Страница 31 из 60
Предатель? Серьезно? Он предатель?
Внутри его была тьма. Леон сказал, что видит ее. Даже Мейсон вынужден был признать, что чувствует эту тьму. Даниэль как-то сказал ему, что видит в нем такой потенциал. Откуда он знал?..
Нет. Он будет сопротивляться до последнего. А потом… Он не хотел думать, что случится потом.
Мейсон оглядел зеленые стенки своего нового жилища. В сумраке палатки он почувствовал приступ клаустрофобии, но постарался не придавать ему значения. Стенки палатки были такими тонкими, их ничего не стоило проткнуть…
Он был легкой мишенью.
Что же ему теперь делать?
Мейсон наклонился и рассмотрел датчик, прицепленный к лодыжке. Это небольшое устройство явно не удалось бы снять самостоятельно.
Его мысли унеслись куда-то далеко. Интересно, Ариес знала, что он пропал? Заходили ли они в его комнату? А что, если остальные просто решат, что он ушел? Станут ли его искать?
Ариес сразу поймет, что он их не бросил. Так ведь? По крайней мере, Мейсон на это надеялся. Они много о чем говорили за последнюю пару недель. Ариес была единственной, с кем он чувствовал себя более-менее комфортно. Она знала его достаточно хорошо, чтобы понимать: он не уйдет, не попрощавшись с ней. Но сможет ли она убедить остальных?
А что, если они откажутся ей помогать? Нельзя сказать, что он из кожи вон лез, стараясь быть дружелюбным. Но даже если они пойдут его искать и найдут — как они смогут ему помочь? И заслуживает ли он этого?
За последние месяцы он прошел через многое, но ему впервые пришлось сдерживать слезы.
Майкл
Было бы куда проще, если бы в лесу было темно или шел дождь. По крайней мере, так было бы легче спрятаться. Но нет, светило яркое солнце, и лес весь сверкал в его лучах. Можно было с таким же успехом развернуть огромный транспарант с надписью «Я здесь».
Они прятались возле общежитий. Им удалось пробраться через лес, пока еще не совсем рассвело, и вернуться на основную территорию кампуса. Укрылись они в лесочке недалеко от студенческих корпусов. Здесь деревья росли не так густо, как возле музея, но все равно худо-бедно скрывали беглецов от посторонних глаз.
Майкл взглянул на Райдера. Тот скорчился в грязи возле кривой сосны. Он нахмурился и не смотрел в сторону Майкла. Лодыжка у Райдера опухла, и по ноге расплывался огромный синяк — Райдер подвернул ее ночью, когда спасался бегством. Майкл, хоть и не был медиком, понимал, что это серьезное растяжение. Из-за Райдера им пришлось замедлить ход, и это очень беспокоило Майкла.
Их осталось всего трое: он, Райдер и девушка, которая была уже при смерти. Майкл уложил ее на мягкий мох, но это было бесполезно. Девушка в основном смотрела затуманенным взором в небо, но иногда поворачивалась к Майклу, и взгляд ее прояснялся.
— Не бросай меня, — шепнула она.
— Не брошу, — сказал Майкл. Девушка прерывисто дышала. Он взял ее за руку.
— Мне так холодно. Не бросай меня.
Райдер заткнул уши.
Девушка ухватила Майкла за край рубашки, притягивая к себе. С каждым выдохом из раны у нее на животе сочилась кровь.
— Тебе стоит избавить ее от страданий, — заметил Райдер.
Майкл стиснул зубы. Этот разговор не прекращался с тех пор, как они решили сделать передышку.
— Я же говорил, я этого не сделаю.
Девушка сипела и хрипела, пытаясь втянуть воздух в залитые кровью легкие.
— Тогда давай я сделаю.
— Нет.
Райдер потер лодыжку и перевязал шнурки.
— Ты все только усугубляешь. Ты же знаешь, что у нее нет шансов. Если бы собака мучилась, ты бы ее усыпил, так? В чем разница?
— Заткнись!
Девушка застонала.
— Это война, балбес, — сказал Райдер. — Нельзя со всеми миндальничать. Выживает сильнейший. Если будем здесь сидеть и ждать, пока она не умрет, нас убьют раньше. Смилуйся. Отправь ее на небеса.
Девушка закашлялась. По ее губам и щекам потекла кровь.
— Думаешь, эти твари позволяют себе дать слабину? — продолжил Райдер. — О нет! Я видел их в деле. Они убьют своих не моргнув глазом, если так будет надо. Поэтому они нас и уделали. У них есть цель, и они к ней движутся.
— Мы не загонщики, — сказал Майкл. — Если мы станем такими, как они, то и вправду проиграем.
— Мы уже проиграли. Остается только дотянуть до конца игры. И уйти с честью. Прихватить за собой в другой мир как можно больше этих тварей.
Девушка задышала слабее. Ее грудь все еще вздымалась — но еле-еле.
— Ночью ты говорил по-другому, — заметил Майкл. — Собирался с ними разделаться. Рассуждал про победу и про то, что надо забрать у них свое.
Райдер пожал плечами:
— Я генерал Командир. Я говорил то, что помогало поднять их дух.
— Значит, ты врал?
— А что, надо было говорить правду? Эй, вы! Послушайте! Вы все умрете страшной смертью!
— Это тоже неправда.
— Но и не ложь.
Девушка захрипела, потом вздохнула, и ее рука обмякла. Майклу не нужно было проверять пульс, чтобы понять: ее не стало. Он грустно поглядел на нее и закрыл ей глаза. Медленно отодвинулся и встал. Колени тут же заныли. Он просидел без движения около часа.
— Слушай, — сказал Райдер, — если хочешь, можешь считать меня монстром. Но я просто реалист. Надо принимать решения — и кто-то должен это делать. Лидер твоей группы скажет тебе то же самое.
Майкл сразу же подумал об Ариес. У нее был совершенно другой подход — она всегда старалась сохранять оптимизм и фокусироваться на хорошем. Майкл ни на секунду не мог представить ее такой холодной и равнодушной.
— Пойдем, — сказал Майкл. — Надо отсюда выбираться.
— Все кончено, — пробормотал Райдер, обращаясь скорее к самому себе, чем к Майклу. Он поднялся и, прихрамывая, зашагал вперед. — Я собрал их всех вместе, а теперь все кончено. Я знал, что мы не готовы, но не думал, что с ними так быстро разделаются. — Вдруг Райдер прищурился и с ненавистью посмотрел на Майкла. Тот знал, о чем он думает. Райдер до сих пор винил Майкла в нашествии загонщиков. Он был убежден, что до появления Майкла с Клементиной его подопечные были в безопасности.
Поэтому он и накинулся на Майкла сзади. Как последний трус.
Но все это уже не имело никакого значения. Райдер мог бросать на Майкла сколько угодно испепеляющих взглядов. Это ничего не меняло. Раненный, он не мог обойтись без Майкла.
И Майкл спас ему жизнь.
Прошлой ночью, попрощавшись с Клементиной, Майкл побежал назад, в лес, откуда слышались крики. Он добрался туда слишком поздно и не успел спасти нескольких девушек. Загонщики выстроили их вдоль стены музея и убивали по одной. Райдер был последним в ряду. Он лежал на земле, всхлипывая, закрыв голову руками, и ждал конца.
Но Майкл ухитрился опередить загонщиков. Одного из них он пронзил копьем, прежде чем кто-либо успел заметить непрошеного гостя.
Второй загонщик чуть не убил Майкла, но он не дался — древком копья выбил пистолет из рук противника, прежде чем тот успел выстрелить. Затем проткнул копьем и этого загонщика.
После этого Майкл, прихрамывая, подошел к Райдеру.
— Вставай, — сказал он, протягивая руку.
Райдер руку не принял. Но утер слезы и вслед за Майклом пошел в лес.
Теперь, когда они всю ночь прятались бок о бок, Майклу стало очевидно, что они с Райдером никогда не смогут подружиться. Майкла это не слишком тревожило. Но стоило найти более надежное укрытие, если они хотели продержаться подольше.
— Можно спрятаться в общежитии, — предложил Майкл. Они уже сорок минут наблюдали за зданиями, и никто за это время не вышел и не вошел. Корпуса казались пустыми — хотя, конечно, это ничего не значило.
— Не стоит, — сказал Райдер. — Они там еще не прибирались. Куча трупов. Сюда они заглянут в первую очередь.
— Ладно, — вздохнул Майкл Райдер отвергал все его идеи. — Ну, тогда ты выбирай. Куда пойдем?
— В Длинный дом.[3]
— Ты что, шутишь? — Майкл вспомнил огромное здание, мимо которого они проходили по пути к общежитиям. — Он же весь просматривается. Все окна разбиты. Мы даже забаррикадироваться внутри не сможем. Будем сидеть у всех на виду.
3
Длинный дом (First Nations Longhouse) — здание в Университете Британской Колумбии, где проходят различные мероприятия, посвященные культуре аборигенов. Он построен в соответствии с индейскими архитектурными традициями.