Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 19

— …ну ты же ее видела! Что он в ней нашел?! Ну что?! Почти совершеннолетняя, а грудь плоская, как у мальчишки. Она такая уродина!

— Конечно. Это всем видно, у кого глаза есть.

— Ты хочешь сказать, у него нет?

— Нет, просто… похоже, он смотрит не в ту сторону.

— Мой отец говорил с его отцом, но Иберия сказал, что оставляет этот выбор за сыном. Понимаешь? Он никогда меня не выберет!

— До нашего отъезда еще несколько дней. Рано так говорить.

— Индра меня игнорирует, он даже…

Жалобное предложение, полное обиды на вопиющую несправедливость, оборвалось на полуслове. Поравнявшиеся со мной девушки дружно ахнули. Нарядные юные принцессы, дочери своих благородных отцов. Все в мечтах о принцах.

— Предвечный, — протянула я тихо, поднимаясь на ноги. — Кажется, я действительно проклята. Слышать подобное второй раз за утро… едва ли это можно назвать случайностью.

Смущенные и растерянные подруги молча хлопали огромными глазами.

— Кто тут из вас претендует на молодого босса? — поинтересовалась я хмуро.

— Я! — вызывающе взвизгнула утонченная, миниатюрная, как куколка, брюнетка. Несмотря на то, что она была немногим старше меня, ее прическа, платье, туфли и легкая шубка копировали стиль эдакой роковой женщины. — Что, хочешь мне помешать? Думаешь, у тебя это получится? Собираешься меня ударить, да? Ну попробуй! Давай!

— Эй-эй, успокойся. Я не собираюсь тебе мешать, — пробормотала я, несколько растерявшись от ее горячности. — Просто хотелось убедиться в том, что у тебя серьезные намерения.

Онемев на пару секунд, девушка в итоге пламенно выдала:

— Серьезнее не придумаешь!

— Понимаешь ли, у босса очень тяжелый нрав, который и святого доведет. Не думаю, что ты мечтала именно об этом…

— Тебе-то откуда знать?!

— И то верно. Что ж… в этом есть смысл, — задумчиво ответила я, разглядывая юную красавицу. — Как тебя зовут?

— А тебе какое дело?! — продолжала огрызаться она.

— Когда я буду разговаривать о тебе с молодым боссом, мне нужно будет знать, как тебя представить, как считаешь?

Ошарашенно распахнув кукольные глаза, девушки смотрели на меня, как на умалишенную.

— Ты… ты собираешься… говорить обо мне с… Индрой?

— Я собираюсь свести вас вместе.

— В-вместе…

— Ага, так оно и есть. Если молодой босс влюбится, он станет куда мягкосердечнее и снисходительнее. Говорят, любовь меняет людей.

— Д-да…

— А еще, таким образом мы покончим с этими проклятыми слухами, — заявила я решительно, стукнув кулаком по ладони.

Считая себя чуть ли не гением, я направилась в особняк. Уверенность в успехе задуманной мной операции была железобетонной: мне нужно было просто намекнуть, а остальное дело за Розой. Эта девушка, не отличавшаяся сообразительностью, была тем не менее весьма хороша собой. Босс влюбится в нее с первого взгляда, потому что до этого момента я постараюсь рассказать ему о том, какая эта Роза замечательная и вообще…

По крайней мере, оставшиеся четыре месяца он точно будет думать только о ней, забыв о моем существовании. Четыре месяца, и конец его угнетающей опеке.

Сменив настрой с тоски на радостное предвкушение, я бодро шагала по коридору, столкнувшись с Индрой в дверях его комнаты.

— С утром, наставник, — выпалила я, отскакивая назад.





Метнув в мою сторону хмурый взгляд, молодой господин прохрипел:

— Ты. Опоздало.

— Да… вы неважно выглядите. Вам еще рано пить так много, босс…

— Во что ты вырядилось, чучело?

Осмотрев себя, я пригладила ткань одежды на груди.

— Не вам мне это говорить, это все-таки именно ваш пиджак.

— Выкинь его, — бросил Индра, выходя из комнаты, наполненной недружелюбным сумраком и парами алкоголя.

— Босс, что творится у вас в голове? — недоуменно проворчала я, следуя за ним. — Если он вам не нужен, я заберу его себе… О, смотрите, ваша сестра.

Илона, вышедшая из-за угла, тоже увидела нас. Ее бледное лицо и покрасневшие глаза свидетельствовали о бессонной ночи. И, странная штука, вместо того, чтобы по обыкновению гордо пройти мимо своего брата, она развернулась и шмыгнула назад за угол. Похоже, на их перемирие в ближайшее время не стоит рассчитывать.

Вспомнив о том, как она вчера клялась себя убить, я тяжело вздохнула. Может, любовь и не такая уж веселая штука.

— Наставник… — осторожно обратилась я к Индре, который смерил меня мрачным взглядом через плечо. — А… просто хотела узнать, куда мы направляемся.

Все-таки меня официально освободили от тренировок до полного выздоровления, и наставник не мог проигнорировать рекомендации врача.

— Повышать уровень твоей грамотности, — ответил он через минуту, заходя в классную комнату.

В этом уютном и не слишком просторном помещении занимался со своим личным учителем сам молодой босс. Здесь проходили и мои занятия, которые, однако, были редки (пару раз в месяц) и довольно однообразны. Выделяя мне чистый, плотный лист бумаги и «вечное перо», Индра принимался диктовать предложения, которые мне предстояло написать без единой ошибки. Я не очень любила эти уроки, потому что здесь мне приходилось расстраиваться чаще и сильнее, чем на обычных тренировках. А еще я боялась пачкать чистые листы своими каракулями… это походило на осквернение.

Сев за стол и закатав рукава пиджака, я покорно склонилась над бумагой.

— Пиши, — скомандовал Индра, располагаясь напротив меня в высоком кресле. — Вверху, посередине: «Повелителю всего Эндакапея и моему господину Светлейшему Иберии.» С новой строки: «Осознавая собственную никчемность и бесполезность, я прошу у Вашего Величества позволить мне остаться под покровительством Вашего сына Индры еще на один год. Моя просьба обусловлена желанием улучшить свои боевые навыки, которые до сих пор находятся на неприемлемо примитивном уровне. Очевидная несостоятельность как бойца, характеризующая меня на сегодняшний день, позорит не только карательный отряд, во главе которого мне предстоит встать, но и всю Вашу армию, которая по праву называется сильнейшей в Эндакапее.» С новой строки: «Прошу простить мою неаккуратность и безграмотность. Пусть искренность моих намерений и желание служить Вам компенсируют то отвращение, которые Вы испытаете, увидев это прошение. Надеюсь на Вашу снисходительность. С безграничным уважением и любовью к Вам, Эла.»

Не реагируя на возмутительность содержания этого «диктанта» ни словом, ни взглядом, я старательно выводила слова.

— Готово?

— Нет… минутку… — быстро двигая рукой по листу, я шевелила губами, словно диктуя самой себе. Когда же на бумагу легла последняя точка, протянула лист наставнику.

Постукивая пальцем по столу, Индра принялся читать, время от времени недовольно морщась.

— Что это? — поднял он глаза на меня.

— А? Где? — состроила недоумение я.

— В конце. «Но вообще-то это все шутка. Я ни за что не соглашусь находиться под покровительством Вашего сына еще один год. Кстати, наставник, почему бы Вам не влюбиться?».

— Что? Я такое написала? — возмущенно нахмурилась я, забирая «диктант» обратно. — Это какая-то ошибка. Сейчас… сейчас я все исправлю.

Перевернув лист на чистую сторону, я, чувствуя на себе внимательный взгляд, написала:

«В это трудно поверить, но есть человек, которому Вы очень нравитесь. В том самом смысле, понимаете? Это милая, способная, добрая девушка. Настоящая мечта, а Вы ее игнорируете. Вы ее обходите вниманием, причем совершенно незаслуженно, тем самым причиняя огромную боль. Не будьте таким жестоким с людьми, которые хотят сделать Вас счастливым, босс».

Забирая послание из моих рук, Индра подозрительно прищурился. Однако он не разорвал его тут же, решаясь все-таки прочитать, за что ему большое спасибо.

— Настоящая мечта, — повторил он, усмехаясь.

Реакция босса поразила меня: никаких обещаний жестокой расправы за глупые шутки, самодеятельность и попытки влезть в его жизнь. Он больше не хмурился. Смотря на лист, он даже как будто… улыбался?