Страница 39 из 548
- Думаешь водка скорее заберет? - спросил Василий.
- Надеюсь, - прошептала Ксения и глотнула водки из коньячного бокала. Это было неудобно и невкусно. Но ей было все равно.
Когда часы пробили шесть часов вечера, картина была все та же. Фурия и Ангел, Ксения и Василий так же упорно сидели за столиком и пили. Закуска давно уже закончилась, но это уже мало кого волновало. Ужас был в том, что цель так и не была достигнута.
- У меня есть чача. Родственник из Тбилиси привез пятилитровую бутыль. Может поможет? - устала спросила Фурия.
- Тащи, - кивнула головой Ксения.
Фурия с Ангелом ушли за бутылкой.
- Ксень, может мне стоило с ней сходить? Представляешь каково Ану с ней общаться.
- А они и не общаются - они стараются пережить каждый свое горе. И находясь рядом друг с другом, обостряют эту боль в себе сознательно. Иногда так бывает. Когда нам очень больно, мы стараемся причинить себе еще большую боль, чтобы именно та, которая болит сейчас, хоть на минуту притупилась.
- Боже, я люблю Ана, но я не знаю кого мне больше жалко. Знать, что ты должна принести в жертву трех молодых и здоровых амуров, чтобы из-за тебя не погибли миллионы. Являться причиной чьей то смерти, что может быть ужаснее.
Они снова замолчали. Через несколько минут вернулись Ангел с Фурией. Они несли с собой чачу в пятилитровой бутылке из толстого грубого, но прозрачного стекла. Пили чачу все из тех же коньячных бокалов. Все продолжали молчать и пить. Часы пробили девять часов вечера. Ангел повернул голову к Фурии.
- А ты можешь вместо Рафика убить меня? - с надеждой в голосе спросил он.
- Нет, - с тоской ответила Фурия.
- А если я тебя убью, это поможет?
- К сожалению нет. Ты слышал, что бывает, когда чар умирает неестественным образом?
- Нет.
- Неудивительно. Такого на Земле еще не было. Минимум - Земля сойдет со своей орбиты. А максимум я думаю тебе даже объяснять не надо.
- Ясно. Не знаю почему, но я тебе верю.
- Мне все равно.
Тишина вновь воцарилась в комнате. Чачи было уже выпито больше половины, но рассудок все еще бодрствовал. Часы блямкнули один раз, отбивая половину десятого. Ангел и Фурия повернулись друг другу. В глазах у обоих стояли не пролитые слезы. Они судорожно искали выход в глазах друг друга. Но Ангел тонул в озерах боли Фурии, а Фурия увязала во мраке, царившем в черных глазах Ангела. Каким то непостижимым образом они чувствовали боль друг друга, и от этого она становилась еще сильнее.
- Поцелуй меня, - тихо прошептала Фурия.
Ксения с Василием как завороженные смотрели на то, как медленно не отрывая глаз Ангел и Фурия склоняют головы и тянутся друг к другу. В ту секунду, когда их губы встретились, из глаз обоих полились слезы. Только из глаз Фурии текли кроваво-красные слезы, а из глаз Ангелы черные.
- Ах, ты дрянь! - раздался у Ксении за спиной гневный звенящий голос. Ксения обернулась и увидела мужчину неземной красоты. В прямом смысле этого слова. Это был чар и судя по всему муж Фурии.
- Я тебя убью! Я две недели под расстрелом, а она тут с плебеями шуры-муры крутит.
- Пошел вон, - устало произнесла Фурия.
- Седьмая звезда тьмы, да ты пьяна, - муж Фурии заводился все больше. - Теперь я тебя точно убью!
- Ошибаетесь, - произнес Ангел и попытался встать. На удивление именно в этот момент опьянение достигло мозга и встать Ан не смог. - Это я вас убью. Если кто-то сегодня умрет, то это будет не Фурия. - Ангел достал из куртки свой револьвер, прицелился и выстрелил три раза прямо в сердце чару. Он был пьян, но меток. Василий схватил Ксению и свалился с ней на пол, прикрывая ее своим телом. Ангел сел на место налил полный бокал чачи и выпил, а Фурия с диким воплем бросилась к упавшему на пол мужу. От крика Фурии у Ксении сперва, заложило уши, затем закружилось голова, после чего она потеряла сознание.