Страница 11 из 36
Увидев, я удивилась. С первого взгляда, я поняла, что божеские твари не ограничиваются внешностью кирина. Посмотрев снова, я осознала, что божеские твари встречаются в нашей повседневности. Взглянув в третий раз, я пришла к выводу, что у программистов «Второй Жизни» что-то не так с головой.
«Чёрт возьми! Как божеская тварь может быть… Моллюском!»
Между двумя приоткрытыми веероподобными раковинами виднелось нежное белое мясо с розовым оттенком. Возникла сумасшедшая мысль, сколько времени потребуется, чтобы съесть этого моллюска, в три раза превосходящего меня по размеру. Однако, два глаза, сидящих прямо посреди этого мяса остановили слюни, уже собравшиеся капать с моего рта. Говорят, голову хорошо есть для головы, а глаза – для глаз. Вот только вряд ли вы бы сумели набраться мужества проглотить глаза моллюска, даже если бы это дало вам идеальное зрение.
А ведь он ещё и разговаривает! Одна мысль о говорящем Пельмешке исключает желание рассматривать его в качестве еды. А что уж говорить о моллюсках! Дрожащим голосом я произнесла:
- Моллюск, моллюск, а почему ты моллюск?
- А что, никогда раньше не видел моллюсков? – очень любезно и мирно спросил меня моллюск.
- Э… Видел…
«Только немного не так, они были в горшке, потом испытывали тесный контакт с моим ртом и, наконец, становились частью белковой составляющей моего тела».
- Значит ты не умеешь распознавать моллюсков, - снова вежливо спросил моллюск.
«Есть люди, не умеющие распознавать моллюсков? – по моему лицу протекли три чёрных линии.* Я действительно не знала, что на это ответить.
<* три чёрных линии – способ представления умерщвления в манге ()>
- Ты предвзято относишься к моллюскам? – доброе выражение и дружественные глаза моллюска приобрели жестокий оттенок, а изначально бело-розовое мясо стало наливаться странной краснотой.
Окружающая атмосфера внезапно изменилась: небо потемнело, нагоняющий дурное предчувствие ветер порывами задул в нашу сторону, опавшие листья закружились в диком танце, и даже деревья завыли словно злые духи.
- Будь осторожен, пацан, прошлый раз в такой же ситуации и после такого же вопроса меня сделали трансвеститом! – прошептала стоящая рядом Дух Запада.
«Ну, мне следует сказать моллюску, что я уже трансвестит, поэтому нет необходимости меня изменять… Нет же! – я ударила себя. – Сейчас проблема в другом! Как мне успокоить разгневавшегося моллюска?!»
Во вспышке вдохновения я достала моего драгоценного… Блин, ничего я не предполагала. Я просто достала Пельмешку и выкрикнула, приложив всю силу своих лёгких, в направлении моллюска, находящегося на грани применения насилия:
- О, Великий моллюск, у меня не было намерений оскорблять моллюсков. Посмотрите, господин, я даже забочусь о Пельмешке, моей дочери… Нет, моём сынишке. Как я после этого могу предвзято относиться к моллюскам, повелителям моря?
Небо прояснилось, дурной ветер стих, превратившись в мягкий бриз. Опасный взгляд моллюска стал любопытным и упёрся в Пельмешку, сидящего на моей руке.
- Малыш, ты предвзято относишься к моллюскам? – спросил он.
- Что такое моллюски? – глаза Пельмешки широко распахнулись в растерянности.
- Я моллюск.
Услышав это, Пельмешка радостно сказал:
- Привет, Моллюск, а Пельмешкино имя – Пельмешка.
- Меня зовут не Моллюск, а АнРуй, - поправил моллюск. – То есть, я зовусь АнРуй.
- Но моллюск сказал, что он Моллюск, а теперь ты АнРуй-Руй? Так который из тебя, моллюсков, Моллюск или АнРуй-Руй? – воскликнул Пельмешка, надув щёки.
«Никакой», - подумала я, ощущая, как капля пота катится с моего затылка вниз по спине.
- Моё имя – АнРуй, и я – моллюск, - терпеливо повторил АнРуй.
К сожалению, это было выше понимания Пельмешки, он продолжил выяснение вопроса:
- Это как-то странно, Моллюск-моллюск – это Моллюск-моллюск, АнРуй-Руй – это АнРуй-Руй. Почему АнРуй-Руй называет себя Моллюск-моллюск?
На лице моллюска, если можно так сказать, появилось странное выражение. Как я позже узнала, это был взгляд осознания. Не вините меня за непонимание. Сказать, что говорящий моллюск изменил выражение лица – уже само по себе подвиг.
- Всё сказанное Пельмешкой – правда. Я – АнРуй. Просто АнРуй, не моллюск, ха-ха-ха! Только подумать, я так долго считал себя моллюском, и вот, наконец, Пельмешка словно пробудил меня ото сна! – от души рассмеялся АнРуй.
- Пельмешка-шка так запутался! – Пельмешка уставился на хохочущего АнРуя глазами, полными вопросов без ответов.
Я уже ничего не понимала. Правда, предположила, что опасность превращения меня в трансвестита уже миновала… Хотя я вроде и так уже трансвестит.
Краем глаза я глянула на Духа Запада:
- Поторопись и попроси АнРуя сделать тебя опять мужчиной, пока он в хорошем настроении! Если он потом разозлится, придётся привыкнуть к жизни с утренними фотосессиями в бикини и вечерним съёмкам для журнала «Мужественные мужчины».
При этих словах Дух Запада быстро заговорила страшным голосом:
- Божеская тварь, АнРуй, М-м… Мне нужно кое-что обсудить с вами…
Смех АнРуя прекратился, он внезапно уставился на Духа Запада, затем развёрзся улыбкой:
- Ты – Дух Запада, убитый здесь в прошлый раз?
- Разумеется, д-да, я… - ответила Дух Запада скривив растянутый рот и с лицом цвета штукатурки. – Господин Божеская тварь, АнРуй, упомянутый вами в прошлый раз срок вышел. Не будете ли вы столь любезны, вернуть мне первоначальный облик?
- Первоначальный облик? Ты в самом деле хочешь вернуть прежний вид? – недоумённо спросил АнРуй Духа Запада. – Не ты ли говорил, что тебе больше всего нравятся красивые девушки? Я и сделал тебя красивой девушкой. Почему ты хочешь первоначальный облик?
«Э-э… Разве Дух Запада не говорил, что смена его пола была наказанием за то, что он не смог победить Божескую тварь?» - слушая сейчас АнРуя, стало казаться, что всё было не совсем так.
Духа Запада это так разозлило, что он забыл, перед кем находится и она разразилась проклятиями:
- Урод! Папочка же сказал, что ему нравятся красивые девушки, а не что он хочет стать одной из них, тупой моллюск!
Только исторгнув всё целиком, он понял, что совершил очень серьёзный промах. Она умоляюще посмотрела на меня. Я сглотнула, бросила взгляд на АнРуя. Его лицо стало бесстрастным… Ну, вроде так можно сказать о его внешнем виде, не знаю…