Страница 24 из 97
Она прокричала ему сквозь шум ветра, дождя и грома, что уже кончила устраивать мулов и сейчас укроется в фургоне.
— Вы не укрепили впереди просмоленную парусину. При сильном дожде с ветром это необходимо — могут промокнуть вещи. Я помогу вам. — Он обхватил ее за талию и посадил на сиденье возчика, а сам ловко набросил и расправил парусину, загородив вход в фургон и показывая ей, как это делается. Потом Стив сказал:
— Посмотри, все ли в порядке… — И вместе с Джинни зашел в фургон.
Постель еще не была расстелена на полу, и в свете фонаря внутри фургона было чисто и уютно. Стив показал Джинни, какие вещи надо отодвинуть от входа, потому что струйки дождя могли просочиться, когда парусиновую накидку отдувало ветром.
— Ну, я пойду, — сказал Стив, — вам надо переодеться в сухое.
— Спасибо за помощь, — сказала Джинни. — Простите, я не знала, что надо закрывать вход парусиной.
— Не стоит благодарности, мисс Эвери. Я об этом не рассказал на занятии.
Он поддержал Джинни, чтобы помочь ей обойти громоздкий ящик, но она зацепилась носком за скобу, пошатнулась и вцепилась в Стива.
От резких движений постель, прикрепленная к стене, упала на пол. Не удержав равновесие, они оба оказались на полу: Джинни — прижатая спиной к мягкой постели, Стив — рядом с ней. Стив заметил, хлопая рукой по мягкому тюфяку:
— Удачное приземление! Мы могли бы и расшибиться.
Не двигаясь и не отталкивая его, Джинни с подавленным смешком пробормотала:
— Благодарю за спасение от опасности… — Она чувствовала себя обессиленной и растревоженной.
— Не стоит благодарности, Анна. — Он потрогал влажный локон. — Вы совсем промокли.
Она не сдержала улыбки:
— Вы тоже, Стив…
Не отодвигаясь от ее плеча, Стив запустил руку в свои черные волосы, пошевелил их пальцами и спросил:
— Неприятно с мокрой головой, да?
— Нет, — слабо ответила Джинни. Его сильное тело рядом с ней было словно медная грелка с горячими углями, которой согревают постель в зимнюю ночь. Взгляд его темных глаз зачаровывал ее, они как будто взывали к ней: «Целуй меня, люби меня, Джинни!» Она посмотрела на его губы, словно ожидая, что с них сейчас сорвутся эти слова.
Стив следил за ее взглядом и ощутил ее трепет.
— Холодно? — вкрадчиво спросил он, чувствуя, что и его тело охвачено желанием. Он не мог оторваться от нее, хотя знал, что должен это сделать.
Джинни слабо уперлась ладонями в широкую грудь Стива и услышала биение его сердца — это потрясло ее. Она перестала его отталкивать — он был так нежен, чарующе нежен, его темные глаза были сейчас как бархат Словно не по собственной воле, она снова подняла руки к его груди и, схватив за рубашку, притянула к себе.
Стив нагнулся над ее лицом и раздвинул ей губы поцелуем. Обхватив ее голову ладонями, он еще теснее прижал к своим губам ее лицо, потом стал перебирать влажные пряди волос. Не отрываясь от ее губ, он с неистовой силой прижался к ней всем телом; вспышки молний словно воспламеняли его.
Руки Джинни обвили талию Стива, она прижимала его к себе и отвечала на поцелуй. Неведомая прежде страсть пламенем охватила тело девушки.
Небо словно раскололось, загремел гром, и фургон задрожал под порывом ветра. Заржали встревоженные мулы. Стив пришел в себя и отпрянул от Джинни. Он знал, что девушка готова отдаться, горел желанием взять ее до конца, подарить ей незабываемый миг счастья… Но не здесь, в лагере, где в любую минуту кто-нибудь мог пройти мимо фургона и увидеть их.
Он вскочил на ноги, и Джинни замерла, обескураженная, щеки ее вспыхнули румянцем. Стыд сковал ее — ведь это она подала безмолвный знак мужчине… Что он думает о ней?
Он не замедлил ей это сообщить:
— Вы, оказывается, неотразимая обольстительница, мисс Эвери! Никогда не забуду эти чудесные мгновения. Но сейчас мне, видимо, лучше поскорей убраться из этой… несколько накаленной атмосферы… чтобы мы оба не пожалели потом!
— Вы правы, мистер Карр! Извините за то, что вела себя так скверно… необузданно… Но ведь вы тоже неотразимый обольститель, а я недостаточно искушена, чтобы противостоять такому могучему соблазну. — Она хотела сказать, что она — девушка, и надеялась, что он поймет невысказанное. — Я не знаю, почему я так себя вела. Наверное, я сошла с ума… — солгала она. — Мне очень стыдно… Пожалуйста, не говорите моему отцу.
— Конечно, не скажу, мисс Эвери, не то он меня кнутом отхлещет… Обещаю вам, что впредь буду лучше владеть собой… — Он старался успокоить себя мыслью, что приблизился к ней ближе, чем надо, только с целью проверить свои подозрения относительно ее отца… но знал, что это самообман. Неистовый стук сердца убеждал его в том, что оно было затронуто этой девушкой.
— Благодарю вас, я так и думала, что вы не скажете.
Стив вышел из фургона, опустив парусину; Джинни услышала шум его удаляющихся шагов. Джинни заставила себя встать и поправить парусину, а потом бросилась на постель, закрыв лицо руками.
«Как ты могла, Джинни Марстон, вести себя так… словно ты дурочка или развратница… Ты презирала Кэтти Кинг, а сама хуже нее… Что за бес в тебя вселился? Будь ты проклят, Стив Карр, чем ты меня приворожил? Но теперь уж буду настороже, если случится остаться наедине с тобой…»
Дождь не прекратился, но стал слабее, и мужчины сняли с фургонов парусину, натягивали ее между деревьями и с трудом разводили костры на травянистых участках почвы. Когда костры разгорелись, женщины начали готовить пищу; Джинни, как обычно, помогала Элли Девис. Она надеялась, что никто не видел, как Стив зашел в ее фургон, и не знает, что он долго там пробыл. В это время буря бушевала вовсю, и фургоны были наглухо закрыты.
Работая, она размышляла о Стиве. Действительно ли он хочет оставаться одиноким или ведет с ней обычную мужскую игру, привлекая и отталкивая. Но это жестоко с его стороны, думала она, воспользоваться ее слабостью и оставить ее в смятении… Хотя, конечно, и она сама виновата, но все-таки это очень жестоко. И она приказала себе забыть о Стиве, забыть упоительное и отравленное ядом мгновение.
Проводник ужинал с Кингами. Краем глаза Элли видела, как Стив и Кэтти болтают и пересмеиваются. Эта женщина завлекает его! Волна гнева и ревности нахлынула на Джинни, ей показалось, что Стив видит ее взгляд и ведет себя так умышленно… Она повернулась спиной к костру Кингов.
Дождь шел почти всю ночь. Джинни спала только часа два, так как без конца раздумывала над происшедшим и из-за девчушек Девисов, которых она взяла спать к себе в фургон — в фургоне Элли было тесно, а непогода не позволяла спать ни на воздухе, ни под фургоном. Девчушки спали на новом месте неспокойно и много раз будили Элли. На рассвете Джинни поднялась неотдохнувшая и обессиленная.
Джинни смотрела, как Стив разговаривает с Кэтти после завтрака — он и сегодня столовался у Кингов. С какой целью эта дерзкая женщина заманивает его, думала Джинни, правда, на этот раз Стив вел себя осмотрительно: сказав несколько вежливых слов, он отошел от костра Кингов, чтобы его поведение не показалось подозрительным. Но какой дурак этот Эд Кинг — позволяет жене флиртовать с красивым мужчиной! А может быть, Кингам что-то нужно от Стива, и поэтому Кэтти улещает его… И все-таки она размышляла, далеко ли зашли от ношения Кэтти и Стива. Поцелуи украдкой… или Кэтти, крадущаяся в лес, и следом за нею Стив… любовные утехи на лужайке… Нет, он себе этого не позволит, он дорожит своей профессией и не пойдет на риск. Он слишком горд, чтобы стерпеть унижение, если его выследят…
Он умеет владеть собой — вчера, в фургоне, это он удержал их обоих от искушения… остановился на самом краю, когда она была готова на все…
Но, может быть, он просто не пожелал тебя, Джинни, а Кэтти пожелает? Ведь она — искушенная в любви пылкая женщина, а ты только… Ох, остановись, Джинни, а не то…