Страница 22 из 50
– Кинтохо, иди сюда, дело есть, – позвал Филипп.
– Не ходи, – тут же встрепенулся старикашка. – Он сейчас опять будет врать, как хорошо живется в том мире.
– Ты же сам говорил, что врать хорошо, – ответил подменыш.
– Хорошо, когда я тебе вру, – наставлял его лесовик. – Потому что мое вранье идет тебе на пользу, а его – погубит тебя. Ты уже большой, пора бы научиться отличать одно вранье от другого. Ты только посмотри на его лицо, – старикашка кивнул на Филиппа. – Такой погубит и глазом не моргнет.
– Он три раза спас мне жизнь, – возразил Кинтохо.
– Правильно, – обрадовался лесовик. – Вначале, для отвода глаз он спасает тебя, а потом, когда ты ему поверишь, этот злодей заманит тебя в болото и утопит.
– Ну зачем вы говорите ерунду?! – возмутился Филипп.
– Ты видишь, как он разговаривает со старшими?! – воскликнул старикашка. – Видишь? Злодей каких мало!
– Хорошо, покажите мне дорогу, и я уйду, – устав слушать лживые речи лесовика, попросил Филипп.
– А чего её показывать? – ответил старикашка. – Вон она, сразу за домом начинается. Иди себе. Толку от тебя все равно никакого, только лесной народ баламутишь.
Обрадовавшись, Филипп пошел в обход дома. Напоследок он ещё раз посмотрел на подменыша. Тот провожал его таким тоскливым взглядом, что Филипп не выдержал и ещё раз предложил:
– Пойдем. Вдвоем веселее.
– Иди-иди, – махнул ему лесовик. – Совсем люди наглость потеряли. Мало того, что сам уходит целым и невредимым, он ещё старается кого-нибудь с собой прихватить.
Так и не дождавшись от Кинтохо ответа, Филипп сделал два шага, и земля буквально ушла у него из-под ног. Он наступил на настил из веток, который прикрывал охотничью ловушку, и провалился в глубокую яму.
Когда Филипп понял, что произошло, на краю ямы уже стоял хозяин избушки. Он смотрел на него сверху вниз и недобро ухмылялся.
– Ну вот ты и попался, – потирая руки, сказал он. – Посиди здесь до полуночи, а там мы с тобой разберемся.
– Кинтохо! – крикнул Филипп и подпрыгнул, чтобы посмотреть, нет ли его поблизости. – Кинтохо, помоги!
– Сиди молча, бифштекс неумытый, – погрозил ему пальцем лесовик. – Не то сброшу к тебе десяток ядовитых змей. А мы с Кинтохо пока приготовим для тебя дровишек. – Старикашка рассмеялся и пояснил: – Это чтобы ты ночью не замерз.
Филипп остался один. Он перепугался не на шутку и поначалу даже запаниковал. Филипп принялся пинать стены ямы ногами и кричать: «Спасите!», «Помогите!». Но вскоре он понял, что спасать его здесь некому, взял себя в руки и внимательно осмотрел ловушку. Яма была глубокой, с неровным дном, поэтому Филипп не знал, можно ли будет начертить на дне круг. Для этого нужно было выкинуть из неё все ветки и если понадобится, разровнять землю. «Ну и чего я этим добьюсь? – усевшись на толстый слой веток, малодушно подумал Филипп. – Начерчу круг и буду сидеть в нем пока не ослабну от голода и жажды. А потом Кинтохо спустится вниз, обвяжет меня веревками, и они вытащат меня как миленького. Кинтохо же человек, ему магический круг не помеха. – Вздохнул Филипп. – Опять они уговорили его. А ведь Кинтохо почти был готов пойти со мной» Решив не терять времени, Филипп собрался очистить яму от веток, но остановился. Внезапно его посетила гениальная мысль. Она состояла в том, чтобы сплести из веток что-то вроде шеста и выбраться по нему на поверхность. Идею надо было проверить в деле, и Филипп принялся за работу. Вначале он сосчитал ветки, их оказалось более сорока, но все они были не толще пальца. Кроме того, ветки не желали сплетаться, и Филипп сообразил, что их надо чем-то связать.
Решение нашлось довольно быстро. Стащив с себя джинсы, Филипп в последний раз с сожалением посмотрел на них, открыл ножичек и начал резать джинсы на тонкие полоски. Когда в руках у него остались очень короткие шорты, Филипп надел их и приступил к главной части операции.
Он плел шест как венок из одуванчиков. Затем для крепости перевязывал слабые места джинсовыми лентами. При этом Филипп частенько поглядывал на небо, где облака уже слегка окрасило заходящее солнце. Важно было закончить работу до темноты, чтобы успеть уйти подальше от избушки и отыскать ровное место для круга.
Последние ветки Филипп приплетал к шесту с большим трудом. Ему приходилось стоять на носках, изо всех сил тянуться, поэтому верхний конец шеста получился более слабым.
Закончив работу, Филипп приставил плетеную дубину к стенке ямы, для надежности поплевал на ладони и полез наверх. Шест угрожающе скрипел и прогибался под ним, но все же держал. Как оказалось, главная трудность ожидала Филиппа впереди. Добравшись почти до конца шеста, он ухватился за край ямы, но рыхлая лесная почва под пальцами осыпалась. Надо было тянуться дальше и попытаться ухватиться за куст или траву.
Несколько раз Филипп срывался вниз. В лесу уже начало смеркаться, и ночные птицы устроили первую перекличку, а Филипп все продолжал карабкаться наверх. В какой-то момент он потерял надежду и хотел было прекратить попытки освободиться. Филипп весь перепачкался землей и ещё больше стал походить на обитателя сказочного леса. Он ободрал себе локти и колени, обломал на пальцах ногти и расцарапал живот. И все же ему удалось оттолкнуться ногой от шеста и вцепиться в толстый стебель лопуха. Осторожно подтягиваясь, он опасался, что стебель не выдержит и оборвется. Затаив дыхание, Филипп мысленно уговаривал себя, что все закончится благополучно, и медленно-медленно выползал из ловушки.
Выбравшись на поверхность, Филипп пригибаясь побежал от куста к кусту, подальше от дома с его негостеприимными обитателями. Он сразу углубился в лес и забыл посмотреть, действительно ли тропинка берет свое продолжение за пограничной избушкой.
Сумерки быстро сменились чернильной темнотой. Дальше идти было невозможно, и Филипп остановился у огромного дуба. Пока он гадал, что делать, начертить на земле круг или забраться на дерево, кто-то бесцеремонно похлопал его по плечу. Сердце у Филиппа ушло в пятки. Резко обернувшись, он собрался было дать отпор любому противнику, но тут услышал знакомый голос: