Страница 47 из 73
вместе, потолкуем по душам...
* * *
С организацией взвода разведки наш отряд почувствовал себя настоящим боевым
воинским подразделением. Теперь мы знали, что делается не только в нашем районе, но и в
со седнем.
Появились у нас и хозяйственники, которые занимались вопро сами питания и
обеспечения отряда всем необходимым. Правда, в этой группе было всего лишь пять
человек, но мы ее гордо называли хозвзводом.
В связи с необходимо стью ухаживать за ранеными, а когда надо, и перевозить их на санях
или нести на но силках у нас образовалась санитарная группа во главе с Нюрой Соколовой. Ей
в помощь выделили пожилого конюха Митрофана Ивановича Метелицу.
У нас был уговор: ни раненых, ни больных не о ставлять даже в самых надежных селах.
Уж бедовать так вместе! Разве только со стояние здоровья не позволит возить, трясти
человека. Тут главным был моральный фактор - каждый партизан знал, что в беде его не
о ставят товарищи.
* * *
Через несколько дней по сле возвращения из Осиповичского района я пошел к со седям, в
партизанский отряд Изоха, узнать, как складывается обстановка в районе и что нового в
других отрядах. Командир и комиссар встретили меня приветливо. Но были они невеселые. Я
спро сил, что случило сь.
- Присаживайся, Михаил, - предложил мне Яков Иванович Заяц, - сейчас все узнаешь.
И они рассказали, что обстановка в Кличевском районе крайне о сложнилась. В Бобруйск
прибыл батальон СС под командованием майора Гофмана. Две роты этого батальона
появились в Кличеве.
- Мы сначала не обратили о собого внимания на эти сообщения, - заявил Игнат Изох, -
мало ли батальонов проходило через Бобруйск и Кличев по пути на фронт. А потом узнали,
что Гофман о сновательно о сел на Кличевщине. У него специальное задание: уничтожить
партизан во всей округе и создать из местного населения так называемую "самооборону".
Вернувшись в отряд, я предложил усилить разведку и поручить Елецкому внимательно
следить за деятельно стью Гофмана. Выяснило сь, что берлинский эсэсовец делает все, чтобы
выслужиться перед начальством. "Язык", приведенный нашими разведчиками, рассказал нам о
методах Гофмана. "Стреляйте в каждого встречного, не щадите ни стариков, ни женщин, ни
детей. Все они партизаны или связанные с партизанами", - поучал палач своих головорезов.
И эсэсовцы старались. Они расстреляли старого учителя Якова Семака и его больную
жену, семью бывшего председателя Бацевичской потребкооперации Ивана Белокурского,
замучили до смерти жену учителя Михаила Медведева и размозжили голову ее грудному
ребенку. В одном только Кличеве каратели расстреляли свыше пятидесяти человек, в
о сновном женщин и детей. И все эти невинные жертвы входили в кровавые сводки Гофмана
как партизаны, убитые в боях.
Майор Елецкий хорошо наладил работу разведки. И вот однажды он сообщил, что
Гофман со дня на день двинет в село Усохи крупный карательный отряд. Его цель -
уничтожить партизан, забрать в селах скот и продовольствие, работо спо собное население
угнать на работу в Германию, а о стальное истребить.
Мы решили не допустить врага до Усох, выйти навстречу и устроить засаду. Наши
разведчики прошли по дороге, ведущей в город, и выбрали место, где густой лес вплотную
подступал к дороге. На операцию было по слано двадцать автоматчиков, четверо метких
стрелков с винтовками и ручным пулеметом. Гранат было мало, поэтому их взяли только
несколько штук.
Партизаны вышли темной ночью. В двух километрах от села разделились на две равные
группы. Одну группу Баранов повел по правой стороне дороги, немного углубившись в лес.
Группа под командой Маркова пошла левой стороной.
...Утро наступило морозное, но солнечное. Пароконные сани с двумя эсэсовцами мчались
по лесной дороге, как по тоннелю. На одном повороте этот тоннель был о собенно узким.
Вековечные ели, припорошенные снегом, стояли хмурой ратью. С дороги не было видно, что
скрывается под отяжелевшими от снега, до самой земли опущенными ветвями. А как раз под
этими природными шатрами и расположилась первая группа партизан. Они притаились по
двое, по трое за каждым деревом.
Сани партизаны пропустили. Ясно было, что это разведка. Если по этим саням в лесу
стрелять никто не станет, значит, партизан здесь нет. Видимо, так должны были решить
фашисты, если это на самом деле их разведка.
Когда утих топот конских копыт, в заснеженном лесу установилась мертвая тишина.
Пока разведка не вернется, карательный отряд не пойдет. Партизаны могут покурить и