Страница 28 из 57
У Клементины был с собой спальник. Она не застегивала его — на тот случай, если потребуется срочно смыться. Но заснула она не вовремя и проснулась от звука чьих-то шагов. Возможность сбежать она уже упустила.
Ее гениальная идея обернулась полным провалом, и надежда дожить до утра таяла с каждой секундой.
Они наверняка слышали биение ее сердца. Как его можно не услышать? Оно так колотилось о ребра, что, казалось, вот-вот вырвется из груди.
— Город вымер, — произнес голос. Он прокашлялся и сплюнул — плевок упал в нескольких сантиметрах от лица Клементины. Слюна пузырилась в лунном свете.
— Весело было, правда?
Совсем рядом раздался гортанный смешок.
Оставаться на месте было невозможно. Каждая клеточка в ее теле изнывала, желая сорваться с места и убежать, посылая в мозг ложные сигналы. На теле копошились мириады насекомых; в волосах перебирали ножками пауки. Колени затекли, и ей нужно было срочно переменить позу. В носу щекотало — в каждую секунду она могла чихнуть. Даже глаза умоляли, чтобы она моргнула.
— Теперь можно сказать, что наступила ночь.
— Звучит неплохо.
Послышался шорох шагов — и Клементина чуть не вскрикнула от облегчения. Но один из убийц притормозил.
— Погоди-ка, мне надо отлить.
При звуке расстегивающейся молнии Клементина чуть не расплакалась. Хоть она и понимала, что сейчас произойдет, все равно дернулась, когда струя мочи ударила в раскрытый спальник, отскочила от непромокаемой ткани и залила рубашку. Почему она не укрылась как следует? Клементина закусила губу, чтобы не вдыхать запах.
Казалось, это никогда не кончится — жидкость просачивалась сквозь одежду, растекалась по коже, заливая тело.
— Так-то лучше. — Человек застегнул молнию и пошел прочь.
Клементина продолжала лежать, мокрая, замерзшая, еще долго после того, как стихли шаги. Ей казалось, убийцы затаились и поджидают именно ее. Их не проведешь. Стоит ей подняться — и они набросятся на нее, разорвут на части, будут проделывать с ней вещи, которые в тысячу раз хуже любых маминых страшилок.
Сдвинуться с места ее побудил запах. Клементина больше не могла его выносить. Она осторожно вылезла из спальника, стараясь не попадать в лужицы мочи. Стоя на коленях, она вслушивалась в ночные звуки, не обращая внимания на трескотню сверчков и шелест травы. Наконец убедилась, что рядом никого нет. Пора было действовать — иначе она совсем раскиснет и расплачется.
Клементина быстро встала и оглядела площадку — та была пуста. К горлу снова подступили рыдания, но Клементина сдержала слезы и осмотрела свою рубашку. Первым позывом было сорвать ее и выкинуть, но другой одежды у нее не было. Если снимет рубашку, она станет еще беззащитнее. Клементина была к этому не готова.
Нет, надо найти что-то на замену. В паре кварталов отсюда наверняка есть какой-нибудь магазин одежды — или заправка, где продаются футболки. Девчонке в рубашке, пропитанной мочой, не приходится быть разборчивой. Взглянув на спальник, Клементина решила не брать его с собой. Из-за него провоняет вся машина, а спать в нем она уже ни за что не будет.
Внедорожник Клементина оставила в переулке за сгоревшей школой. Там же было припарковано еще несколько машин, что обеспечивало маскировку. Клементина предпочла пока что его не заводить. Те двое (и бог знает кто еще) ушли недостаточно далеко — они услышали бы звук мотора. Но если поторопиться, она может управиться со всем за час — найти магазин, набрать себе одежды и стартовать. Сегодня поспать уже не удастся. Может, завтра ей больше повезет.
Клементина медленно прошла через бейсбольную площадку и направилась в город. К счастью, вокруг было тихо — но тишина действовала ей на нервы. Не было никаких боковых улочек, куда можно было бы улизнуть, и Клементина двинулась прямо по тротуару, прячась в тени домов, готовая при первом же шорохе броситься бежать.
Главная улица называлась Четвертой авеню. Фонари на ней не горели — к радости Клементины. Окинув взглядом улицу, она увидела пустые парковочные места — ряд за рядом. Ни одной брошенной машины. На улице располагались бутики с огромными стеклянными витринами, аптека, магазин бытовой техники, три бара, универмаг и турагентство. Два мотеля предлагали номера с кондиционером и спутниковым телевидением. В конце квартала Клементина наконец нашла то, что искала: маленький секонд-хенд. На тротуаре у входа — стойка с обувью. Дверь была закрыта, но Клементина потянула за ручку, и та подалась.
Над головой зазвенели колокольчики.
Клементине понадобилось собрать все силы, чтобы тут же не развернуться и не убежать.
Ничего не случилось. Колокольчики замолчали, и по улице разлилась тишина. Даже сверчков уже не было слышно.
Почему она не проверила, нет ли над дверью колокольчиков? Она в растерянности становилась. Еще несколько дней назад она ни за что бы такого не допустила. Она бы подождала с полчаса, чтобы убедиться, что в магазине никого нет, обошла его вокруг и посмотрела, есть ли задний выход, удостоверилась бы, что она действительно одна, — и потом тщательно обследовала бы дверь.
Но она устала. Усталые люди часто совершают ошибки.
Дураки быстро расстаются с жизнью.
Клементина оглядела улицу, пожала плечами и все-таки вошла. Теперь, когда весь город знал, что она здесь, терять было нечего — но все же стоит проверить запасный выход, прежде чем отдаваться шоппингу.
Она очень скоро нашла запертую дверь с потемневшей табличкой «Выход». Ключ торчал в замочной скважине. Открыв дверь, она оказалась на чьем-то заднем дворе. Если понадобится бежать, можно укрыться здесь. Клементина с облегчением закрыла дверь, снова заперла ее на замок и вернулась в магазин, предвкушая, как здорово будет стянуть с себя вонючую рубашку и надеть что-нибудь свежее. В магазине была маленькая ванная комната; там Клементина нашла полкуска зеленого мыла и оранжевое полотенце. В торговом зале под прилавком стояла бутылка воды — хватит, чтобы хоть немного ополоснуться.
Клементина порылась на полках и забраковала первые попавшиеся вещи: одни были слишком большие, другие — слишком яркие. Носить темную одежду безопаснее. Клементина отодвинула изношенную розовую кофту и обнаружила клетчатую сине-зеленую рубашку, вроде подходящую по размеру. Она бросила взгляд на дверь, убедилась, что за ней никто не следит, стянула вонючую одежду и бросила на пол.
Клементина смочила полотенце водой и провела по телу, стараясь смыть следы мочи. Она быстро намылилась, не сводя с двери глаз. Клементина двигалась проворно — словно маленькая мышка, которая смывает с себя запахи, чтобы ее не выследила змея.
Натянув рубашку и застегнув на пуговицы, Клементина чуть не вскрикнула от облегчения. Рубашка сидела как влитая, и было несказанно приятно избавиться наконец от мерзкой вони. Уже собираясь уйти, она остановилась и подумала, что стоит взять запасную одежду — на случай, если вновь приключится что-то подобное. Кто знает, когда ей снова попадется на пути магазин одежды? К тому же не мешало бы и утеплиться.
Она нашла джинсовый пиджак, на размер больше, чем нужно, и накинула на плечи. Сойдет. Потом достала с полки черный свитер и рубашку с надписью «Штат Мичиган». Под прилавком Клементина отыскала сумку и запихнула в нее свою новую одежду.
Дорогой Хит, кажется, такого стремительного шоппинга у меня никогда еще не было. Ты бы мной гордился. Ты всегда говорил, что у меня слишком много обуви. Теперь у меня всего одна пара. Эти ботинки предназначены для ходьбы, и скоро я пойду тебя искать.
Она вышла из-за прилавка — и замерла. За окном стояли двое с бейсбольной площадки. Клементина бросилась на пол; сердце вырывалось из груди, его стук отдавался в ушах. Рот заполнила холодная слюна, Клементина не могла ее сглотнуть.
Дверь со звоном отворилась.
— Иди сюда, милая, — сказал первый. — Мы знаем, что ты здесь. Мы видели тебя в окно.
Клементина метнула взгляд на прилавок. Нужно чем-то вооружиться. Чем угодно. Среди разнообразных пакетов она заметила нож для вскрывания конвертов. Сжала в руке металлическую рукоятку. Сгодится — других вариантов нет.