Сердце Атлантиды (ЛП)

Она взяла обоих, но она решила идти легко и быстро в душ снова быть в порядке, если она могла бы только заставить дрожащие ноги нести ее туда. То, когда она рассказала ему свою дилемму, Аларик отнес ее в душ и вымыл каждую часть ее, что привела его к намыливанию ее груди более тщательно и полностью, чем он даже сделал несколькими часами ранее, которое заканчивалось тем, что ее прислонил к стене, руками на душевой выступ, в то время как он взял ее сзади. Она кончила снова, беспомощно, бесконечно, и он толкал в нее с такой большой силой и страстью что абсолютный эротизм его радости в занятии любовью с нею послал ее через край еще раз. Он ревел - основной звук наполнял таким большим чисто мужским удовлетворением, что это заставило ее смеяться - и затем он кончил снова, сильно, и наклонился, чтобы потянуть ее обратно к его груди и обнять ее.

Но даже это простое объятие превратилось во что-то больше, когда его пальцы, могло казаться, не сопротивлялись ее соскам, и он начал ласкать ее грудь снова. Она стонала немного, почти невольно, но она схватила его руку, когда та начала спускаться по ее животу.

- Я не могу продолжить это,- сказала она, но она взбрыкнула назад от него беспомощно, когда он проигнорировал сдерживающую ее руку и погладил ее снова.

- Я, кажется, в состоянии продолжить это вполне хорошо,- сказал он, так гордо - так абсолютно, с мужской уверенностью - что она начала смеяться.

Она осторожно продвигалась и затем обернулась на внезапно очень шатких ногах. Она споткнулась и упала бы, если он не подхватил ее в руки и понес ее обратно из душа, вытер насухо ее и довел ее до кровати.

- Я должна поспать теперь, или я умру от слишком большого количества замечательного секса,- сообщала она ему.

- Занятие любовью,- сказал он твердо. - Мы занимались любовью, не просто занимались сексом. Не забывай это.

- Да, Сэр,- сказала она, улыбаясь сонно и поднимая два пальца в ложном приветствии, и затем он забрался в кровать с ней и обнял ее. Она знала только блаженную теплоту и прекрасный сон, пока где-то в середине ночи, когда она проснулась, найдя его поглаживающим ее соски длинными, чуткими пальцами.

Она приняла ответные меры при быстром движении вниз в постели и беря его член в ее рот, и он что-то крикнул на атлантийском и всё его тело напрягалось и окаменел. Он вонзил в простыни обе руки и продолжил говорить низким тоном, что-то говоря, что звучало красиво лиричным - или ругательство или обещание - и она облизала всю длину его члена, улыбаясь как бы это ни было, он говорил, становясь всё более ещё пламенным.

- Ты не можешь...

- О, я могу,- она прерывала. - Не двигайся. Это - моя очередь.

Она не торопилась с ним, ведя его к краю безумия и за её пределы, когда она взяла его крепкие яйца в руку и всосала кончик его члена с переменным давлением, пока она не нашла именно то, что ему понравилось и что заставило его потерять все остатки контроля.

Он выкрикнул снова, и она услышала свое имя и ми Амара и что-то, что звучало очень похоже на о, святое дерьмо, и затем все его тело напряглось, его член затвердел еще более и распух, и потом он кончил в ее рот.

Когда она села, он выглядел и чрезвычайно блаженным и так комично удивленным, что она упала на бок, смеясь на кровать.

- Ты... О, всеми богами... ты... Но я никогда не терял контроль как это,- сказал он наконец, и она продолжала смеяться, пока он не перевернул ее и начал щекотать ее, что привело к поцелуям, которое привело его к поднятию ее наверх по его телу и опуская ее, чтобы оседлала его снова, и на сей раз они оба выкрикнули, когда он нашел свой путь домой.

Она была так чрезвычайно чувствительна после марафона занятий любовью, что она была прямо на краю боли, и он знал это, конечно, так как они давно открыли барьеры между своими эмоциями. Он держал ее крепко, хотя он двигался в длинные, медленные удары, требуя ее как его в то же самое время он был так осторожен с ней. Когда удовольствие угрожало перейти по линии к боли, он протянул руку вниз между их телами и мягко ущипнул ее двумя пальцами, и дополнительное давление отослало ее как ракету. Она рухнула на его груди, когда он кончил в неё, ещё раз, и у нее был момент, чтобы задаться вопросом, как она когда-либо переживёт чистое удовольствие между ними, прежде, чем бессознательность требовала ее.

Когда она проснулась снова, он не касался никакой частью ее тела, которое так отличалось, что это поражало ее в бессонницу. Она села и просмотрела комнату, только чтобы обнаружить, что Аларика тут не было. Он, вероятно, пошел, чтобы найти им что-то поесть, или по крайней мере урчание в ее животе надеялось так, но голодные боли отошли на второй план, когда она уставилась на новое дополнение к комнате.

По некоторым причинам Аларик принес удивительную светлую скульптуру в комнату, в то время как она спала. Это было невероятно красиво. Подобный Ар Деко в этих линиях и изгибах, это также обладало внутренним источником света, который был почти магическим и взял часть только от мастерства к Искусству с большой буквы И. Она в буквальном смысле была прикована к месту этим.

Пока светлая скульптура не повернулась к ней и начала говорить.

- У нас небольшая проблема,- сказало это голосом Аларика.

Глава 30

- Если это - то, как ты пытаешься произвести на девушку впечатление, мне было бы хорошо с блинами и беконом. Квинн села в постели и завернула одеяло вокруг себя, уставившись на Аларика человеческую светлую скульптура все время. - Ладно. Что это значит? Ты не выдержал, чтобы обойтись без кризиса в течение десяти целых часов?

- Я понятия не имею, о чем идет речь.- Его голос был углублен и увеличен магией, и это коснулось мест глубоко внутри неё, что голос не имел прав прикосновения. Она вздрогнула и затем избавилась от этого.

- Да, Ты делаешь. Это - вещь Нерея. Где наличие большого секса, объединенного со смешением-души, превращает тебя в атлантийского супер-фокусника человеческой лампочки.

-Я не думаю, что Кили сказала что-то о качестве секса,- с сомнением сказал он, но она не могла действительно прочитать его выражение, в то время как он был атлантийским эквивалентом Человеческого Факела.

Она моргнула. - Ты говоришь, что это не был большой секс?

- Это был несомненно самый захватывающий секс в истории планеты, но я думаю, что у нас есть другие вещи обсудить прямо сейчас. Он поднял руки в воздух, и фактические полетели искры от его кожи в дугу радужном мерцании.

Она засвистела, долго и низко. - Это фактически на самом деле чертовски круто, но я предполагаю, что ты не хочешь слышать это прямо сейчас?

- Ты угадываешь,- сказал он.

- Возможно мы должны обратиться за помощью?

- Кого мы спросили бы? Он пожал плечами, и больше полетело искр. - Люди обычно приходят ко мне с магическими проблемами.

Он встал и пошел к ней, и она уставилась на него, крайне очарованная несмотря ни на что. Это действительно был Аларик, но он был раскалённым с чистым, ярким светом. Он протянул руку, как будто прикоснуться к ней, но она отступила от него.

- Ни в коем случае, приятель. Не прикасайся ко мне, пока мы не поймем это. Ты мог бы казнить на электрическом стуле меня, который полностью разрушит мой день. Или, хуже, это послал бы некоторый энергетический луч через меня как то, когда ты, гм, излечил меня ранее, и я не собираюсь пытаться заняться любовью с пылающей светлой палкой только до сих пор.

Он засмеялся, и резонансная чувственность этого послала дрожь по ее позвоночнику.

- Говоря о пылающих светлых палках,- сказал он, жестикулируя.

Она не могла в это поверить. Он был обнажен, и этот факт она пыталась не замечать, что с пылающим, и его очень эрегированный член тоже светился. Это было на самом деле круто, насколько магия пошла, и она внезапно бросила осторожность в атлантийские ветра, наклонилась вперед и облизала кончик его выступающей эрекции, только ради забавы посмотреть его реакцию.