Страница 58 из 70
— А ты, видать, и впрямь недавно на Луне, — заметил руководитель группы. — Когда прилетел?
— Только что, — ответил Ники. — Давайте я вам расскажу. Вы будете переводить?
Он спросил об этом потому, что не понимал языка, на котором говорили ребята, к тому же иные из них явно принадлежали к другой расе: у них были азиатские лица, бледно-смуглые, с раскосыми глазами. А двое были потомками негров. Парень усмехнулся:
— Буду. Если услышу что-нибудь полезное и поучительное.
Николая опять разобрала злость, но это лишь помогло ему собраться с мыслями. Он решил поведать о тех из своих приключений, рассказ о которых прозвучит убедительно для его аудитории. Переживания он решил вообще не описывать. Ники рассказал про Мало, про Нуми, вспомнил и дату отлета с Земли. Потом достал учебники и показал, в каком году они напечатаны.
Ребята с удивлением принялись рассматривать картинки и формулы. А когда Ники кончил свой рассказ, парень заметил:
— Слушай, Николай, ты не сердись, но поверить тебе трудно. Эти учебники ты мог где-нибудь достать. В земных библиотеках полно старинных книг. Верно, скафандр и приборы у тебя удивительные, но откуда нам знать, может, где-нибудь на Земле такие уже изобрели! Ты не сравнивай их с нашими. У нас на базе вся техника старая и примитивная, это сделано нарочно. Мы — база особого назначения. Ты согласен на проверку?
Николай с готовностью кивнул, а Села, сидевшая напротив и смотревшая почти влюбленными глазами, тихонько спросила:
— А ты не боишься?
— Чего мне бояться? — ответил Николай, но все же забеспокоился. — А как вы устроите проверку?
— Очень просто, — ответил ее брат. — Села запросит Землю. Если в самом деле гражданин Николай Буяновский в указанный день исчез с лица Земли указанным образом, об этом должны сохраниться записи. В Главном справочном коллекторе космических исследований хранится множество выдумок про внеземные цивилизации. Ну, запрашивать?
Николай кивнул увереннее. Ведь еще в то время, когда он жил на родной планете, в газетах печатали разные басни про летающие тарелки, так что происшествие с Николаем Буяновским наверняка где-нибудь зарегистрировано.
Села тут же куда-то исчезла. В столовой наступило молчание. Немного робея в ожидании проверки, Ники спросил:
— Значит, мы сейчас на Луне? А что у вас за база?
— Мы находимся на обратной стороне Луны, — ответил его соотечественник. — Здесь проходят подготовку будущие граждане космоса. Закаляются, учатся жить и работать в тяжелых условиях, потому что по ту сторону, в городе, люди изнежены.
— Но у вас одни ребята.
— Да, все — твои ровесники. Я — один из руководителей группы. Нас пятеро. Мы — студенты-педагоги и учимся воспитывать таких, как ты. Вообще-то меня звать Александр, но можешь звать меня Сашо. А что ты собираешься делать дальше?
Ники, который уже успел прийти в восхищение от чудесной школы на обратной стороне Луны, где царит вечная ночь, тут же сник.
— Не знаю. Все здесь для меня новое, незнакомое. И на Земле уже, наверное, никого из близких не осталось.
Александр недоверчиво посмотрел на мальчика, но грусть его казалась искренней, и он сказал:
— Если тебе здесь нравится, можешь остаться у нас до конца обучения, а там будет видно.
Николай почувствовал замешательство, но тут в столовую ворвалась Села. Щеки ее рдели ярче розового трико. Она восторженно кричала:
— Верно, все верно! В коллекторе есть запись о таком происшествии. Все точно так, как он говорит! В тот же день и на том же месте! Перед множеством свидетелей!..
Села заговорила с ребятами на их языке, и глаза у них тоже засияли от восторга. Студент обнял Ники за плечи.
— Ну, Николай, если это правда, ты и в самом деле чудо природы!
В столовую сбежалось немало народу, — наверное, Села разбудила весь лагерь; все кричали, прыгали и кружились вокруг Ники в бурном танце, который выглядел очень смешно в условиях слабого притяжения. Появились и сонные студенты-руководители группы, но ни тишины, ни порядка им добиться не удалось. Потому что дети — всегда дети, даже если они живут на той стороне Луны.
Николаю сразу стало хорошо в этой шумной компании. Да, умница Мало знал, где его оставить! Правда, у него немного екнуло сердце, когда врач, тоже молодой парень, повел его к себе в кабинет — тесную комнату, битком набитую разными приборами, и подверг осмотру. Но вскоре Александр успокоил мальчика: все приборы свидетельствуют о том, что он совершенно здоров и не занес на Луну никаких вирусов.
Они вернулись в столовую. Там царила полная тишина, будто на важном совещании. Один из студентов-руководителей что-то сказал Александру, и тот перевел:
— Ребята настаивают, чтобы мы еще не сообщали на Землю о твоем прибытии. Но мы, взрослые, считаем, что не имеем права скрывать от человечества столь важное событие.
Из всех присутствующих одна Села понимала, о чем говорит Александр. Она воскликнула:
— Но они отберут его у нас! Не отдам Николая, это я его нашла!
Она даже взяла Ники под руку, будто кто-то и вправду собирался его отнимать.
— Ты ведь останешься с нами? Пожалуйста, оставайся! Хотя бы до конца занятий!
— Не знаю, — замялся Ники. — Вы меня так встретили… Издевались… и вообще.
— Николай, — перебил его Сашо, — ты должен нас понять. Веками человечество мечтает о встрече с другими цивилизациями и до сих пор все напрасно. А тут вдруг надает с неба парень и начинает рассказывать небылицы…
— Нет, вы просто плохо воспитаны, — заявил Николай Буяновский. — Я посетил множество цивилизаций, и нигде не видел такого неуважения к прадедам. Ведь я — ваш прадед, верно?
Брат и сестра поняли, наконец, что он шутит, и расхохотались. Села быстро перевела его слова остальным, и конечно же, все принялись упрашивать его:
— Милый дедушка, пожалуйста, оставайся с нами! Ты нам будешь рассказывать сказки! Дедушка, милый дедушка!
Разве Ники мог отказать таким горячим просьбам? К тому же, он еще не рассказал этой малышне и сотой доли своих приключений! И куда ему идти с базы? Он засмеялся и кивнул в знак согласия.
Это вызвало новый взрыв радости, которая, однако, утихла, как только Сашо поднял руку. Его здесь все слушались — должно быть, он был самым главным.
— Дедушка Ники, — сказал он по-болгарски, — твоим внукам надо еще немного поспать, потому что завтра их ждет трудный день. Пошли посмотрим, куда устроить тебя самого!
Потом он отдал какую-то команду, и ребята послушно вышли.
Они обошли все три спальни — помещения с герметическими дверями, — пока не обнаружили свободную койку. Койки были подвесные, другой мебели в помещениях не было. Не было также пижам, а стало быть, переодевания, не было ни подушек, ни одеял, ни всего такого прочего. Каждый прыгал на свою койку, как был, и тут же затихал.
Однако Ники это никак не удавалось: койка, больше похожая на длинный мешок, все время убегала от него. Пришлось принять помощь Селы. Затем она одним прыжком заняла свое место где-то неподалеку и тоже затихла.
Свет никто не выключил, а может быть, его здесь вообще не выключали. Лежать было неудобно. Да, видимо, здесь не шутят, условия и вправду нелегкие! Все лежат тихо, в спальне ни звука. Ребята явно строго соблюдают режим. Но так, наверное, и надо в суровых лунных условиях, решил Ники, хотя ему было обидно — уж очень хотелось рассказать о всех своих приключениях. В пионерском лагере самые задушевные разговоры велись вечером, перед сном. Особенно ему хотелось поговорить о Нуми. Где-то она теперь, что делает? Тоже лежит в кровати? А может, сейчас и вовсе не спит. Небось, у них время совсем не такое, как на Луне. Вспоминает ли она о нем?
И хотя ложе было не слишком удобным, Николай уснул, правда, уже после того, как глубоко и горько вздохнул о далекой и неведомой Пирре.
Наука утверждает, что подобные, даже самые сильные вздохи, не могут преодолеть притяжения планет. Но наука много чего утверждает на основе чисто теоретических предположений. Так что это утверждение нужно еще проверить экспериментально.