Страница 158 из 164
9 – Паланкин изготовил себе царь из дерев
ливанских,
10 Столбы из серебра изготовил,
Спинку – из золота,
Подстилку – из багряницы,
А внутри его застлали любовью
девушки Иерусалима.
11 Выходите-ка, девушки, на царя Соломона поглядите,
На венец, которым мать его в день свадьбы венчала,
В день радости сердца.
IV
1 – Как прекрасна ты, милая,
как ты прекрасна -
твои очи – голубицы
Из-под фаты,
Твои волосы – как козье стадо,
что сбегает с гор гилеадских,
2 Твои зубы – как постриженные овцы,
возвращающиеся с купанья,
Родила из них каждая двойню,
и нет среди них бесплодной,
3 Как багряная нить твои губы,
и прекрасен твой рот,
Как разлом граната твои щеки
из-под фаты,
4 Как Давидова башня твоя шея,
вознесенная ввысь,
Тысяча щитов навешано вкруг,-
всё щиты бойцов,
5 Две груди твои – как два олененка,
как двойня газели,-
Они блуждают меж лилий,
6 Пока не повеет день,
не двинутся тени,
Я взойду на мирровый холм,
на гору благовоний,-
7 Вся ты, милая, прекрасна,
и нет в тебе изъяна.
8 – Со мною с Ливана, невеста,
со мною с Ливана приди!
Взгляни с вершины Амана,
с Сенира и Хермона вниз![895]
От львиных убежищ
с леопардовых гор!
9 – Ты сразила меня, сестра моя, невеста,
сразила одним лишь взором,
Одной цепочкой на шее,
10 Сколь хороши твои ласки, сестра моя, невеста,
сколь лучше вина,
Аромат твоих умащений
лучше бальзама,
11 Сладкий сот текучий
твои губы, невеста,
Мед и млеко
под твоим языком,
Аромат одеяний,
как ароматы Ливана.
12 – Замкнутый сад – сестра моя, невеста,
Замкнутый сад, запечатанный источник!
13 Твои заросли[896] – гранатовая роща с сочными плодами,
С хною и нардом!
14 Нард и шафран,
Аир и корица,
Благовонные растенья,
Мирра и алоэ,
И весь лучший бальзам!
15 Колодец садов
источник с живой водою,
родники с Ливана!
14 Восстань, северный ветер,
приди, южный ветер,
Ветер, повей на мой сад,
пусть разольются его благовонья!
– Пусть войдет мой милый в свой сад,
пусть поест его сочных плодов!
(V, 1) – Вошел я в сад мой, сестра моя, невеста,
собрал моей мирры с бальзамом,
Поел сота с медом,
выпил вина с молоком.
Ешьте, друзья, пейте и упивайтесь, родичи![897]
V
2 – Я сплю, но сердце не спит...
Голос милого – он стучится:
«Отвори мне, моя милая, моя сестра,
моя нетронутая, моя голубка,
Голова моя полна росою,
мои кудри – каплями ночи!»
3 – Сняла я хитон -
не надевать же его снова!
Омыла я ноги -
не пачкать же их снова!
4 Мой милый руку
просунул в щелку -
От него моя утроба взыграла.
6 Встала милому отворить я,
а с рук моих капала мирра,
С пальцев – текучая мирра
на скобы засова,
6 Отворила я милому -
а милый пропал, сокрылся,
От слов его дух мой замер,
Я искала его, не находила,
кликала – он мне не ответил!
7 Повстречали меня стражи,
обходящие город,
Изранили меня, избили,
Стражи стен городских
сорвали с меня покрывало.
8 Заклинаю вас, девушки Иерусалима,-
если встретится вам мой милый,-
Что вы скажете ему? Скажите,
что я любовью больна.
9 – Что твой милый среди милых,
прекраснейшая из женщин,
Что твой милый среди милых,
что ты так нас заклинаешь?
10 – Милый бел и румян,
отличен из тысяч:
11 Лицо его – чистое золото,
кудри его – пальмовые гроздья,
черные, как ворон,
12 Очи его, как голуби
на водных потоках,
Купаются в молоке,
сидят у разлива,
13 Щеки его[898], как гряды благовоний,
растящие ароматы,
Губы его – красные лилии[899],
капающие миррой текучей,
14 Руки его – золотые жезлы,
унизанные самоцветом,
Живот его – слоновая кость,
обрамленная темно-синим каменьем,
15 Ноги его – мраморные столбы,
поставленные в золотые опоры,
Облик его – как Ливан,
он прекрасен, как кедры[900],
16 Нёбо его – сладость,
и весь он – отрада!
Таков мой милый,
таков мой друг,
Девушки Иерусалима!
VI
1 – Куда ушел твой милый,
прекраснейшая из женщин,
Куда уклонился твой милый,-
мы поищем с тобою!
2 – Мой милый в свой сад спустился,
ко грядам благовоний,
Побродить среди сада
и нарвать себе лилий,-
3 Отдан милый мой мне,
а я – ему,-
Он блуждает меж лилий.
4 – Прекрасна ты, милая, как столица[901],
хороша, как Иерусалим,
И грозна, как полк знамённый![902]
5 Отведи от меня глаза,
что меня победили,
Твои волосы – как стадо коз,
что сбегает с гор гилеадскпх,
6 Твои зубы – как стадо овец,
возвращающихся с купанья,
Родила из них каждая двойню,
и нет среди них бесплодной,
7 Как разлом граната, твои щеки -
Из-под фаты!
8 – Шестьдесят их, цариц,
и восемьдесят наложниц,
и девушек – без счета,–
9 Одна она, моя нетронутая, моя голубка,
Одна она – ясная дочка
у матери родимой,–
Увидали подруги -
те пожелали ей счастья,
Царицы и наложницы -
те восхвалили:
10 – Кто это восходит, как заря,
прекрасная, как луна,
Ясная, как солнце,
грозная, как полк знамённый?
11 – Я спустился в ореховый сад
посмотреть на побеги долины,
Посмотреть, зеленеют ли лозы,
зацвели ли гранаты.
12 Я и не ведал[903] -
душа моя меня повергла
под победные колесницы:
Вернись, вернись, шуламянка,
вернись, вернись, дай взглянуть![904]
(VII, 1) – Что смотреть вам на шуламянку,
будто на хороводную пляску?[905]
895
Амана, или Аман – горы в Северной Сирии; Ливан – горы в Финикии; Сенир и Хермон – горный массив в Южной Сирии. Этот отрывок включен в обряд христианского бракосочетания.
896
дословно: «побеги», «ростки», в более поздние периоды развития древнееврейского языка также «орошаемая, покрытая растительностью земля»; здесь употреблено как метафора. Слово «пардес» (в переводе: «роща») заимствовано не ранее VI—V вв. до н. э. из иранского (индийск. «парадайза»—«парк»; ср. также греч. «парадейсос»—«парк, парадиз»); тем самым, во всяком случае, данная редакция этой песни не может быть датирована более ранним временем
897
вероятно, является ответом жениха на заключительную реплику невесты в песни IV, 12—16 и поэтому в переводе соединена с ней. Под «друзьями» разумеются гости со стороны жениха, под «родичами», собственно, «двоюродными со стороны матери» – гости со стороны невесты
898
Речь, конечно, идет о бороде, обрамляющей лицо
899
В подлиннике слова «красные» нет, однако перевести «губы его – лилии», было, очевидно невозможно, так как лилии в нашем представлении, как правило, белые
900
Дословно: «Отборен (отличен, избран), как кедры». Комментаторы предлагают ряд значительных поправок и перестановок в этой песни, но мы, как и в большинстве подобных случаев, не сочли возможным учитывать эти предложения
901
Дословно: «Как Тирца». Как мы полагаем, имеется в виду древняя столица северного Израильского царства (см. выше)
902
Последнее слово, более нигде, кроме «Песни песней», не встречающееся, по-видимому, означает «отмеченные, снабженные значком воинским, то есть знаменем», то есть – "полки"
903
Ввиду большой неясности текста в подлиннике мы решили дать условный перевод, близкий к переводу «Вульгаты» («Я не знал: душа моя смутила меня из-за колесниц Амминадаба»); предполагается, что красавица победительница сравнивается с проезжающим мимо колесничным отрядом знаменитого воина, как выше она сравнивается с полком под знаменами
904
Дословно: «Вернись, вернись, «хаш-шуламмит», вернись, вернись, и мы посмотрим на тебя». Старинные переводы обычно воспринимали слово «хаш-шуламмит» как имя собственное «Суламифь», что, однако, грамматически невозможно из-за артикля, указывающего на то, что перед нами имя нарицательное, а именно: относительное прилагательное женского рода, обозначающее «жительницу селения Шулем или Шунем (так и переведено в части греческих рукописей). Жительницы Шунема, упоминаемые и в других книгах Библии, по-видимому, славились красотой, и имя их стало нарицательным для красавицы
905
Один из самых трудных отрывков "Песни песней"– текст здесь, несомненно, испорчен. Неясность по поводу этого места ощущалась еще в древности. В греческой и славянской Библии стих VII, 1 отнесен к главе VI (VI, 13), и мы последовали этому