Страница 37 из 60
— При чем здесь это? — спросила Ариес. Она поискала глазами Раджа, ища у него поддержки, но он куда-то исчез. Наверное, сбежал в гостиную, чтобы не вмешиваться в их спор.
— При том, — не унималась Клементина. — Понимаю, ты не хочешь рисковать. Но ты даже не представляешь, что творится там, снаружи. Не имеешь ни малейшего понятия.
Ариес глядела в глаза Клементины, горящие яростью, и не понимала, как они дошли до этого разговора. Они же были подругами. По крайней мере, Ариес так считала.
— А как же Мейсон? — спросила Клементина. — Или Даниэль? Ты готова броситься им на помощь, если придется рисковать группой? Вчера ты сказала, что думаешь, будто Мейсона схватили и держат взаперти. Что ты будешь делать, если окажется, что так и есть? Рискнешь всеми остальными, чтобы его спасти? Сомневаюсь. Ты, наверное, скажешь, что это слишком опасно, и бросишь его умирать.
— Ни за что, — сказала Ариес.
— А Майкл? — Клементину было не остановить. По щекам у нее потекли слезы. Она смахнула их рукой. — Он так и останется в университете? Спасать его — это слишком большой риск, правда? И вообще он, наверное, уже умер. Есть более важные заботы.
— Нет, конечно.
— Но ты хочешь бросить Грэхема и его семью.
— Они уже мертвы! — закричала Ариес. Она устала от всех этих обвинений. Клементина выставляла ее каким-то чудовищем. За что?..
— Ты не можешь этого знать, — сказала Клементина.
— Могу, — прошептала Ариес. Ее щеки тоже были мокрыми от слез. — Я могу. Потому что я знаю загонщиков — что бы ты там себе ни думала. Если они узнали про Грэхема, то они уже пришли туда и убили его. А мы тратим время, споря о мертвеце. В то время как скоро придут и за нами.
— Как ты можешь быть такой… такой холодной? — Не дожидаясь ответа, Клементина развернулась и выбежала из комнаты.
Ариес ожидала, что сейчас она хлопнет входной дверью, но вместо этого услышала стук шагов по лестнице. Клементина убежала в спальню и с треском захлопнула дверь — так, что стены задрожали.
Ариес стояла посреди кухни, не зная, что теперь делать. Наконец она взяла бумажное полотенце и вытерла слезы. Остальным незачем их видеть.
Больше всего на свете ей хотелось бы, чтобы Мейсон был с ней рядом. Он бы нашел способ все исправить. Смог бы успокоить Клементину. Конечно, он был неразговорчивым, но зато, когда он говорил, все остальные молчали и слушали. Они его уважали. Ариес вдруг поняла, чего ей отчаянно не хватает.
Уважения.
Колин насмехался над ней. Он отказывался выполнять все ее просьбы и напрямую ей угрожал, когда она пыталась на него надавить.
Теперь Клементина, по сути, назвала ее трусихой.
Как она только посмела?
Ариес взбежала по лестнице, но, добравшись до верхней ступеньки, остановилась. Она хотела снова схлестнуться с Клементиной и наорать на нее, но не знала, что сказать. Она остановилась возле комнаты Джека и подумала, не пойти ли к нему за утешением, но потом услышала из-за двери голос Джой. Та с недавних пор очень много времени проводила с Джеком.
Ариес развернулась и спустилась вниз.
Возле входной двери она остановилась. Вытащила из кармана рацию и повертела в руках. Может быть, все-таки стоит сходить и проверить, как там Грэхем? Много времени это не займет — всего несколько минут. А потом она сможет вернуться к Клементине и доказать ей, что она не так уж и плоха.
— Натан, ты здесь? — Она услышала звук собственного дыхания.
— Да. Тут все чисто.
— Хорошо, — сказала Ариес. — Встретимся в конце квартала. Я хочу, чтобы ты пошел со мной. Нам нужно кое-куда сходить. Вдвоем.
— Ладно. — Его голос звучал гулко, откуда-то издалека.
Всего несколько минут. Достаточно, чтобы оценить ситуацию. Если все мертвы, она убедится, что была права. Если живы, то сможет их предупредить и будет настоящим героем — как и положено лидеру.
И так, и так она бы не прогадала.
Ариес хотела услышать от Клементины извинения.
Дом Грэхема стоял на перекрестке — некогда очень оживленном. Но теперь от бесконечных пробок, автомобильных гудков и нетерпеливых водителей, которые хотели скорее добраться домой после долгого рабочего дня, не осталось и следа.
На Гранвиль-стрит было пусто — не считая пары брошенных машин.
Ариес и Натан прятались за огромным «Хаммером». Одна из его шин сдулась, а пассажирская дверь была открыта. На передней панели засохла кровь, стекла потрескались. Передний бампер впечатался в каменную ограду. Водитель, видимо, ехал на полной скорости и не пристегнул ремень.
Безопасность прежде всего.
— Видишь что-нибудь? — Натан выглянул из-за «Хаммера». Между коленями он зажал бейсбольную биту.
Они смотрели на дом с задернутыми шторами.
— Нет, — сказала Ариес. — Но это ведь ничего не значит, верно? Мы слишком далеко. Хотя двери, видишь, закрыты.
Натан нахмурился:
— Ну не знаю. На страже никого нет. Клементина говорила, что с домом Брэнди было все то же самое. Может, вернемся?
Ариес встала. Слова Клементины не шли у нее из головы. Припомнив ее обвинения, Ариес вспыхнула. Клементина считала, что она трусиха. Что она никчемный лидер. Таких слов она, правда, не произносила, но имела в виду именно это. Ариес не могла с этим примириться. Ей надо было доказать, что она не просто смышленая девочка, которая хорошо умеет прятаться.
— Нет, — сказала она. — Я никуда не пойду, пока не выясню все наверняка.
— Ты босс, — вздохнул Натан. — Но прошу заметить, что мне не нравится эта затея. Откуда нам знать, что они прямо сейчас не идут к нашему дому?
— Мы бы их увидели, — отрезала Ариес. — Отсюда до нашего дома всего один прямой путь, и мы по нему прошли. Загонщики не прячутся по закоулкам. Им не от кого скрываться.
— Все равно у меня плохое предчувствие.
У Ариес никакого предчувствия не было. Она ощущала прилив сил. По венам ходил адреналин. Если там, внутри, загонщики, она убьет их — всех до единого. И докажет Клементине, что не зря возглавила группу. После такого ее даже Колин зауважает.
— Она не хотела тебя обидеть, — сказал Натан. — Правда, Ариес. Забудь об этом.
Она покачала головой:
— Пошли.
Не дожидаясь ответа, Ариес вылезла из-за «Хаммера» и перешла дорогу. За спиной она слышала шаги Натана.
Ариес знала, что совершает безрассудный поступок, но не могла остановиться. Клементина была права — она слишком боялась рисковать. А ведь Грэхем с семьей, может статься, до сих пор живы и здоровы. Чем больше Ариес думала об этом, тем сильнее укреплялась в этом мнении. Она предупредит их об опасности и станет настоящим героем.
Лидеры должны идти на риск. Принимать трудные решения, которые могут стоить людям жизни. Шла война, и ее правила задавали загонщики. Надо было научиться играть в их игру.
Они приблизились и увидели, что входная дверь чуть приоткрыта.
Но Ариес это не остановило. Она не стала прислушиваться к внутреннему голосу, который взывал к ее рассудку.
Она выставила перед собой кухонный нож и толкнула дверь.
Дверь раскрылась лишь наполовину. Что-то ей мешало. Ариес толкнула дверь посильнее, и по полу с хлюпающим звуком покатилось тело. В нос ударил отвратительный запах. Ариес невольно отступила назад и врезалась в Натана. Ее затошнило.
Клементина была права — она действительно слишком редко выбиралась наружу. Нет, за последнее время она видела немало тел — даже запах гнили в родительском доме до сих пор не выветрился у нее из памяти. Но она впервые оказалась рядом со свежим трупом.
Свежим и окровавленным.
— Это жена Грэхема, — сдавленным голосом проговорил Натан. — Не помню, как ее зовут.
— Я тоже.
— Думаешь, тут есть кто-то живой?
Ариес выпрямилась и сделала глубокий вдох. Она справится. Она сильная — что бы там ни говорили.
— Давай поищем. Только быстро. Надо поскорее вернуться и убедиться, что с нашими все в порядке.