Страница 53 из 88
Ахимса величественно стояла на подиуме перед входом в главный офис Единого Мира. Моих родителей не было видно. — Этим утром, — сказала Ахимса, — службе безопасности удалось установить личность хакера под псевдонимом HectorProtector, который организовал гражданский протест в поддержку лидера группы повстанцев Аны Гиньон.
— Только не это, — прошептала я внезапно севшим голосом. Комната закружилось. Моя голова, казалось, отделилась от тела.
— Талия Эппл, дочка наиболее уважаемых сотрудников Единого Мира, которые безустанно работают для усовершенствования благополучия нашего общества в сфере безпродуктового питания и сетевых коммуникаций, оказалась лидером подпольной группы хакеров, призывающей к протестам против законного задержания мисс Гиньон, — сказала она.
Лидер? Сурово. Я присела и спрятала голову между коленями, пытаясь успокоить дыхание.
Снова заговорила журналистка. — Несмотря на раннее предположение, что мисс Эппл была похищена, оказалось, что она добровольно объединила усилия с лидером Аналогов, которого вы видите на этой фотографии. — Я подняла голову, чтобы увидеть все то же размытое изображение Бэзила, которое они использовали с тех пор как мы исчезли. — Эти двое воодушевили последователей Аны Гиньон, известных как Аналоги с подпольной анти-корпоративной хакерской группой, известной как Динозавры, которые терроризировали город с тех пор, как она исчезла из реабилитационного центра во Внутреннем Круге две ночи назад. Мы получили эксклюзивные материалы и смогли поговорить с жертвами этих преступлений.
Жертвами преступлений?
Они перешли к видео, где мы с Бэзилом проталкиваемся сквозь хаос АР, затем увеличенные кадры того, как Бэзил запустил ветку, ударившую по груди лысого охранника. Камера крупным планом показала его перевязанное лицо, а журналистка объяснила, — Мистер Лаудер получил многочисленные раны и сломанные рёбра, пока преследовал преступников.
— Они были жестоки, — произнес он. — Это не пара невинных ребятишек в поисках приключений, это пара анти-корпоративных террористов, чья деятельность направлена на подрыв нашего общества.
Террористы? От этого слова у меня пересохло во рту.
Затем журналистка перешла к видео с девушкой, которую я никогда не видела, она медленно обходила вокруг разбитого красного автомобиля, трясла головой и рыдала. — Преступники притворились Эли Сауконисс, украли её Разумобиль и сбежали из Арены Развлечений Западного Округа после нападения на мистера Лаудера.
Это же не правда, подумала я. Мы не крали её, просто воспользовались машиной, когда она была уже разбита.
Когда я снова посмотрела на экран, журналистка продолжала: — Мисс Эппл с пособником похитили эту студентку. — Экран заполнило лицо Язи. Она выглядела уставшей и испуганной. Журналистка продолжала вещать. Они смогли уйти от преследователей и отправились в салон во Внешнем Круге.
— Она была моей лучшей подругой, — объясняет Язя. — Но она хакер. Она занимается этим ради развлечения. Она может взломать всё что угодно. — Её речь резкая, порывистая. Она постоянно двигается, дёргается, будто не может усидеть на стуле. — Она взломала операционную систему моего Гизмо. И тайно общалась с другими повстанцами. Они использовали какой-то прибор, чтобы проехать через шлагбаум и их нельзя было отследить. Это было ужасно. Я никогда бы не подумала, что она способна на такие вещи. Кто знает, что они ещё могут.
Я сидела, полностью ошарашенная. Что они сделали с Язей, чтобы заставить её сказать всё это?
Затем картинка сменяется на изображение с видео агентов безопасности, толпящихся снаружи дома Файо. — Считается, что эти ставшие на путь преступлений подростки силой заставили работника этого, не имеющего лицензии салона, изменить их внешность для того, чтобы они могли ускользнуть от властей.
Появляется Файо в своей процедурной, она выглядит потрясённой. — Они хотели, чтобы я абсолютно изменила их внешность, чтобы никто не мог их узнать. — Кто-то, находящийся вне поля обзора камеры, задал ей вопрос, который я не услышала. Она со смешком покачала головой. — Нет, они мне не заплатили.
Затем на экране появляется неряшливая скользкая парочка. — Они забрали его прямо отсюда! — со злостью говорит женщина, указывая на гаражные ворота, свисающие на петлях. — Украли наш мотоцикл посреди ночи. — Камера приближается, и я вижу, что гараж странно пустой, не видно ни следа наркотических принадлежностей. — И как нам теперь добираться на работу? — вопрошает мужчина, грустно покачивая головой.
Парочку сменяют Пико и Айрис, стоящие на фоне заправочной станции. — Он пришёл в поисках возможности нелегального прохода через шлагбаум, — объясняет Айрис. — Но я не торгую подобными вещами.
Пико, морщась, смотрит заплывшим глазом. — Так что они не заплатили за топливо, украли транспорт и смылись.
Появляется трёхсекундное видео на котором мы выбегаем из дверей, а Пико корчится на полу. Я скручиваюсь на корточках, чтобы никто не обратил внимание на мои розовые волосы, по крайней мере, на мне больше нет того оранжевого платья, так явственно видного на видео. Я обхватываю себя руками, задумавшись, не настучала ли на нас и Бетта, но о ней не упоминают.
На экране снова появляется Ахимса. — Фактом, который вызывает наибольшее беспокойство, является то, что в отличие от людей, которым она причинила вред, Талия Эппл это образованная, имеющая привилегии личность, со всеми преимуществами, — говорит она. — Вместо того, чтобы помогать создавать лучший мир, она обезображивала сайты Единого Мира и подстрекала тяжело работающих граждан к незаконному протесту по защите Аны Гиньон и её последователей, которых уличили в нарушении Универсального Акта о Защите Питания. Такого рода необдуманные поступки ставят под угрозу все поставки питания.
Последняя фраза слегка озадачила меня. Я пыталась понять, к чему она ведёт, но затем на экране снова появилась журналистка, на этот раз стоящая возле парня моего возраста, держащего плакат «ОСВОБОДИТЕ АНУ!» посреди протестующих возле тюрьмы. — Изменил ли ваше отношение к происходящему тот факт, что лидером этого движения является дочка сотрудников Единого Мира? — спрашивает она его.
— Конечно, изменил! — говорит он в микрофон. — Если бы я знал, что она просто не хочет подчиняться мамочке с папочкой, я бы не пришел сюда. Она может позволить себе быть арестованной, а я не могу. А ведь её даже здесь нет! — Он разламывает свой плакат пополам и бросает половинки на землю.
Кадр, когда мы бежим из заправочной станции, появляется на экране. — Любой, кто располагает информацией, которая позволит арестовать этих двух вооружённых особ, должен немедленно связаться с властями, — говорит журналистка.
Когда это у нас появилось оружие?
На экране опять появляется Ахимса. — Само собой разумеется, — говорит она, — любой, кто будет содействовать их поимке будет вознагражден должным образом.
От её слов у меня по позвоночнику пробегает холодок. Теперь нас будет искать каждый, но только один человек знает, где мы. Я медленно поднимаюсь и, опустив голову, шаркаю через зал ожидания в сторону выхода. Все обсуждают новость о том, какие проблемы я создала. Пытаюсь сохранять спокойствие, ища логический выход из положения, поэтому я не паникую.
Во-первых, мне нужно убраться отсюда, потому что кто-нибудь во Внутреннем Мире мог поймать сигнал локатора, когда я включила свой Гизмо. Больше нет необходимости просить родителей приехать за мной. Очень скоро агенты службы безопасности и добровольцы заполонят это место, и неважно, что думают люди, когда меня арестуют, я сомневаюсь, что родители смогут оплатить мою свободу, даже если они захотят. Затем мне нужно предупредить Бэзила. Несмотря на то, как дерьмово он со мной обошёлся, я обязана дать ему шанс выбраться отсюда, пока его мать не выдала его. А вот что мне делать дальше, у меня не было никаких мыслей, потому что все люди, в которых я была уверена, включая Язю и Файо, повернулись ко мне спиной.