Страница 52 из 66
"Значит, Саммерс остановил допрос", -- прозвучало в голове у Кроуссена.
Он все так же медленно, но уверенно прошел по коридору, вошел в дверь, бросил взгляд на Августу. Та, кажется, его не замечала. Почему-то именно сегодня на Кроуссена, вместо того чтобы отвернуться, решили не обращать внимания. Бергер сидела, уставив взгляд в пол и думая о чем-то своем.
-- Здравствуй, -- Кроуссен сел напротив, в кресло, которое несколько минут назад занимал Даглиш.
-- Попрощаться пришли? -- ответила Августа, не поднимая взгляд.
-- Нет, -- холодно сказал Франц. -- Никто тебя ни в чем не обвиняет. Ты никого не убила, не помогала взломать антихакерский офис. Все, что ты делала, было частью операции детективной службы по поиску лазеек в их охранной системе.
Бергер молча скользнула взглядом по лицу Кроуссена и на её лице сразу же прочиталось недоумение.
Он пытается вызволить меня отсюда? Но зачем? Зачем, черт его подери, думала она. Ведь в организации есть множество сотрудников лучше и опытнее меня. Зачем я нужна Кроуссену? Почему он мне покровительствует?
Раньше она воспринимала это просто как симпатию. Сейчас же действия Франца переходили все возможные грани. Он был готов закрыть глаза на преступление. Любого детектива, Грина или даже Саммерса судили бы за те же действия, которые предприняла она. Почему? В чем секрет?
И она решила спросить прямо. Без какого-либо страха.
-- Зачем, мистер Кроуссен? Чем я так важна для вас?
На его лице не дрогнул ни один мускул. Франц выглядел как всегда -- каменным и невозмутимым.
-- А если не скажу, откажешься и пойдешь под суд?
Бергер медленно покачала головой.
-- Мне нужно, чтобы ты продолжила расследование, связанное со Стражински, -- говорил Кроуссен. -- Кстати, он в больнице в "Опоре небес". Можешь его навестить, но не советую. Кристофер ничего не помнит, и если он тебя не вспомнит, это может нанести глубокую душевную рану.
"Почему я так важна для этого расследования?" -- пронеслось в мыслях Августы.
-- У нас есть наводка. Мы отследили информацию, украденную из антихакерского офиса. Похоже, мы знаем, где скрывается Макс. А если не он сам, то его наниматели. Вы с Адамом Грином организуете облаву.
Бергер молча кивнула, но мысли её были совсем не об этом. Кроуссен сперва вопреки правилам разрешил ей вести это расследование, а потом вытащил из-под суда. Он всю жизнь тянул её. Да без его покровительства Августа была бы сослана в Фрост еще много лет назад. Зачем, черт подери? А что если...
Внезапно, из глубин сознания, Бергер осенила странная и в то же время страшная догадка.
Что, если Франц Кроуссен работает вместе с Максом? Что, если он специально поставил её на это дело, зная, что придет момент и она отвлечет детективов, что даст Максу возможность спокойно зайти и выйти из здания антихакерского офиса?
Но обвинять его было не в чем. Никаких доказательств на этот счет у неё не было. Были бы, можно пойти напрямую к Райзу.
Да ладно, глупая догадка. Не мог сам Кроуссен продаться Борисову или кому-нибудь еще, раздумывала Бергер. Ради чего ему потребовалось бы предавать Райза? Денег у Кроуссена хватало. Какой-то шантаж или давление? Не похож Франц на того, кто мог бы поддаться давлению со стороны. Августа была уверена, что Райз назначил Кроуссена на его должность отчасти потому, что кто-кто, а этот человек ни за что не станет предателем.
Августа попыталась отогнать от себя параноидальные мысли. Сейчас Кроуссен предлагал ей ни больше ни меньше -- свободу. А от такого подарка отказываться нельзя. Ни по какой причине. Будь он хоть демоном из ада или иномирянином, про которых говорил Джо Варелла. Именно Франц давал ей то, что было нужно. И отказываться было бы по меньшей мере глупо.
-- Ты согласна? -- спросил Кроуссен.
-- Да, конечно, -- ответила Бергер. Возможность поразмыслить над мотивацией Кроуссена у неё еще будет. И желательно это делать не в Фросте.
Саммерс, отвлекавший в этот момент наблюдателя объединения, слышал разговор Кроуссена с Августой по специальному каналу. И, как и Бергер, пришел в недоумение. Он не мог понять, зачем заместитель Райза это делает. Но проверить, что могло бы связывать Бергер и Кроуссена, стоило. Изучать прошлое Франца, конечно же, ему никто не позволит, но вот тщательно покопаться в досье Августы и понять, что её могло связывать с Кроуссеном, было нужно.
Но он не успел ничего сделать. Ни покопаться в прошлом Августы, ни понять что её объединяет с Кроуссеном.
-- Мистер Саммерс? -- окликнул его чернокожий человек в темном костюме.
-- Да, это я, -- обозвался Юрген.
-- Стефан Шрайбер. Объединение. Вы арестованы за содействие проникателю Максу во взломе антихакерского офиса.
***
Всю дорогу до места, откуда шел сигнал с антихакерского офиса, Августа молчала. Она сидела на пассажирском сидении мобиля Адама Грина и смотрела в городской пейзаж за окном. Там мелькали здания, люди, вывески, падал едва ощутимый снежок. Казалось, город умиротворен, насколько это слово подходило к огромному мегаполису с населением несколько миллиардов человек.
Грин не раз пытался завести с Бергер беседу на тему Кроуссена, его тоже интересовало, почему она отделалась так легко, но Августа уходила от неё, а потом выдавила "Оставь меня в покое". Она и сама задумывалась над тем, почему Франц так печется о ней, но разумного ответа не находила, а как гласила старая-престарая поговорка, дареному коню в зубы не заглядывают.
Она не догадывалась, почему отсутствует Саммерс, по какой причине его сняли с расследования, заменив Адамом Грином. Но и раздумывать по этому поводу времени не было.
Августа хотела увидеться со Стражински, но времени не было. Сигнал украденной информации четко фиксировался, и брать злоумышленников нужно было срочно. Иначе был шанс, что они что-то заподозрят и сбегут.
Это был район, изобилующий небольшими частными домами. Изначально они имели форму закопанного до половины в землю куриного яйца, но по прихоти хозяина могли трансформироваться, принимать любые возможные формы. За окном мобиля проносились дома-башни и дома-шары, дома в старинном стиле и сверхсовременные полупрозрачные постройки, дома, похожие на птиц и дома, имеющие сходство с рыбами. Каждый из них был единственным и неповторимым проявлением фантазии своего хозяина или профессиональных дизайнеров. Каждый из них воплощал какую-то идею, мысль, замысел. Вокруг одних, невзирая на зимнюю пору, росли зелёные живые цветы, другие были обнесены величественными заборами, вокруг третьих из земли прорастали невиданные ранее ледовые статуи.