Страница 241 из 306
— Ты очень умно поступил, — согласился Ахоро О'Хара, — а что с французскими моряками?
— Их было 20 человек, и мы их захватили. Теперь, спроси: что я с ними сделал?
— Что ты с ними сделал, aneariki Тоне?
— Я сделал с ними спецоперацию, — произнес принц, — я позвонил в «Красный крест», и сказал: забирайте французских сивилов, которые бедствуют из-за войны. Там спросили, откуда надо забирать. Я сказал: есть такой атолл Номуавау, по-вашему, Кииатопу, севернее Атопутапу.
— Это же 300 км к востоку отсюда, — заметила Уитни Мнгва.
— Да, — король широко улыбнулся, — мы отдали французов «Красному кресту» там, ночью, они ничего не видели, но всем сказали: Номуавау вот там. Так теперь на карте оффи. Это хорошо.
Амели Ломо не удержалась и поаплодировала.
— Классный фокус, aneariaki Тоне! Правда, потом оффи поймут, что там нет Номуавау.
— Поймут, — согласился брат короля, — но тогда мы покажем им что-нибудь еще. Тут еще много атоллов, на которых нет ничего, кроме старых хижин, брошенных еще при колониализме.
— Зачетный подход, — согласилась дочка доминиканского кокаинового дона.
— Да, — он кивнул, — а теперь надо обсудить важное дело. Ночью Оуэ-Моа, пятая жена ariki Фуо, родила девочку. Первого своего ребенка, и десятого по счету ребенка ariki Фуо, моего брата.
— Что подарить королеве? — с энтузиазмом спросила Уитни Мнгва, — Что она любит?
— Спроси меня, — предложил принц, — что сказал по сетевой связи OYO мой брат, ariki Фуо.
— А что сказал твой брат, ariki Фуо по сетевой связи?
— Мой брат сказал: «Я очень люблю мою пятую vahine Оуэ-Моа, но я сейчас далеко, и не могу приехать за один день. Я приеду позже, и привезу много подарков. А ты, мой брат, устраивай праздник, достойный великих предков, в ночь, следующую за рождением ребенка! Поговори с нашим гостем, ты знаешь, с каким, чтобы сделать все по обычаю Tiki». Так сказал ariki Фуо.
Иносказание про некого «гостя» относилось, конечно, к Ахоро О'Хара, главному знатоку Tiki (точнее — автору Tiki), который теперь никак не мог отказаться от участия в фестивале и стал суфлером при ariki-hine-iti (младшей королеве). Героиня дня, 17-летняя Оуэ-Моа, пребывала в отличной физической форме, так что роды не вызвали у нее никаких проблем, если не считать проблемой естественную сонливость. Но, сонливость такая мелочь для юниорки, которая (как положено в этом возрасте) обожает быть в центре внимания. Оставалось все устроить к ночи.
…Юная королева Оуэ-Моа, одетая в простую lavalava с черно-золотым орнаментом — «волной канаков», вошла в лагуну, держа новорожденную дочку на руках, и повторяя подсказки Ахоро (которые транслировались через маленькие наушники), начала произносить lipo (заклинание).
Inu a Tanu tiai reva a moana! Maui a Pele ho-i-hiva!..
…
Ину и Тану, хранящие небо и океан! Мауи и Пеле, держащие мир!
Смотрите, это я, Оуэ-Моа. Смотрите, это моя дочь, Тафи-о-Леи.
И это дочь Фуо-Па-Леле Татокиа-Ту-И-Хеле, ariki Номуавау.
Из рода Ниоалио, сына великой птицы-шторма Таухириматеа.
Из рода Ниоалиа, спутника ariki-roa-roa Мауна Оро.
Из рода foa-tupuna, вышедших на tiki-proa из Uta-Ru-Hiva,
Тех, которые объединили Гавайику от Рапа-Нуи до Аотеароа и Палау.
Тех, которые начертили знаками rongo-rongo слова Parau-i-hoe,
Закон канаков на камнях Taputapuatea-marae, на острове Раиатеа…
Hine-roa Паоро, сестра Пеле, сплетающая судьбы! Смотри: это моя дочь…
Оуэ-Моа говорила тихо, но маленький микрофон, приклеенный на щеке, передавал ее слова на аудио-колонки на берегу, и получалось эффектно. Произнеся заклинание, младшая королева двинулась дальше в лагуну, чтобы немного поплавать с дочкой, в сопровождении нескольких родичей (на всякий случай), а тем временем, фестиваль продолжался.
…Амели Ломо и Уитни Мгнва, сыгравшие роль ассистентов по аудио-электронике, теперь без помех могли заняться предметной оценкой блюд на фестивальном столе. Немного позже к ним присоединился Ахоро О'Хара и, прожевав первый кусочек морского гребешка, объявил:
— Девчонки, мне только что позвонил консул Улат Вук Махно. Две срочные темы по Самоа.
— Срочные? — переспросила Уитни.
— Да. Первая тема по Западному, Германскому Самоа. Курфюрст Мюллер подписал решение их референдума — фолкентага об акцепте Великой Хартии.
— Ага… — Уитни погладила ладонью свою жесткую шевелюру, — …Короче, Германское Самоа присоединяется к Конфедерации Меганезия, да?
— Если мы ответим на их вопрос позитивно, — уточнил Ахоро.
— А с чего бы отвечать иначе? — удивилась она, — по-любому, дело к этому шло с декабря.
— Действительно, — поддержала Амели Ломо, — давайте, подпишем, и пойдем дальше.
Процедура сетевой подписи трех очных судей и трех заочных заняла минут десять, не более, поскольку вопрос о Германском Самоа была очевидна всем шестерым.
— Ну… — произнесла Уитни Мнгва, полюбовавшись на картинку из шести плюсиков на экране ноутбука, и снова погладив шевелюру, — а какая вторая тема, Ахоро?
— Вторая тема: президент Дарлинг подписал наш вариант договора по Американскому Самоа.
— Что, вообще без поправок подписал? — удивилась Амели, которая в свои 18 лет повидала уже немало сделок (правда, не политических, а скорее мафиозных) и понимала, насколько странно выглядит случай, когда достаточно сильная сторона не пытается торговаться и «отжимать».
— Не верится? — понял ее ощущение Ахоро, — Но, тут все логично: советники президента США просто не умеют быстро разбираться в договорах, а сейчас оффи-клубу США нужны срочные действия, которые как-то затормозят падение фондового рынка в штопор. Вот самое простое действие: изобразить, что вооруженные силы США выбили врага с Американского Самоа.
— Ага, выбили! — съязвила доминиканка, — Янки же по этому договору отдают нам все острова Американского Самоа, кроме острова Тутуила и прилежащего к нему островка Ануу!
— Все-таки — заметила Уитни, — остров Тутуила, это две трети площади Американского Самоа.
— По суше, — сказала Амели, — но по морю это лишь кусочек между Офу и Германским Самоа.
— Минутку, вы не о том спорите, — вмешался Ахоро, — дело тут не в территории, а в принципе. Среднему янки известно про Американское Самоа, что там есть Паго-Паго, и все. Паго-Паго находится на острове Тутуила, так что остальные острова неважны для PR в США.
— Ну, классно, — отреагировала Амели, — а что тогда требуется от нашего суда, если все ОК?
— Надо, — ответил Ахоро, — отправить телетайп, боевой приказ нашей группировке на Та-У.
— Давайте быстро сделаем это, — подвела итог Уитни Мнгва.
5 февраля. Небо над Тихим океаном чуть южнее «экваториального креста»
(пересечения Экватора с Линией перемены дат).
Подполковник Томас Томпсон глянул на индикатор GPS в наручных часах и убедился, что на календаре 6 февраля сменилось на 5 февраля. Потом коснулся кнопки селектора и произнес:
— Вниманию команды «Зеленых беретов»! Мы пересекли линию перемены дат. У кого в часах отсутствует автоматическая перемена дат — смените настройку календаря вручную.
— Томас, — окликнул его второй пилот, лейтенант Лонел Вермонт, — ты босс, я не претендую, но наверное, надо было сказать Дебилу и Попкорну, что и как сменить, иначе эти мудаки сменят нормальный солнечный календарь на арабский лунный, или на полинезийский звездный.
— Лонел! — строго ответил подполковник, — Прекрати искажать фамилии лейтенанта Гэббила и сержанта Ипкорна! Может, они не Аристотели, но все же, наши боевые товарищи, ясно?
— Ясно, — второй пилот поправил очки в блестящей оправе, и широко улыбнулся, — ты босс, я не претендую. Но в жопу траханные Шварценеггеры с просранными мозгами сами доебались…