Проказница Амора (ЛП)

– То есть это сделает тебя счастливым?

– Не это, chйrie, а ты. Только ты.

Поцелуй Амора был мягким и нежным, почти благоговейным, словно он поклонялся ей. Его рот прижимался к ее, покусывая нижнюю губу, дразня и пробуя. Нина вдыхала его запах, смесь земли и кожи, и запоминала его.

Она узнает его где угодно только по его губам и запаху.

Ее чувства были настроены на него, принимая каждую деталь: ощущение его кожи, звуки, которые он издавал, даже сердцебиение, которое она чувствовала под рукой, когда опиралась на его грудь. Сердцебиение вампира.

Сердце, которое быстро и неровно билось против ее руки, словно говорило о своих чувствах с помощью азбуки Морзе. Так же как гораздо ниже его потребность пульсировала против нее в другом ритме.

Его длинный, твердый член реагировал с каждым его вдохом, уверенно и равномерно.

Нина чувствовала себя в безопасности, пока Амор обнимал ее, одну руку прижимая к ее шее сзади, а другую обвивая вокруг ее талии. Только теперь она заметила, что ее ноги не касаются пола.

Он поднял ее и держал на руках, словно она ничего не весит.

– Я сплю? – пробормотала она в его губы.

– Если да, то нам снится один и тот же сон. И я бы хотел никогда не просыпаться. – Губы Амора требовали ее, на этот раз он целовал Нину более настойчиво, побуждая ее губы раскрыться своим умелым языком, дот тех пор пока она не сдалась под его натиском.

Нина почувствовала его движение, и спустя секунду он опустил их на кровать. Затем он откатился в сторону, а его рука скользнула под ее футболку. В тот момент, когда его пальцы коснулись обнаженной кожи на спине, Нина почувствовала себя так, словно внезапно воспламенилась.

Она не смогла остановить стон, который сорвался с ее губ, тем временем превращаясь в лужу необузданного желания.

Его искусный язык все глубже проникал и уговаривал ее тело почувствовать больше удовольствия, в то время как большой палец поглаживал кожу вдоль позвоночника. Нина дрожащими руками расстегивала пуговицы на его рубашки, но губы Амора слишком отвлекали ее, чтобы она могла сконцентрироваться на чем-то еще.

Она была не в том состоянии, чтобы заставить руки действовать согласованно.

Нина разочарованно вздохнула.

Амор мгновенно отстранился, чтобы взглянуть на нее.

– Что случилось?

– Я не могу расстегнуть эти проклятые пуговицы.

Смех Амора прозвучал музыкой в ее ушах. Он был словно мелкий теплый дождь, который проливается на нее, успокаивая.

– Почему бы тебе просто не оторвать их? Я знаю, ты в этом профи.

Нине не понадобилось еще одно приглашение. Спустя несколько секунд его разорванная рубашка приземлилась на полу. Однако, прежде чем Нина смогла прижаться к его груди, Амор стащил через голову ее футболку.

– Намного лучше, – заметил он, его глаза остановились на обнаженной груди Нины. Под его горячим взглядом она почувствовала, как твердеют соски. Нина заметила его хитрую усмешку, когда Амор посмотрел ей в лицо.

– О, да, намного, намного лучше. Я надеюсь, у тебя нет других планов на вечер, chйrie, потому что в мои намерения не входит снова выпускать тебя из своих объятий.

– Обещания, обещания. – Она неторопливо провела ногтем по его груди, рисуя круг вокруг соска. В то время как его мышцы были тверды, кожа была на удивление мягкой.

– Ты можешь положить это обещание в банк, оно так же надежно, как золото.

– Если бы за каждое обещание мне давали по пять центов, то... – Нина не смогла закончить, а вместо этого оказалась придавлена телом Амора, его теплый рот целовал ее губы.

– Успокойся, chйrie, и позволь любить тебя. – Она никогда прежде не слышала, чтобы он говорил с такой нежностью.

***

Амор наслаждался ощущением теплого тела Нины под собой, ее восхитительные груди соприкасались с его грудью. Тепло ее тела просочилось в него и подожгло каждую клетку.

Она имела над ним непреодолимую власть. Ее запах окутывал, как если бы ограждал от всего остального. Нина была единственной женщиной, с которой он хотел быть.

Он уже ощущал голод по отношению к ней. С трудом он отодвинул его, чтобы не опошлять происходящее спешкой. Это будут воспоминания, которые они оба будут лелеять, событие, на которое они будут оглядываться с радостью.

Давала ли ему когда-нибудь другая женщина столько радости, посылала ли столько удовольствия через его тело? Лишь одни ее нежные стоны и вздохи разжигали в нем огонь.

Амор устроился между ее податливыми бедрами и позволил твердому члену нажать на ее сердцевину.

Даже через одежду он ощущал ее влажность и жар, когда она ответила ему, совершая волнообразные движения бедрами.

О, да, маленькая бомбочка так же сильно хотела его, как и он ее. Даже не ощущая ее эмоций, он знал это наверняка. И она его получит.

Он отстранился немного, чтобы дать своим рукам шанс погладить ее великолепную грудь. Твердые соски словно умоляли, чтобы их потрогали. Небольшие бутоны, розовые и твердые, торчали и приветствовали кончики его пальцев.

– Обещай мне, что ты больше никогда не будешь прятать это от меня под лифчиком, – Он хотел, чтобы эти зрелые фрукты всегда были доступны для его голодных рук, и никакая одежда не мешала бы им.

Все, что они должны чувствовать, это как его руки ласкают их, губы целуют, а рот жадно сосет.

Возможно даже, он вонзит в них клыки, когда будет кормиться от Нины. Член Амора сильно дернулся от этого эротического образа.

– Тебе не нравится раздевать меня? – Нина дразнила его, но Амор не возражал.

– О, мне нравится раздевать тебя, но я не хочу, чтобы что-то или кто-то обхватывал эти прекрасные груди, кроме меня. Я не хочу, чтобы лифчик касался их, это буду делать я. Я мог бы приревновать. – Амор будет завидовать бюстгальтеру, держащему ее округлых близнецов в течение дня, пока они подпрыгивают вверх-вниз.

Нет, он должен быть единственным, кому позволено это делать – поддерживать, сжимать и массировать их.

– Это приказ?

Амор потер пальцем ее сосок.

– Давай просто назовем это... предложением. – Он знал, что на приказ она отреагирует слабо.

Нина выгнулась в его руке.

– Еще... предложения? – Страстный взгляд, который она бросила на него из-под ресниц, заставил его сердце на мгновение остановиться. Она на самом деле искушала его предъявить больше требований? У него было припрятано несколько запросов, на счет которых он был бы не против, чтобы она соблюдала.

– Парочка. Если ты готова на них. – Он медленно размял податливую плоть в своей ладони. Затем его губы спустились на ее шелковистую кожу, и он позволил им скользить по соску.

Языком Амор провел по ее плоти, а его дыхание последовало за влажным следом на коже.

У Нины вырвался сдавленный стон, а сосок превратился в жесткую вершину.

– Ты пытаешься убить меня?

– Напротив, я хочу, чтобы ты чувствовала себя более живой, чем когда-либо. – Он на мгновение оторвался от своей вкусной задачи, чтобы встретиться с ней взглядом. – И это обещание.

И он сдержит это обещание.

Через несколько минут они оба были раздеты догола. Теперь ничто не могло встать на пути его нетерпеливого рта и рук.

Его контроль был на грани, когда он снова подмял тело Нины под себя. Ее возбуждение было словно маяк, который направляет его к долгожданному кладу.

Амор сделал глубокий вдох, вдыхая ее аромат, позволяя ему дразнить ноздри, обволакивать язык и проникать в легкие.

Какой сладкий аромат, она была для него сильнейшим наркотиком.

Еще мгновение он удерживал себя над ней, переместив вес на колени и руки, пока оценивал вид. Лицо Нины блестело, ее медовые кудри растрепались, глаза широко раскрыты, она ждала, но не боялась.

– Пожалуйста, – все, что она сказала, но ее действия сказали больше. Ее ноги обернулись вокруг его талии, и она медленно притянула его к себе, пока налитый кровью член не устроился у входа в ее сердцевину.

Теплая влага приветствовала его, приглашая. Тело Амора сжалось от напряжения в ожидании ее тесноты, ее тепла, пока он секунду сдерживался, чтобы просто насладиться моментом.