Страница 37 из 50
– Я видел, как этот бродяга – подменыш – лазил на дерево за диким медом, – хрипло сообщил второй голос. – Я его попросил достать и мне медку. Знаете, что он мне ответил? Иди, говорит, отсюда, пока я тебе уши не оборвал. Грубиян, черт бы его подрал. Заявляется в наш лес и ведет себя как хочет.
– Никуда они не денутся, – уверенно пробасил третий. – Наверное, забились в дупло или сидят на верхушке дерева.
Голоса приблизились почти вплотную к ребятам. От страха у Филиппа участилось дыхание и заколотилось сердце. Ему уже начало казаться, что нечисть услышит его, и Филипп прикрыл рот рукой.
– Странный холм, – раздался визгливый голос у самого изголовья ребят. – Раньше его здесь не было.
Филипп едва сдержался, чтобы не вскочить, но тут хриплый сказал:
– Это сегодня тролль давал жару на весь лес. Столько деревьев повалил, ужас!
– Так это где было? – возразил девчоночий голос. – Два часа пути отсюда, у ручья.
– Он огромный, ему сюда дойти раз плюнуть, – ответил хриплый. – Весь лес переполошил. И все из-за чужака, которого привел подменыш. Все-таки им повезло. Троль огромный, но дурак-дураком. Меня бы они так просто не надули.
– Ох, найду я их, – угрожающе проговорил бас. – Не поздоровится.
– Когда поймаем, отведем ко мне, – сказал визгливый.
– Нет, ко мне, – возразил хриплый.
– А почему это к тебе? – скандально спросил визгливый.
– У меня и пещера побольше, и крюки в стену вбиты, – ответил хриплый. – Есть на что их подвесить.
– Хватит орать, – перебил спорщиков бас. – Вы забыли, что у меня самый большой очаг?
«Крепись, – слушая разговор нечисти, мысленно уговаривал себя Филипп. – Будь спокоен. Вон, Кинтохо дрыхнет и хоть бы хны. Никакая нечисть ему не страшна. Главное выдержка» Филипп почувствовал, как на него кто-то поставил ногу, а затем и вторую. Взобравшийся не был тяжелым, но Филипп едва не задохнулся от ужаса. Он уже представил, как его вытаскивают из-под веток, как свора лесной нечисти набрасывается на него и в кромешной темноте тащит в подземную пещеру.
– Все-таки интересно, какой дурак свалил сюда ветки? – проговорил визгливый и попрыгал на спине у Филиппа. – Мягко. Если бы не дело, я бы остался здесь ночевать.
Следом за первым на мальчишек забрался и второй преследователь, который оказался куда более тяжелым. Третий прыгнул Филиппу на плечи и покачался как на батуте. Но когда на кучу веток взошел четвертый, Филиппу показалось, что он попал под асфальтовый каток. Он услышал, как под здоровяком с треском ломаются ветки, но у него было такое чувство, будто это трещат его собственные кости.
Затем тяжелый перешел на подменыша, и тот, как и Филипп, не издал ни звука. «Если он ещё раз наступит на меня, я не выдержу, – с тоской подумал Филипп. – А если не выдержит Кинтохо, нас обнаружат. Эх, сюда бы несколько петард и спички. А ещё лучше бабахнуть из охотничьего ружья. Они бы улепетывали как зайцы» – Ни черта не видно, – поудобнее устраиваясь на спине у Филиппа, сказал хриплый. – Скорей бы взошла луна.
– Отлично все видно, – басом ответил ему громила. – Только никого нет. Я думаю, надо остаться на этой мягкой куче веток и подождать. Глядишь, подменыш с чужаком и объявятся. Не могли же они провалиться сквозь землю.
– Нечего здесь рассиживаться, – возразил ему визгливый. – Пока мы будем валяться и отдыхать, эти гаденыши выйдут из нашего леса. Лесной бродяга хорошо знает дорогу и легко отыщет её в темноте. Я предлагаю догнать их.
Филипп сообразил, что Кинтохо давно не спит, а может и не спал вовсе. Когда по тебе, словно по земле, расхаживают такие тяжеловесы, не проснуться просто невозможно. Он понял, что подменыш затаился, и с отчаянием подумал: «Как же можно все время так жить? Постоянно тебя кто-то ловит, пытается засунуть в котел и слопать. Ведь в сказках всегда есть какой-нибудь Иванушка-дурачок, который побеждает нечистую силу. – И вдруг Филиппа осенило: – Да ведь это Кинтохо! Да, он и есть этот герой. Как мне раньше не приходило в голову? Хитрый, ловкий… смелый, – немного поколебавшись, мысленно добавил Филипп. – А почему же я никогда ничего о нем не читал?» – Я знаю, как их можно поймать, – пробасил здоровяк. – Идите ко мне поближе, я расскажу.
Четверо ночных преследователей сгрудились на самой середине кучи, и здоровяк басовито зашептал:
– Мы сейчас все берем по палке, будем подходить к каждому дереву и стучать по нему. Если они залегли спать в дупле или забрались на макушку, обязательно отзовутся.
И тут к величайшему ужасу Филиппа подменыш из баловства громко, с подвыванием прошептал:
– А если не отзовутся?
– Отзовутся, куда они денутся, – ответил здоровяк, который принял Кинтохо за одного из своих.
– Я тоже думаю, что не отзовутся, – тоненько произнес визгливый. – Они давно ушли отсюда.
– Надо действовать не так, – снова из-под веток зашептал подменыш.
– А как? – почти одновременно спросили преследователи.
– Нагнитесь пониже, – скомандовал Кинтохо, и все четверо склонили головы к ветвям. – Вы же знаете, что бродяга-подменыш самый умный в сказочном лесу. Это значит, что Кинтохо придумал какую-нибудь подлую хитрость. Я уверен, они с чужаком нашли в лесу яму, укрылись ветками и спят сейчас без задних ног.
– А что, вполне может быть, – задумчиво произнес здоровяк. Затем он вдруг спохватился и вежливо поинтересовался: – А кто это говорит?
– Это говорит дух земли, болван, – грозно прошептал Кинтохо. – Я темен как сама ночь, страшен как все её кровожадные обитатели вместе взятые и силен как тысячу троллей. Стоит мне только пошевелить пальцем, и от вас не останется даже мокрого следа.
После этих слов нечисть словно сдуло с кучи веток. Они отбежали подальше, и затем ребята услышали голос визгливого:
– Да кто он такой?! У духа не может быть пальцев! Это самозванец, шарлатан! Не знаю я никакого духа земли!
– А я знаю, – ответил ему хриплый. – И не буду с ним связываться.
– Нет, я хочу с ним разобраться, – продолжал вопить визгливый. Держите меня трое, а то я…
Когда четверка преследователей удалилась настолько, что их голоса растворились в шелесте деревьев, Филипп с облегчением вздохнул и тихонько рассмеялся.