Страница 39 из 97
— Конечно, я не считаю их предателями и трусами, которых надо карать. Но почему вы завели разговор на эту тему?
Стив заметил, как изменился ее тон и выражение лица.
— Наверное, для того, — хмуро усмехнулся он, — чтобы не говорить о наших с вами отношениях.
«Правда ли это?» — подумала Джинни, но согласилась с ним:
— Да, я ведь должна была бы помнить, что вы не любите отвлекаться, И я должна стараться не быть причиной этого нежелательного явления.
— Но вы и есть причина, женщина, да еще какая! — возразил Стив.
— Мне очень жаль. Не могу ли я исправить свою невольную вину?
Он отвел взгляд от ее нежного лица и шелковистых волос и глухо сказал:
— Будьте спокойны и терпеливы, пока я не кончу одно дело…
Джинни прочла в его темном взгляде желание, и на сердце ее потеплело:
— Это значит пока что не привлекать вас, но и не отталкивать?
— Вы умница, Анна, спасибо, — признал Стив, страстно желая коснуться ее, но сдержав себя.
— Я пытаюсь, Стив, но временами мне очень трудно, — пожаловалась Анна. — Мне недостает вас.
— Недостает? Разве я не рядом? И всегда вы у меня на уме.
«А на сердце?» — подумала Джинни, но сказала:
— И вы у меня тоже.
— В таком случае нам обоим очень хорошо или очень плохо.
— Наверное, вы правы, — согласилась Джинни. — А сейчас мне надо узнать, не нужно ли чего-нибудь Мэри. Уже темнеет.
Стив и не заметил, что наступает ночь. Не отрывая взгляда от Анны, он сказал:
— Я провожу вас в лагерь.
— Разумно ли это?
— Может быть, и нет, но я провожу.
Она собрала вещи, и они вдвоем вернулись к фургону Эвери.
— Прощайте, Стив…
Ее слова перевернули его душу.
— Вы хотите сказать «доброй ночи», Анна?
— Каждый раз, когда мы расстаемся, для меня это — мучительное «прощай».
— Однажды… Доброй ночи, Анна!
Джинни смотрела ему вслед.
Неужели он хотел сказать: «Однажды нам не придется говорить друг другу «прощай»?» — подумала она.
На следующий день им пришлось переправляться через широкую, глубокую и быструю реку Алабама, через Томбигби. Обе переправы были очень трудными, и поблизости не было селений, в которых можно было бы нанять работников для помощи.
Пришлось снимать колеса, выгружать имущество и переправлять фургоны вплавь, а вслед за ними — мулов и вещи. На другом берегу снова ставили колеса и загружали вещи. Переправами руководили Стив и Лютер, все прошло благополучно, и Стив снова не заметил ничего подозрительного.
Дорогу местами затрудняли холмы и бугорчатые почвы. Они уже почти пересекли Алабаму — двести миль за десять дней — и решили сделать стоянку на целый день для отдыха, домашних работ и починок.
Джинни была счастлива, что Стив на этой стоянке пообедал с ними, играл в карты и болтал с Чарльзом. Оба мужчины оценили вкусные оладьи с консервированными персиками из Джорджии, которые она испекла к кофе.
Когда Стив хвалил ее, она мыла тарелки и молча смотрела на него. Девушка чувствовала, что ее любовь растет с каждым часом, что она хочет только одного: не разлучаться с ним.
Они перешли границу Алабамы и вступили в штат Миссисипи, который был похож и на Алабаму, и на Джорджию: сосны и дубы, красные почвы, богатая растительность, плоский рельеф (только изредка холмы) и много рек.
На третий день заднее колесо фургона Чарльза Эвери попало в рытвину и треснуло. Чарльз остановил фургон и крикнул едущему впереди Карлу Мэрфи, чтобы тот не задерживался для помощи.
До стоянки было уже недалеко, Джинни сказала Чарльзу, что Стив обучил их менять колесо и вдвоем они легко справятся. Каря кивнул и поехал дальше.
Чарльз и Джинни разгрузили фургон, достали домкрат и запасное колесо и начали его устанавливать. В это время подскакал Ошв, который увидел, что фургон Эвери задержался. Узнав, что случилось, он сказал укоризненно:
— Вы должны были мне просигналить! Опасно оставаться в одиночку на дороге, если в окрестностях есть бродяги и бандиты, они только и ждут такого случая.
Чарльз оправдывался, уверял, что он рассчитывал очень скоро догнать обоз. Втроем они быстро поставили запасное колесо. Джинни решила передохнуть, пока мужчины снова нагружали фургон, и вошла под тенистую сень леса. Через несколько минут Чарльз и проводник услышали вскрик, а потом возглас:
— Стив, на помощь!
— Возьмите винтовку и охраняйте вагон! — скомандовал проводник. Он выхватил из-за пояса оба пистолета и устремился в лес.
Чарльз подумал, не уловка ли это со стороны Джинни, чтобы остаться наедине со Стивом. Но вряд ли…
Стив подбежал к Анне и увидел, что она застыла у упавшего дерева, бледная и дрожащая: из-под дерева высунула головку гремучая змея.
— Не двигайтесь, Анна! — тихо сказал Стив, и с облегчением увидел, что она повинуется. — Это змея! — крикнул он Чарльзу Эвери. — Не волнуйтесь, я с ней справлюсь. Подождите нас.
У Чарльза отлегло от сердца; он хитро улыбнулся и лег отдыхать под фургон, приготовившись к долгому ожиданию.
Стив сунул в кобуру один из пистолетов, а другим размозжил голову змее, потом отрезал у нее ножом гремушки и, спрятав их в карман, подошел к дрожащей девушке.
— Ну, успокойтесь же, — мягко сказал он. — Она вас не укусила?
Глядя на змеиную кровь на его руке, она сказала:
— Нет! Но я так испугалась… Я хотела обойти ее, но она вертелась, и я думала, что она поползет за мной.
— Да, хорошо, что вы стояли на месте. — Он привлек ее в свои объятия; страстное желание охватило ее тело.
Он впился поцелуем в ее рот, и она ответила ему. Оба дрожали, изнемогая от желания. Но оба знали, что не могут задерживаться. Стив поцеловал ее еще раз и отпустил.
— О женщина, что ты со мной делаешь… — прошептал он.
— А ты со мной, Стив… — ликующе улыбнулась она.
В лагере их встретила Мэри Виггинс и пригласила к ужину Чарльза и Джинни. Стив поел у Девисов. Томящаяся пара не встречалась в последующие два дня. Перед стоянкой около города Джексона Чарльз предложил Джинни отдохнуть и провести ночь в отеле; она с радостью согласилась. Стив тоже собирался поехать в город.
В десять часов вечера Стив стоял у дверей комнаты Джинни. Он не получил ожидаемого известия — агент сказал ему, что получит нужные сведения и передаст их в Виксбург, куда обоз должен был добраться через три дня. Стив знал, что поступает безрассудно, но не мог не уступить страстному желанию провести с ней ночь.
Джинни сразу отозвалась на легкий стук в дверь. Она открыла ее, радостно улыбнулась Стиву и потянула его за руку в комнату.
— Я принес вам кое-что для защиты, — сказал он, доставая «деррингер» — маленький крупнокалиберный пистолет. — Он прикрепляется к икре ноги или к ляжке, — немного смущенно объяснил Стив. — Хорошо, если враг не знает, что вы вооружены, а достать пистолет оттуда нетрудно. Носите его, не снимая, Анна. Прошу вас.
Его заботливость взволновала девушку.
— Вы мне покажете, как его прикрепить, Стив? — спросила она и подняла ночную сорочку до колен.
Их взгляды встретились, и оба поняли, что снова хотят всего.
10
— Вы можете носить «деррингер» вот здесь, — сказал он, прикрепляя ремешок к икре изящной ноги Джинни. — Или здесь, — ослабив ремешок, он поднял его выше колена. Пальцы его слегка дрожали. — Вы можете выхватить его в любую минуту, а под платьем его не видно. — Пальцы Стива прижались к шелковистой коже ноги.
Джинни вынула пистолет из кобуры, разглядела его и положила обратно. Ее поднятая нога лежала на постели, прижимая руку Стива.
— Это замечательно. Спасибо, Стив.
Он вынул коробку с запасными патронами и сказал:
— Держите ее на всякий случай в кармане платья или юбки. Я принесу вам еще коробку, поучитесь стрелять в цель. — Вспомнив ее слова на уроке стрельбы, когда она сказала, что ее хочет никого убивать, он добавил: — Не обязательно убить врага. Достаточно ранить или испугать.