Страница 33 из 60
— Бр-р, невеселую картинку вы мне нарисовали. И что же посоветуете?
— В принципе, переднеприводные машинки весьма неплохи, особенно в условиях города. Да и в обслуживании особых проблем нет. Если часто выезжаете за город — то подойдет Нива или Уазик. Правда, у Уазика скорость не самая высокая, да и бензина ест прилично, зато есть масса других достоинств, что касается проходимости. А если хочется отечественную машину представительского класса, то берите Волгу — не пожалеете. Отремонтировать ее можно практически в любом таксопарке. Да и по безопасности с ней мало кто из наших сравнится. Недаром Волги «баржами» зовут. А вы что, не знали?
— Нет, впервые слышу.
— Ну, вы даете!
— А кстати, что же вы тогда сами на более современную Волгу не пересядете? Нет, я поняла, что эта тоже хорошо бегает, и все такое, но все же?
— А нравится она мне, и все тут. И согласитесь — они сейчас мало у кого остались. Так что фактически езжу на эксклюзивной машине, которую еще не скоро у кого-нибудь на трассе увижу. Разве плохо? Да и диванчики меня здесь просто умиляют. Все-таки с появлением отдельных кресел машины потеряли какой-то намек на интимность, на интригу. Впрочем, это я что-то отвлекся, извините.
— Но она же старая! Наверное, постоянно ее ремонтируете?
— Открою вам один маленький секрет. На самом деле, начинка у моей ласточки вполне современная, только форма от прежних дней осталась. Я ее почти два года до ума доводил, переделывал, прежде чем вылепил из нее то, что хотел. Честно сказать, на меня из-за нее даже всерьез в моем клубе обиделись.
— А что за клуб?
— Ну, это вроде клуба любителей ретро-машин. На работе общаемся через Интернет, обсуждаем свои новости, советами обмениваемся, запчасти достаем, а по клубным дням встречаемся в реалии.
— И из-за чего на вас обиделись?
— Ну, у нас самым высшим писком считается, если в машине все детали родные, от движка до винтика. И выходит, что со своим внешним видом я бы спокойно мог рассчитывать на призовое место в соревнованиях ретро-машин, тем более что у меня довольно редкая модификация, каких сейчас днем с огнем не найти, а с таким внутренним наполнением я просто не могу в них участвовать.
— Так зачем вы все переделали, если вас из-за этого к соревнованиям не допускают?
— Ну, соревнования для меня не главное. А если вдруг передумаю, я лучше себе еще одну машинку возьму и отполирую.
— А что же тогда для вас главное?
— Общение. Круг единомышленников. И радость оттого, что смог исполнить задуманное. Это такой наркотик! С ним только адреналин может сравниться, когда летишь по какой-нибудь пустынной трассе, голова ясная, мысли глупые в нее не лезут. Только ты, машина и дорога. И ведь странно: отмашешь под полтысячи километров, а чувствуешь себя при этом отдохнувшим, посвежевшим. Словно все проблемы остались там, под колесами. А ты — новый, другой.
— И только-то?
— А разве этого мало?
— Не знаю. Для меня вообще это все ново. У моего отца есть Запорожец, но он никогда на нем дальше ста километров от дома не отъезжал. А кстати, какие еще машины есть в вашем клубе?
— Да разные. Москвичи, Волги, Победы, Чайки. Запорожцы, кстати, тоже появились. Из совсем старых — Эмки, Виллисы, ЗИСы, Мерседесы. По большому счету — весь мир представлен. Всех перечислять — язык устанет. На самом деле, когда мы собираемся вместе — это такое феерическое зрелище!
— Да уж, представляю себе.
— Нет, представить это невозможно, это надо видеть.
— Не знаю, вы так увлекательно об это рассказываете, что прямо-таки слюнки текут посмотреть на все это безобразие.
— Так за чем дело стало? Если хотите, я вас с удовольствием вытащу на ближайшую же встречу. Сами потрогаете все, что захотите, посидите за рулем, прокатитесь по площадке.
— Да я пока даже машину завести-то не смогу, не то что — прокатиться. И на курсы вождения еще нескоро вырвусь. Я уже много куда обращалась, но меня пока нигде все до конца не устраивает. То занятия по вечерам в будние дни, а мне надо хоть иногда дома появляться, с сынишкой и мужем общаться. Да и на работе могут задержать, тогда плакали мои знания и мои денежки. То занятия проходят по выходным, как мне надо, но длятся всего по два часа, из которых час — на теорию. И они считают, что я в таком режиме за два месяца уже стану водителем-ассом?
— Да, за два месяца еще никто нормально ездить не научился, это точно. А почему не попросите кого-нибудь из знакомых научить вас? Это куда как проще. Чем больше водительская практика, тем выше его мастерство. Это вам любой подтвердит.
— Да нет у меня таких знакомых.
— А если подумать?
— Даже если подумать.
— А муж? Или ваш отец?
— Муж не умеет водить машину, как и я. А отец живет не в Москве, поэтому тоже не помощник.
— В таком случае, если совсем будет патовая ситуация — обращайтесь. Уж для вас я свободное время легко выкрою. Кстати, мы почти на месте, так что давайте дальнейшее целеуказание.
— Вот видите высокое красное здание? Сразу за ним поворот направо и сразу же налево, во дворы…
От плохого настроения не осталось и следа. Тем более что странный водитель даже отказался взять с нее деньги! Совершенно невероятная ситуация. Сказал, что ему все равно было по пути, он тут неподалеку квартиру снимает. Наташка, правда, постаралась всучить ему сотню, но — как в стену уперлась. А, не хочет — и Бог с ним, ей же легче!
Улыбаясь своим мыслям, Наталья открыла дверь, вошла вовнутрь и прокричала: «Я уже пришла!» И тут же недовольно поморщилась, поскольку в нос ей шибанул едкий противный запах. Наташка его прекрасно знала и помнила еще со времен детства. Так пахнет ремонт. Но какой ремонт осенью? Да еще и в такую сырость и холод! Надо немедленно разобраться, что здесь происходит.
Войдя в ванную, Наталья обомлела. Наклеенные прямо поверх керамической плитки, там красовались свеженькие веселые обои с какими-то птичками и цветочками. Тут за ее спиной возникла Зинаида Петровна:
— А я вот решила ванную отремонтировать, а то она у нас страшненькая стала, облезлая. Купила обои такие, чтобы Мише понравилось, краски масляной для потолка, да и собралась с силами. Ну, как, нравится?
— Зинаида Петровна, но кто же клеит обои в ванной?
— Ой, да не волнуйся, это же специальные обои, моющиеся. Им вода не страшна.
— А клей какой использовали?
— Да обойный обычный. Мне в магазине сказали, что он хотя и отечественный, но держать будет мертво.
— А вы продавцу сказали, где собираетесь эти самые обои клеить?
— А зачем? Он и так должен понимать, что если человек что-то покупает, значит, он это будет использовать. А уж где и как — так это мое дело.
— Боюсь вас огорчить, но вы слегка поторопились. Ну, спросили бы сначала меня или Павла, нужен ли нам ремонт или нет. Мы бы втроем уже что-нибудь и придумали. А так вы на материалы потратились, целый день на работу убили, а результат-то неважный!
— Как неважный! Тебе не нравится?
— Я вам со всей уверенностью могу заявить, что буквально через два месяца эти обои будут свисать со стен и расходиться на стыках. Придется их сдирать, да еще и смывать со стен следы клея. Да и как мы теперь будем из квартиры запах краски выветривать? На улице дождь, влажность порядочная. А у нас дома Миша. Да и нам с Павлом завтра на службу, а в такой атмосфере за ночь мы себе такую головную боль заработаем, что хоть в противогазе спи или больничный бери.
— Нет, Наташенька, по-моему, ты ошибаешься. Но это дело твое, каждый волен иметь свое мнение, я понимаю. Что ж, пойду на кухню ужин тебе разогревать.
И с видом оскорбленной добродетели Зинаида удалилась восвояси. Вопреки обыкновению Наталья не кинулась ей вслед утешать и просить прощения за собственные слова. Впервые за все то время, которое она провела здесь. В конце концов, почему именно она должна всегда уступать, даже если Зинаида не права, как сейчас! Наташка изрядно вкладывается в семейный бюджет, и почему же ее деньги должны расходоваться столь бездарным образом? Она ведь их не за просто так получает. Лучше бы Зинаида на новую сковородку потратилась, а то со старой своим ершиком уже все тефлоновое покрытие содрала. Или ножи нормальные купила, а то ее тупыми старыми резаками только над продуктами издеваться. И над собой. Так нет: приспичило же ей ремонт учудить. Нет бы летом его сделала, Наталья бы ее еще тогда поняла. Да и помогла бы. Хотя обои в ванной комнате — это, конечно, верх глупости. Чем только Зинаида думает! Или у нее на старости лет маразм в гости постучался?