пишет никто.
– Может, новые написать? – задумался Хамер. – По сути, это подлог документов, конечно. Уголовно наказу…
Начальник отдела наградил его выразительным взглядом, потом велел Светлане позвонить в компьютерный отдел и позвать системного администратора.
На третьем этаже хлопнула дверь, на лестницу выплеснулась громкая музыка. Появился Никита, на ходу распутывая какие-то проводки.
– Музыку слушаете? – горько поинтересовался ответственный секретарь и поставил на листе очередную закорючку. – А глобальное потепление не за горами. Знаете, что будет, когда растают ледники Северного полюса?
– Да погоди ты со своими ледниками, – перебил секретаря Хамер, отмахиваясь от него рекламным буклетом комбината хлебопродуктов. – Что там с моим компьютером? Починил?
Сисадмин сделал вид, что не расслышал вопроса.
– Слушай, Никита, – приступил к сисадмину начальник отдела рекламы. – Мы тут к приезду проверяющих готовимся. Начальство из Столицы приезжает, ну ты знаешь уже. Так вот, если этот чин к вам в отдел забурится, вы все должны, говорить что-нибудь вроде: «Боже, как тесно у журналистов и в рекламе!» Запомнил?
– «Боже, как тесно у журналистов и…» Что за бред?! Это у корреспондентов-то тесно, на четвертом этаже? – Сисадмин обвел собравшихся снисходительным взглядом.
– Вам-то хорошо, у вас просторно! И кондиционер есть! А у нас? – напал на него начальник отдела рекламы.
– «Боже, как тесно у журналистов и в рекламе!» – хладнокровно повторил Никита, неторопливо удаляясь. У двери он быстро оглянулся и ловко прихватил с блюдца чей-то пирожок.