Страница 2 из 3
Отключив указку-брелок, ле Канн вслепую двинулся к туманному облаку, принявшему очертания человеческой фигуры. Боялся ли он, Алекс и сам не мог сказать, просто его ощутимо притягивало к тому месту, над которым дрожала эта зыбкая дымка. Невольно ускоряя движение к ней, Алекс выругался сквозь зубы, ударившись коленом о край каменной плиты, и услышал тихий ответ:
— Даже умерев, ты не меняешься, рейнджер… Но я рад встретить тебя здесь, за порогом смерти…
Мгновенно включив свет, Алекс провел тонким лучиком вдоль гробницы, стоящей в центре склепа. Не увидев ничего, лихо, как в былые времена, перепрыгнул ее и склонился над Лючакой, обессилено распластавшемся на полу:
— Врешь, я живее всех живых! И ты тоже…
Когда он подхватил легкое тело друга на руки, нечеткий дымчатый силуэт дрогнул и заскользил впереди Алекса, точно торопился вывести его из склепа.
Спустя несколько дней Лючака достаточно окреп, чтобы рассказать ле Канну историю своего заточения. Полулежа на кушетке, он протянул Алексу потрепанную тетрадь, скрепленную из потемневших пергаментных листов:
— Читай… Это дневник оруженосца моего очень далекого предка.
Повертев в руках раритет, Алекс, сожалея, протянул ее обратно:
— Лучше ты, тут такие каракули…
— А я с ними знаком с детства, — усмехнулся Лючака. — История сэра Вальдика была первым, что я услышал, едва стал понимать членораздельную речь. Кстати, именно его портрет ты уронил…
— При чем тут я? Я его и пальцем не трогал, — возмутился ле Канн. — Он сам упал…
— К счастью, иначе ты никогда бы не нашел меня… Ну, слушай тогда…
" День первый.
Расставание всегда ужасно, но мне не с кем было прощаться. Даже город, который долгие годы был для меня приютом, так и не стал моим домом. Имя мое Арольд, и веду я дневник, дабы записать все подвиги моего славного сюзерена во время нашего славного похода. Мы отправляемся к Нонкам. Эти дьявольские твари отравляют земли Эндариона одним своим существованием, смрадным дыханием и наимерзопакостнейшим видом. Страшно подумать, насколько страшна была немилость их создателя, который позволил прийти на нашу благодатную землю настолько кошмарным существам, позволил им размножиться и подобно мору распространиться на огромное расстояние. Их налеты стали напастью, подобной нашествию саранчи на поля Астараты, Южного королевства Эндариона, и избавиться от Нонков кажется так же трудно, как и от бесчисленных насекомых.
Мой сюзерен, славный рыцарь Вальдик, рискуя собственной жизнью, вынес меня на своем верном скакуне — подобно быстрой молнии, рассекающей небосвод, он пронесся сквозь огонь и орду врагов. Кто знает, какая участь меня ждала — быть растерзанным голодными тварями сразу или попасть в мерзкие лапы захватчиков, с ужасом ожидая неминуемого конца… И сейчас я воистину рад быть его оруженосцем, и готов ему служить до самой смерти в благодарность за мое спасение. С тех пор у меня нет способа иначе отблагодарить этого славного рыцаря, кроме как следовать за ним в его странствиях. Всепоглощающий огонь нашествия Нонков уничтожил мою родную деревню, всех родных и любимых мне людей. Я был всего лишь крестьянином, не видевшим ничего, кроме работы на полях, не умеющим даже толком держать оружие. После моего спасения, которое иначе, чем чудом, никак назвать было нельзя, я научился многому, теперь я вполне могу защитить себя и тех, кому может потребоваться помощь.
Сейчас он скачет впереди меня, солнце блестит на его сверкающих доспехах, выкованных из мифрила, который добывают славные карлики с северных гор Аль Кадана. Самый крепкий материал для доспехов сберег не одну тысячу жизней в ужасных битвах с бесчисленными полчищами врагов. Тяжелый шлем рыцаря скрывает его благородный профиль, и когда он оглядывается, то видны только его глаза и нижняя часть лица. Крылья на верхней части шлема и далеко выступающий клюв на лицевой стороне придают Вальдику вид, который можно было бы назвать устрашающим, если бы не лучи солнца, сверкающим ореолом осеняющие его мощную фигуру. Из-за этого мой сюзерен кажется святым — Ангелом, пришедшим на помощь людям союза королевств Эндариона.
Я же был всего лишь крестьянином, не видевшим ничего, кроме работы на полях, не умеющим даже толком держать оружие. После моего спасения, которое иначе, чем чудом, никак назвать было нельзя, я научился многому, и сражаться тоже, теперь я вполне могу защитить себя и тех, кому может потребоваться помощь.
Совсем недавно мы выехали из Леонграда, и даже сейчас, находясь за много верст от городских ворот, все ещё можем видеть шпиль центральной башни, в которой обычно заседает совет Объединенных Королевств. Наше задание заключается в поиске безопасного прохода по землям, охваченных нашествием. Мы лишь один из разведывательных отрядов, отправленных прощупать слабости в обороне врага, а за нами чуть позже выйдет основное войско. Выяснив положение дел, мы вернемся к нашему наварху и, перейдя под его командование, нанесем совместный сокрушительный удар по расположениям Нонков, чтобы навсегда стереть эту мерзость с наших земель.
Путь предстоит долгий, и в этом дневнике я постараюсь описать все, что случится во время нашего похода, дабы не один день не выпал из памяти потомков славного рыцаря Вальдика.
День второй.
Под ногами наших рыкунов уже пронеслись многие версты, мы сами выбиваемся из сил, да и уставшим скакунам нужен отдых. Мой сюзерен решил сделать короткий привал. Мы устроились у излучины неширокой реки, под прикрытием густой купы деревьев. Нашему небольшому отряду места под ними оказалось достаточно. Накормив рыкунов вяленым мясом, мы, не разводя огня, перекусили сами тем же мясом и лепешками. Мой сюзерен прилег на расстеленный плащ, я же, пока есть время, решил пополнить дневник.
Снова пора в путь, хотя едва мы отдохнули. Заслышав неясное рычание у реки, сэр Вальдик мгновенно вскочил на ноги. Мой сюзерен опасается, что это могут быть Нонки, которые огромными стаями бродят по этим землям. А скрытность сейчас наше главное оружие. Главное для нас — собрать нужные сведения, поэтому, толком не отдохнув, мы быстро свернулись и двинулись на запад с максимальной доступной нам скоростью. А отдых… Разве до него сейчас…
День третий.
На нас напали! Когда мы вошли в Темный Лес, сэр Вальдик приказал мне быть осторожнее, ведь неизвестно какие существа обитают в данных местах. Едва мы продвинулись дальше в лес, и деревья окружили нас сплошной стеной, вокруг нас послышался жуткий шум и душераздирающий вой, который мог бы даже самого храброго превратить в трусливого цыпленка, настолько он был ужасающим. Мы схватились за оружие, и тут у моего рыкуна подломились передние лапы. Я увидел, что у него в шее торчит топор, оплетенный разноцветными нитями, сделанными из каких-то неведомых мне растений. Я упал, мой сюзерен уже скрылся за деревьями и не мог мне помочь.
Справа послышался очередной резкий вопль. Не успев подняться, я замер, сжимая рукоять меча. Пот заливал глаза, струился по спине. Я опасался двинуться, чтобы не привлечь к себе внимание. Выждав немного, рискнул выпрямиться, и на меня тут же налетело существо, размером куда более меня. Уклоняясь от нападения, колющим ударом я ухитрился поразить визжащую погань. Не успел я вытащить меч из туши поверженного врага, на меня набросился еще один выродок, сбивая меня с ног. Чудом мне удалось выхватить кинжал и вскользь резануть по морщинистому горлу. На меня брызнула черная кровь. Краем глаза увидел я множество сутулых длинноруких тварей, которые спускались с окрестных деревьев, чтобы убить меня. Я уже думал, что нет мне спасения, но вдруг голова ближайшего нонка слетела с его плеч, и я стал свидетелем жестокой битвы. Мой сюзерен все же вернулся за мной, и твари, обнаружив новую поживу, на какой-то миг отвлеклись от меня. Я же не мог отвести глаз от сэра Вальдика, забыв о том, что смерть по-прежнему грозит мне, настолько завораживающе грозен был мой сюзерен.