Страница 60 из 73
Поэтому сама тенденция принятия такого закона, когда в основе лежит раздел ресурсов сырьевых, которых я еще повторяю и постоянно буду повторять, все меньше и меньше становится и при этом переводится государство Российское не как хозяин сырьевых ресурсов своих, а как партнерские отношения с инвестором, это просто концептуально недопустимо. Нигде в мире такой фразы, я вас уверяю, не найдете, кроме слаборазвитых стран, может быть, Того и так далее, которые я недостаточно знаю. Но нигде не прочитаешь в законе, что соглашения, которые заключаются какой-то более или менее большой и профессиональной командой чиновников, ведь не правительством в целом, ведь все говорят тут, что правительство. Я извиняюсь, вы почитайте: комиссия, которая создается правительством и субъектом Федерации. Так вот соглашение, которое подписывается комиссией и хозяйствующим субъектом, нашим или не нашим, здесь все равно, важнее законодательства Российской Федерации. Предложите такое гражданину США, он вас пинками с порога дома выгонит. Такого не должно быть.
Это первое. Второе. Нам нужны инвестиции, но я опять же ссылаюсь на свой опыт, невозможно практически инвестиции привлечь в создание какого-то производства более-менее сложного технологического. Идет болтовня, разговоры, торговля, но все заканчивается тем — а нет ли у тебя там доступа к нефтяным или каким-то сырьевым или в какое-то месторождение влезть, оловянное там или гипсовое или еще что-то.
И в этой связи нам вообще-то закон нужнее о привлечении инвестиций именно в такие сложные, которые гибнут, отрасли — машиностроение, перерабатывающая промышленность и так далее. Здесь я четко прослеживаю тенденцию превращения нашей экономики в сырьевую. И правительство, которое сегодня эту политику проводит, четко сегодня перед нами с этим выступает. При всем при том, что в принципе такой закон нужен. Но нужнее вперед него другие законы — о спасении машиностроения отечественного, оборонки, электроники и так далее. Это второе.
И третье. Это общие вопросы, а конкретно есть еще замечание, которое здесь ни в справках, ни в выступлениях не звучало, это вот статья 6, по которой я задавал вам вопрос. Проект соглашения должен предусматривать требование рационального использования и охраны недр, установленное законодательством Российской Федерации о недрах. То есть или условий никаких для комиссии мы не должны ставить и тогда это отдельный закон или еще что-то, или если мы только эти условия в законе упоминаем, я вас уверяю, члены комиссии завтра будут говорить: нам только эти требования законом обязательно жестко устанавливаются. Других условий — использование трудовых ресурсов, загрузка производственных мощностей отечественного машиностроения, на которых 60-70 процентов можно размещать заказы, а мы предпочитаем размещать их и завозить вплоть из Бельгии стульчики на Поклонную гору. Я вас уверяю, комиссия будет руководствоваться законом и отвечать будет только за выполнение или за невыполнение закона. И если мы только об этом пишем, значит, только за это эта комиссия будет отвечать, только за это.
Здесь мы вот спорили с соседом, он мне сказал, что, Александр Алексеевич, ты не прав, комиссия на Сахалине, сейчас там 70 процентов требования для того, чтобы там размещали на отечественных предприятиях и так далее.
РЕПЛИКА
В соглашении уже написано, подписано всеми сторонами.
А.А. ТИТКИН
Да, только я вам напоминаю, что самое первое соглашение, которое Гайдар через комиссию Данилова-Данильяна, министра по экологии, об этом ни слова не было и Титкину, министру промышленности, пришлось лететь на Сахалин, создавать госкомиссию, пробовать вытаскивать ...(не слышно, посторонние разговоры перед микрофоном) и никто из Минтопэнерго не явился, добывать сведения о том, что Минтопэнерго и Сахалинморнефтегаз отказались от размещенных уже заказов в Николаевске-на-Амуре (я говорю о тех условиях, в которых Вы не участвовали и Вам слово уже давали, будьте любезны, здесь члены Комитета выступают), тогда выяснилось, что размещенные заказы на конверсионных предприятиях были отменены из-за отсутствия финансирования, а условий Макдермату(?). Марафон, Мицуи, трем МММ никаких не было поставлено. Требовалось писать докладную Президенту, что там преступное пренебрежение национальными интересами, после чего Гайдар перестал со мной здороваться и так далее. Я к чему? Эти условия не должны быть на усмотрение тех или других чиновников, мы не должны сталкивать людей. Это должно устанавливаться законом.
Поэтому все эти требования, обязательное условие по загрузке предприятий и так далее, в законе должны быть прописаны, а не на усмотрение тех или других. В целом я против.
ИЗ ЗАЛА
Можно мне? Уважаемые депутаты! Я первый раз на вашем заседании комитета нахожусь. Предполагать, что все чиновники у нас и люди, власть держащие, продажные, это не очень здорово. Мы стараемся как-то вот и общее мнение такое создается, что где-то кто-то Россию продаст. Вот все, здесь доковыряли уже до конца.
РЕПЛИКА
Так продают же.
ИЗ ЗАЛА
Я понимаю, что продают, но писать закон для того, чтобы Россию пе продали, это, наверное, не очень. Я простой пример приведу. Соглашение, которое подписали в пятницу, о разделе продукции Сахалин-1 исполнилось ровно 20 лет. Понимаете, 20 лет работает и в основном оно не было принято законодательно из-за мелочей, из-за подковыривания. Сила мелочей в том, что их много. И вот начинаем крутить-вертеть. Что же мы ставим во главу угла? Безмозглого нашего российского чиновника? Ну что, мы в законе разве сможем все предусмотреть? Предположить, что туда вбить все, это же мы можем еще 20 лет.
Я над этим законом работал ровно 2 года. Я не говорю, что это продукт мой, с Мельниковым там наши предложения все шли, но что-то сдвинулось с места. В 1993 году в Мексике инвестировано 23 миллиарда, Россия в 1994 году — 1 миллиард. Что мы хотим? Чтобы дядя к нам сюда пришел на нашу подковырку? Ведь я могу сказать, что той технологии, которая применяться будет по добыче в Охотском море при ледовых условиях, Россия достигнет через 100 лет. Землетрясение, которое прошло в Нефтегорске в некоторой степени, конечно, отпугнуло инвесторов, но не до конца, они работают в таких условиях. Мы в ближайшее время не создадим этих технологий, и вот 20 лет мы сидим как собака на сене, ни себе, ни людям. И начинаем говорить, начинаем на коленях ползать перед лондонским, парижским клубом. Стыдно было смотреть, как наше Правительство ползало, честное слово. Шесть миллиардов выпросили, считаем заслугой и победой какой-то. У Международного банка реконструкции и развития. Европейского банка развития и реконструкции ползаем. Вот они, деньги лежат у нас. Вот эти два соглашения, которые подписаны, предполагаемый Сахалин-3, 30 миллиардов инвестиции в экономику России. Кто в какое время нам дадут эти деньги? Если мы сейчас этот закон не принимаем, мы выбрасываем целый год. Потому что есть полевой сезон в Охотском море, четыре месяца, когда уходят оттуда льды. Я просто поражен некоторыми моментами, Александр Алексеевич.
А.А. ТИТКИН
Я многим тоже поражен в Вашем выступлении. Вы с фактами спорите.
ИЗ ЗАЛА
Вы говорите, что ничего нет. Посмотрите, есть соглашение, где четко записано: 70 процентов размещенных заказов будут размещены на российских предприятиях, кто может это соглашение изменить? И уже начинались, в Комсомольске металлургический завод «Амурсталь» проходит ...(непонятно) инвестиции порядка уже 100 млн.долларов, не,дожидаясь до конца этого...
В общем, я понимаю, что есть некоторые моменты, есть вопросы по социальным моментам, это все разрешаемое. Менее дисциплинированных людей, чем в России, тяжело найти. Иностранный инвестор идет, он знает все наши законы великолепно и все их исполняет.
Я еще не встречал ни одного нормального, мне приходилось создавать совместные предприятия, выполняет наши законы лучше, чем мы сами. Если в Гражданском кодексе написаны нормы социального обеспечения, любой инвестор их обязан выполнить, потому что он является в некоторой степени юридическим лицом. Я считаю, что этот закон надо принимать, несмотря на некоторые мелкие его недостатки. Время — деньги.