Страница 52 из 54
Молодой дин поднял усталый взгляд и уставился на свою точную копию, словно перед ним сидел не живой человек, а была гладкая поверхность зеркала.
- Довольно странный мир, Пегас, - наконец изрек Персей.
Близнец, ничего не ответив, согласился.
Порвав самое последние письмо, молодой дин вытянул ладонь вперед - обрывки сами собой вспыхнули и мгновенно превратились в пепел.
- Мы вывели их на чистую воду, - подытожил Пегас.
- Да, театр удался на славу. Они поверили каждому моему слову, - согласился Персей.
- Так и я времени зря не терял. Правда, на этот раз, народец попался упертый. Поселить в них семена недоверия было не так-то просто. Зато как я мастерски покопался в их тайной библиотеке, а?! Изменить историю - мой излюбленный прием. Всегда работает безотказно.
- Да, способ классический, Пегас.
- Не без того, - согласился тот.
Потянувшись, будто мартовский кот, молодой дин постучал по тонкой стенке, за которой находился возница.
- Эй, Цефей, поторапливайся. Работа не ждет!
Снаружи послышался шорох и короткий удар хлыста. Экипаж стал раскачиваться из стороны в сторону сильнее.
- Еще один мир избавился от заблуждения, - хлопнув в ладоши, подытожил Персей. - Знаешь, Пегас, что мне нравиться в нашем деле больше всего? Манипуляция. Мы совершаем настоящие перевороты, будто искусные маги при этом, не используя и капли иной силы.
- Да, согласен, это того стоит. И все же, что дальше?
Покопавшись в дорожной сумке, Персей извлек толстый конверт, скрепленный старой сургучовой печатью и перетянутый бурой лентой. Избавившись от оболочки, он извлек несколько бумаг и жадно впился в неровные строчки.
- Ну что там... что дальше? - сгорая от нетерпения, запричитал Пегас.
- И когда ты научишься читать? Ладно, слушай: очередной деспот, подкрепленный слепой верой. Представляешь, они поклоняются священным мумифицированным животным.
- Магия?
- Ни капли. Только психология, а в остальном, лишь обман.
- У меня есть идея, - как истинный заговорщик прошептал Пегас.
- Я нисколько в этом не сомневался, брат.
Персей развернулся и уставился в окно. Серебряная пелена зимы исчезла, отдав власть золотой осени. То была уже другая реальность: другие правила, совсем другая история.
Мелодия далеких ветров
Спустившись с командного мостика, Хоакин внимательно оглядел мрачные лица моряков. Картина вырисовывалась неутешительная: озлобленные оскалы, постоянные перешептывания, каменные взгляды - первый шаг к бунту. Да и кого, собственно говоря, винить? - половина из них висельники, вторая - бывшие каперы, решившие законным путем сорвать немалый куш. Как они ошибались! Впрочем, как и сам Хоакин.
Пятнадцатилетний капитан огромного неповоротливого галиона спустился вниз с мостика и задумчиво прошелся вдоль левого борта. Сильный туман окончательно скрыл последние возможные ориентиры, погрузив корабль в молочную пустоту бескрайнего океана.
"Отчаянный" пропадал уже третьи сутки. Небольшой шторм перемешал все карты, а странная игра с природой стала напоминать кошки-мышки. Сделав ставку на то, что каравеллу отнесет на северо-запад всего лишь на пару миль, капитан, видимо, попал пальцем в небо.
Сматывая канаты, мистер Терси преклонил голову, тем самым выразив свое почтение. Однако, как только Хоакин начал удаляться, плюнул ему вслед. Недовольство команды уже не таилось в узких корабельных углах и не разносилось по округе случайным шепотом - теперь оно приобрело достаточно осязаемые формы.
Возвращение с острова превратилось в настоящий кошмар. Все началось со странной эпидемии подхваченной трехпалым Ником Тилсоном. Непрекращающийся кашель всего за пару часов перерос в агонию, способную отправить к праотцам всю команду, включая и самого доктора Дилакси.
Жизнь бедолаги, так и не удалось спасти: ни кровопускание, ни вонючие отвары и мази не смогли противостоять ужасному недугу. Следом за Ником заболели еще двое. Пару дней команда жгла факелы с курительными трубками, но болезнь засела где-то глубоко и уже будоражила не только душу, но и сознание моряков.
Хоакин был решителен и не собирался сдаваться. Он не сомкнул глаза, пока не заставил доктора выдать морякам спасительную панацею от всех самых страшных заклятей и хворей, внушив даже трусам надежду на спасение.
Тела усопших, замотав в саван и изрядно утяжелив, погрузили в море.
На "Отчаянном" болезнь унесла жизни еще троих моряков, окончательно развеяв миф о прекрасном архипелаге, близ реки Паско, который так щедро поделился с ними сокровищами индейцев Чибча.
Поход в самое сердце джунглей оказался несложным: всего пару ночных переходов и они достигли скрытых в тумане ворот. Хоакин нечасто чему-то удивлялся, но останки былой цивилизации поразили его до глубины души. Он увидел ни старые лачуги и следы пожарищ, а величественный и совершенный во всех отношениях город. Лимбу - так индейцы называли его на своем наречии; Золотой луч - сокровенно вторили им те, кто жил по ту сторону океана. Легенда о несметных сокровищах долетела даже до далекой Испании, и уже пятый год будоражила умы королевской знати.
Филип III не очень любил пустую болтовню, но к разговорам о золотом городе отнесся с особым вниманием. Все тайные службы Испании устремили свой взор на тех, кто мнил себя кладезем знаний и, указывая морские ориентиры, открывающие путь к "сокровенному лучу".
Настоящая лихорадка охватила страну. Королевские ищейки рыли носом землю, покорно исполняя прихоть Его величества. И результат не заставил себя ждать. По прошествии двух лет, им все-таки удалось отыскать заветную карту. Находка мгновенно обросла слухами, и вскоре чуть ли не каждый добропорядочный испанец приписывал эту находку себе.
В те времена Хоакин был далек от подобных проблем и не интересовался новостями с родной земли. Судьба забросила его в далекую заокеанскую колонию, где редко прислушивались к лживым словам и полагались исключительно на собственные силы. Тем более что последний год выдался на редкость неудачным. Караван кораблей направленных в Испанию был атакован пиратами и все товары стали легкой добычей английских хозяев морей. Форт остался без содержания, которое выделялось в обмен на полученные дары. Следом за нападением в форт пришла новая напасть: болезнь, заставившая поселенцев вздрогнуть от ужасного мора. Хоакин лишился жены, первенца и двух братьев.
Именно в этот трудный час, когда каждый третий едва справлялся с отчаяньем, а ужасное безумие уже постучалось в ворота, нашелся человек, чей дух оказался сильнее любых невзгод.
Несмотря на столь юный возраст, Хоакин стал настоящим лидером Фуэрте Эспаньол. Люди поверили ему, восхищаясь и поражаясь его стойкости. Каждое слово нового предводителя имело достаточный вес, и редко кто решался ослушаться отданного им приказа.
Он не повторял дважды, утомляя селян массивными речами, строя смелые и зачастую неосуществимые планы. Нет, он был не таким. В его голосе никогда не звучало фальши: знаешь - говори; не уверен - тогда молчи. Так считал сам Хоакин и учил этому золотому правилу даже умудренных опытом кормчих, которые пытались соперничать с ним в любой мелочи.
***
Пара испанских кораблей, были встречены поселенцами с нескрываемой радостью: словно посланники надежды, они вошли в бухту на всех парусах, не боясь разбиться об острые камни, видневшиеся по правому борту. Их вела вперед золотая цель - карта острова Лимбу хранилась под замком в каюте капитана и ждала своего звездного часа.
Хоакин не удивился, когда узнал истинную причину столь оглушающего визита в их забытую богом дыру.