Страница 29 из 108
— Я веду следствие в связи со смертью вашего мужа, миссис Фарнхем, — заговорил я, выдержав паузу. — Я хотел бы задать вам несколько вопросов.
— Пожалуйста. Может быть, вы присядете, лейтенант?
— Благодарю. — Я опустился на ближайший стул и в упор взглянул на нее.
— Боюсь, что вряд ли смогу вам чем-то помочь, — сказала она, — Меня не было рядом, когда…
— Я знаю. Вы находились здесь. Он был…
— Да. Генри был пьян. — Ее чувственные губы слегка искривились. — Как обычно.
— Ваш муж был алкоголиком?
— Думаю, его вполне можно было бы так назвать, — согласилась она. — Если Генри и не был настоящим алкоголиком, то довольно удачно играл эту роль. Словом, он был обычный пьяница.
— Вы, должно быть, его очень любили?
Она слегка пожала плечами:
— Наверное, это прозвучит несколько необычно в устах новоиспеченной вдовы, но… Во всяком случае, последние шесть месяцев я его поддерживала как могла. Я терпела его пьянство, его ругань, его слезы. Я…
— Понятно, — сказал я, — помимо всего прочего, вы аккуратно вносили страховые взносы.
— Я оплачивала все его расходы, — холодно ответила миссис Фарнхем.
Я достал сигареты и предложил ей. Прикуривая, она коснулась моей руки. Пальцы у нее были холодные и какие-то безжизненные.
— Вероятно, вам частенько приходится выслушивать печальные истории, лейтенант. Прошу простить, если…
— Ничего. Во всяком случае, на свете не так уж много проблем, которые нельзя было бы решить с помощью денег. Так? К примеру, сумма в пятьдесят тысяч долларов.
— Что вы хотите этим сказать? — Она слегка повысила голос.
— Вы мне только что рассказали, каким был муж и какие чувства вы испытывали к нему. А теперь он умер, и вы получите страховку. Пятьдесят тысяч долларов. Большая сумма, миссис Фарнхем. Я знаю случаи, когда людей убивали и за сотню долларов.
— Значит, вы считаете, что я его убила? — Она вздернула брови. — Очень жаль, но мне придется разочаровать вас, лейтенант. В тот момент, когда произошел несчастный случай, я находилась в офисе. По крайней мере, дюжина человек сможет подтвердить, что…
— Я знаю.
Я закурил и уставился в точку на стене, расположенную в двух футах над головой моей собеседницы.
— Мне придется задать вам несколько вопросов, обычных в таких случаях, миссис Фарнхем. Вы ведь понимаете, что полиция обязана провести расследование.
— Да.
— У вашего мужа были враги? Может, кто-нибудь хотел убить его?
— Думаю, что таких более чем достаточно, — усмехнулась она. — В том числе я сама. Генри был на редкость неприятным человеком, лейтенант. Но я не представляю, кто мог решиться на убийство. Одно дело — желать смерти, и совсем другое — осуществить убийство.
— Я понимаю. Значит, вы не в силах мне помочь, миссис Фарнхем?
— Я могу сказать вам только одно: в тот вечер Генри был пьян. — Мне очень жаль водителя той машины. Готова держать пари: в этом несчастном случае повинен исключительно сам Генри.
— Ну что ж, благодарю вас, — сказал я, — Извините за беспокойство. — Я встал и направился к двери.
— Никакого беспокойства, лейтенант, — отозвалась она. — Мне частенько приходится сталкиваться с такими нахалами, как вы.
Секретарша поджидала меня, изнемогая от любопытства.
— Ну? — требовательно спросила она, перегнувшись через стол.
— Ничего особенного, — ответил я.
— Но все-таки что-то в этой истории не так, правда? — разочарованно протянула она. — Иначе вы бы не пришли сюда. Может, тут замешана та девушка?
— Девушка?
— Ну да, девушка, которая приходила сюда с неделю назад, — ответила блондинка. — Я поболтала с ней, пока она ждала приема. Ужасно умная особа. Она работает в агентстве, которое вытягивает долги из неаккуратных должников.
— Ну что ж, — усмехнулся я. — На свете есть занятия и похуже… Или получше. Все зависит от точки зрения. Ну, так что же сказала эта ужасно умная особа?
— Она разыскивала Генри Фарнхема, — многозначительно прошептала секретарша. — Она сказала, что он задолжал кому-то в Сан-Франциско целую кучу денег. Она разузнала, где работает миссис Фарнхем, и решила с ней побеседовать.
— Вы помните ее имя?
— Разумеется, я никогда не забываю имен. Эдна Брайт. Работает в фирме «Лоуренс Куль и К0». Она просидела у миссис Фарнхем минут двадцать. Выйдя из кабинета, она прямиком направилась к выходу, даже не удосужившись рассказать, чем у них там все закончилось. Похоже, она очень торопилась. — В голосе секретарши чувствовалось сомнение.
— Печальная история, — вздохнул я.
Глаза секретарши внезапно вспыхнули.
— Она блондинка! — объявила моя собеседница и энергично захлопала ресницами. — Я считаю, что блондинки — самые очаровательные девушки на свете. А вы как думаете?
— Да, конечно, если только меня об этом спрашивают не рыжие и не брюнетки, — согласился я. — Во всяком случае, благодарю вас за информацию.
— Всегда рада вам служить, лейтенант. — Она еще больше перегнулась через стол. — Вероятно, вам часто приходится сталкиваться с интересными людьми и волнующими событиями?
— Никогда в жизни не встречал ничего более волнующего, чем вы, — улыбнулся я. — Вы меня покорили, детка. — Я взглянул на часы. — Что ж, мне пора идти!
— Лучше бы я вам не рассказывала об этой Эдне Брайт, — надула губки секретарша. — Во всяком случае, фигура у меня лучше, чем у нее.
— Я скоро вернусь и проверю это.
Глава 2
Офис Лоуренса Куля отнюдь не поражал воображение, как и его секретарша. Может, эта дамочка и знавала лучшие времена, но это было задолго до моего рождения.
— Я бы хотел видеть мисс Брайт, — сообщил я старой перечнице.
— Ее нет. — Секретарша шмыгнула носом.
— Тогда мистера Куля, — терпеливо сказал я.
— Он занят. — Она снова шмыгнула носом.
— Он может сейчас хоть жениться, мне все равно. Я желаю видеть его немедленно.
Я показал секретарше значок, и она шмыгнула носом в третий раз. Моя бляха, очевидно, произвела впечатление не только на ее свищи в носу, так как не прошло и тридцати секунд, как я уже стоял в кабинете Куля.
Лоуренс Куль оказался высоким и тощим типом. Его глаза были посажены почти на полдюйма ближе друг к другу, чем полагается. Он сунул мне ладонь, на ощупь она показалась мне куском дряблой влажной замши.
— Садитесь, лейтенант, — пронзительным голосом проверещал Куль. — Чем могу быть полезен?
— Я веду расследование по делу человека по имени Генри Фарнхем. Позавчера его сбила машина. Несчастный случай. Одна из ваших сотрудниц за неделю до этого нанесла визит жене погибшего.
Он кивнул:
— Совершенно верно. Мисс Брайт беседовала с миссис Фарнхем. Ее муж задолжал тысячу пятьсот долларов одному нашему клиенту из Сан-Франциско. Похоже, теперь у нашего клиента появились шансы получить этот долг. Я слышал, покойник был застрахован на значительную сумму?
— Что ж, — сказал я, — рад слышать, что несчастный случай с мистером Фарнхемом произошел, на ваш взгляд, вовремя.
Лоуренс Куль слегка побледнел.
— Я вовсе не это имел в виду, лейтенант. Очень печальная история. Я просто хотел…
— Понимаю, — вздохнул я. — Так вот, я хотел бы побеседовать с мисс Брайт.
— В настоящую минуту мисс Брайт нет в офисе. Но я уверен, что она будет счастлива помочь вам, лейтенант. Это наша лучшая сотрудница. Если бы остальные служащие обладали хотя бы половиной ее рвения, я был бы счастлив.
— Когда она должна появиться?
— Не раньше пяти. Она всегда заглядывает в офис, перед тем как уйти домой.
— Вы можете попросить ее позвонить мне, когда она объявится?
— Конечно, лейтенант.
Я дал ему свой домашний телефон, благоразумно решив, что лучше сидеть дома, чем торчать в приемной шерифа, ожидая звонка.
Я открыл дверь своей квартиры около четырех часов, ощущая небольшую усталость. Пластинка Эллы Фицджеральд несколько умиротворила меня. А пара глотков виски окончательно взбодрила. Телефон зазвонил ровно в половине шестого.