Страница 72 из 87
Ночью разразилась гроза. Ветер рвал полог шатра. Раскаты грома раскалывали небо. Зерон слушал голос стихии. Победа сегодня ушла из рук. Сто тысяч остались лежать на поле. Зерон не сожалел о них. Подрастают новые воины, готовые сжать ладонью рукоять меча. Где-то среди них тот, что осмелится бросить вызов вожаку мауронгов. Такова судьба Зерона, как и всех его предшественников – быть побежденным сильнейшим. Не многие вожаки доживали до старости. Сколько осталось Зерону?
Вызов может быть брошен в любой день от любого воина. Но кто осмелится? Кто сейчас осмелится? Зерон не видел достойных. Скрытая неприязнь исходила от Дракуса. Зерон это чувствовал. Но Дракус слаб. Да и где он теперь, этот Дракус? Глупец. Победу упустили по его вине. Но ничего. Есть другой вариант. Менее доблестный. Совсем не доблестный. Гадкий. Подлый. Но победителей не судят. Так говорил Мауронг.
Раскаты грома прекратились. Шум затихающего дождя нагонял сон. Зерон прикрыл тяжелеющие веки. Но уснуть не дали. Снаружи послышался шум. Полог откинулся, и в шатер заглянул стражник.
– Мой повелитель, – осторожно произнес он.
– Что такое? – Зерон приподнял голову.
– Дракус хочет тебя видеть, мой повелитель.
– Что?! Дракус? – Зерон мгновенно вскочил на ноги. – Откуда он взялся? Немедленно сюда! Нет! Он недостоин входить. Я сам выйду!
Зерон зажег факел и вышел из шатра. Дождь закончился. Сырой ветер раздувал пламя.
Дракус, мокрый, втянувший голову в плечи, с синяком под глазом, стоял перед Зероном.
– Где твои доспехи? Где твой меч? – первое, что спросил Зерон, увидев столь жалкое зрелище.
– Мне удалось бежать, мой повелитель. Меня пытали. Но я ничего не сказал! – торопливо произнес Дракус.
Зерон молча смотрел на Дракуса.
– Я правда ничего не сказал, – повторил Дракус.
Зерон молчал.
– Прости меня, мой повелитель, – Дракус склонил голову. – Я искуплю свою вину. Я виноват, что без приказа пошел в бой. Я виноват…
– Молчи, – остановил повинную речь Зерон. – Ты, кусок собачьего дерьма, проси прощения у тех, кто сейчас лежит на поле по твоей вине. И ты посмел явиться ко мне. Ему удалось сбежать! Как гордо он это произнес. Трус! Мауронги не убегают! Как ты мог попасть в плен? Сам сдался?
– Меня сзади ударили по голове. Оглушили.
– Правда? – Зерон изобразил на лице удивление. – А в твоей голове есть то, что можно оглушить? Я давно подозревал, у тебя в башке одна кость, но теперь я убедился окончательно в этом.
– Дай мне меч, я сам себя убью.
– Еще и меч ему подай, – усмехнулся Зерон. – Там на поле тысячи мечей. Выбирай любой. Иди.
Дракус медленно повернулся и побрел в темноту.
– Постой, я пошутил, – мрачно улыбнулся Зерон. – Завтра в строй встанешь. Простым воином. Если надо – умрешь. А теперь расскажи мне кое-что. Ты его видел?
– Кого? – Дракус обернулся и непонимающе смотрел на Зерона.
– У тебя точно в башке одна кость. Его, главного у них, видел?
– Я разговаривал с ним.
– Даже так. О чем?
– Он предлагал мне стать вожаком мауронгов.
– Вот как? Интересно, как же?
– Если я ему помогу победить тебя.
– Так, так. Очень интересно. И ты отказался помочь?
– Конечно, – кивнул головой Дракус.
– Превосходно! А не подослан ли ты им, чтобы убить меня? В глаза мне смотреть, тварь! Бегают глазки-то. Ладно, ладно. Верю. Я же тебя насквозь вижу. Духу у тебя не хватит на меня руку поднять. О чем еще говорили?
– О яде Мауронга.
– Это уже совсем интересно, – Зерон прищурил глаза, пряча взгляд, и невольно отвернулся.
– Точнее, о противоядии, мой повелитель, – продолжил Дракус, глядя в затылок Зерона.
Тот резко обернулся.
– И ты ему рассказал?
– Нет, мой повелитель…
– Врешь! Все рассказал! А потом он тебя отпустил. Так было дело? Я знаю! Не врать мне!
– Да, так, – едва слышно выдохнул Дракус.
– Очень хорошо, – Зерон скривился в усмешке. – Ты все правильно сделал, мой друг. Завтра он уже будет подготовлен. У него не будет иного выхода. А теперь иди.
– О чем ты говоришь, повелитель? – не понимая Зерона, спросил Дракус.
– Пошел вон! – бросил Зерон через плечо, возвращаясь в шатер. Дракус еще немного потоптался на месте, пытаясь осмыслить последнюю фразу вожака, но, так ничего не поняв, повернулся и побрел в темноту.
Зерон вернулся в шатер, но тут же вышел вновь. Мановением руки подозвал стражника.
– Верни Дракуса, – приказал он.
– Слушаюсь, мой повелитель, – стражник скрылся в темноте. Дракус не успел далеко забрести, и вскоре стражник вернулся вместе с ним назад, к шатру Зерона.
– Вот что, мой друг, – негромко произнес Зерон. – Коль тебя отпустили, возвращайся назад к этому пришельцу с юга. Кстати, как его звать? Напомни.
– Александр, – ответил Дракус. – Но зачем назад возвращаться? Ты прогоняешь меня?
– Александр, – повторил Зерон, пропустив мимо ушей вопросы Дракуса. – Вернешься к Александру, – продолжил Зерон. – Скажешь, что я готов говорить о противоядии. Я готов с ним встретиться на заре. Встреча будет посреди поля битвы. По десять всадников с каждой стороны на расстоянии пятидесяти шагов. Передай слово в слово. Повтори.
Дракус повторил.
– Молодец, – похвалил Зерон. – Мозжечок у тебя все же есть. Все, иди немедленно.
– Слушаюсь, – Дракус с готовностью склонил голову и метнулся в темноту.
Зерон вернулся в шатер. Завтра он выдвинет этому пришельцу условия, от которых невозможно отказаться. Ему нужно противоядие? Будет. Но только на условиях Зерона. А теперь спать. Немедленно. Перед противником надо предстать с ясной головой и глазами, излучающими силу.
Уснуть не удалось. Только Зерон прилег на черную шкуру волосатого носорога, что топтал некогда седой северный мох, как снаружи послышались шаги и полог шатра вновь осторожно отвела в сторону рука стражника.
– Мой повелитель, – произнес он учтиво.
– Что там? – спросил Зерон недовольно.
– Поймали тут старика какого-то. Говорит, что к тебе шел, – пояснил стражник.
– Какой еще старик?
– Говорит, что Хранитель. Зовут Марквентор его.
– Что? Марквентор? – Зерона подбросило. – Немедленно его сюда!
Послышались медленные шаги. В шатер вошел крепкий старец с посохом. На самом верху посоха голова орла из дерева вырезана. Вместо глаз у орла камни драгоценные сверкают.
– Я – Марквентор, Хранитель Хаккадора, – назвался старец.
– Иди, – приказал Зерон стражнику, стоявшему за спиной вошедшего.
Тот молча удалился. Зерон изучал гостя. Тот тоже не оставался в долгу.
– Мы не встречались, – начал первым Зерон. – Марквентор сидел в темнице, а я не считал нужным видеть его. Чем докажешь, что ты Хранитель, а не самозванец?
– У тебя тут где-то Харсус скрывается. Позови, он подтвердит.
– Эта сволочь? – усмехнулся Зерон. – Откуда ты знаешь, что он здесь?
– Где же ему еще быть? Своего замка, в отличие от Радгора, у него нет. Радгор в свой замок сбежал за Черные горы. А Харсус здесь. У тебя где-то прячется.
– Допустим. Но не будем время терять. Садись, угощайся, – Зерон показал рукой на низкий столик с разнообразной снедью. – Как же ты осмелился прийти ко мне сам? Что привело?
– Да, не будем терять время, – согласился Марквентор, присел к столу, но к еде не притронулся. Налил себе чашу вина, залпом выпил. Поставил обратно на стол.
– Хаккадора больше нет, – произнес он едва слышно. – Нет больше страны магов. Анвантар пуст. Обитатели разбежались, попрятались кто куда. Соратники предали меня. Дерево Жизни осквернено и никогда более не даст плодов. Защищать больше нечего. Битва, что я видел сегодня днем, была бессмысленной. Нет разницы, кто победит. Исход один. Грязные воины заполнят Анвантар. Твои или же те, что пришли с юга, – нет разницы. Хаккадор погиб. Моя жизнь мне безразлична. Все, что у меня осталось в этом мире, это моя дочь. Она умирает. Я знаю, у тебя есть противоядие. Спаси ее. Это все, о чем я тебя прошу. За этим я пришел сюда, пренебрегая опасностями. Ради того, что мне дорого, я готов на все.