Страница 103 из 198
Я растерялась.
— Ну… Не знаю… Я бы хотела обеспечивать мир, предотвращать войны.
— Хм… Звучит благородно. Только знаешь что, — Арельсар перевел взгляд на море. — Избежать войн можно лишь уничтожив всех до единого представителей разумных раз. У тебя, кстати, такой шанс есть. Сможешь попробовать, только как-нибудь потом, не в мою смену.
До поры до времени чинньез и офицер СБО существовали в моих мыслях как два совершенно разных кевта с одинаковыми именами.
Стояла ночь, когда ловкая «Энейри» пришвартовалась к плавучей базе посреди бескрайних вод моря Робе. Я сидела между ящиками и из своего укрытия наблюдала за кевтами.
— Не стой столбом, — один из рыбаков пихнул локтем в бок зазевавшегося напарника. — Куч не видел?
Плавучая база, или куча, как презрительно называли её рыбаки, представляла собой довольно странное сооружение — высоченную ступенчатую пирамиду со множеством отверстий у подножия, в которые заходили суда. В центре пирамиды располагались морозильные камеры, коды которых настраивались по иденкартам капитанов промысловых судов. Рыбаки, заполнив трюмы, сканировали море на наличие поблизости плавучих баз, где можно было бы оставить на хранение груз и зарегистрировать его на торгах, после чего снова отправлялись на промысел. Плавучие базы в море Робе принадлежали, в основном, миротворцам, которым рыбаки платили мзду за хранение и размещение груза, а обслуживающий персонал обеспечивал, в свою очередь, строгий регламент проведения торговых операций.
В море Робе водилось множество гадов, которые шли не только на столы богачей, но и в их персональные аптечки и подпольные химические лаборатории. Тем и были хороши кучи — здесь интересовались только данными поставщика и торгового представителя покупателя. А уж кто там был покупателем и зачем ему рог глубинной деафемы, вызывающий сильнейшее опьянение, совершенно никого не интересовало.
Всё это рассказал мне капитан, и теперь я, укрывшись между ящиками, с некоторой опаской рассматривала темную громаду кучи, заслонившую небесные звездные пути. Арельсар сидел рядом на одном из ящиков и, опустив голову на грудь, дремал.
— Не думала, что миротворцы поощряют сомнительные сделки, — заметила я, зевая.
— Здесь продают то, что покупают, — отозвался кевт, не открывая глаз. — На этом контроль со стороны миротворцев заканчивается.
— Вы и военные конфликты решаете подобным образом?
Арельсар обернулся ко мне.
— Отнюдь. Военные конфликты решаются сами собой.
К нам подошел капитан, и Арельсар, тряхнув головой, уставился на него.
— Будешь продавать кота в мешке?
— Пффф, нет, только пауков. Ничего вкусного не попалось. Но фитти много в этот раз, да. Не жалуемся.
— Говорят, пошлины подняли.
Капитан кашлянул.
— Не до берега же плыть. Торговля морскими тварями идет в море, мощами пусть промышляют светопоклонники, — кевт внезапно посерьезнел. — Ты говорил сегодня с Прэном. Что-нибудь слышно о решении эльфйиских засранцев?
— Въезд в резервацию пока не открывают, но, скорее всего, дадут разрешение на миссию. Молодежь бастует. «Это наша земля, наш дом!».
Кэп сжал кулаки, исподлобья глянул на Арельсара.
— Грянет гром, Рельс, — процедил он сквозь зубы. — Ох, как грянет! Наши-то дети теперь сильнее их. А она…
— Не время и не место — голос Арельсара прозвучал угрожающе низко, и капитан, не проронив ни слова в ответ, отошел к команде.
Пирамида теперь закрывала все пространство вокруг нас, и «Энейри» окончательно сбросила скорость. От легкой качки клонило в сон, и на пару мгновений я вроде бы задремала, но внезапно судно дернулось вперед и остановилось.
Я открыла глаза и тут же зажмурилась — «Энейри» вошла в нишу под пирамидой, залитую светом сигнальных огней. Арельсар помог мне подняться.
— В каюте заберешь свои вещи и живо наверх, — произнес он, одной рукой обнимая меня, другую прижимая к боку. — Быстро.
Роясь в каюте в поисках сумки, я нашла под матрасом книгу, ту самую, что подарила мне Ларзанмар. С обложки на меня горящими глазами смотрел яростный дракон.
Я-то думала, верховная воншесс забрала свой подарок обратно. И кто только додумался захватить книгу из моей комнаты в отеле…
Если бы Гранто был с нами, я решила бы, что это его идея.
Где-то он теперь, гениальный ученый, смотрящий на жизнь, как на уравнение с несколькими неизвестными. Мне не хватало наставника, его покровительственного тона, его историй о мире и науке…
«Ты теперь гиперпроводник!»
Я грустно улыбнулась, покрепче перехватывая книгу, и, ещё раз оглядевшись, покинула каюту.
На палубе остались только Арельсар и капитан. Первый недовольно хмурился, прижимая руку к боку, второй растерянно озирался по сторонам.
— Не знал, Рельс, видят поля, не знал, — виновато произнес капитан. — Ты меня знаешь, я бы никогда…
— Выходит, в твоей команде завелась крыса, — процедил кевт. — Кто ещё мог слышать мое сообщение, кроме тебя?
— Я это выясню. Если вам понадобиться помощь…
— Дай сойти с судна, дальше разберусь сам.
Заметив меня, оба замолчали. Что-то явно пошло не так, раз Арельсар не убирал руки со спрятанного под курткой оружия. Я вопросительно вскинула брови, но кевт, видимо, смотрел мимо меня.
— Удачного пути, девочка, — кэп протянул руку, и я крепко сжала его ладонь.
— И вам.
— Живее, — бросил Арельсар, подхватывая меня под локоть и толкая к трапу.
— Ки кев, — отозвался здоровяк, вскидывая кулак.
Я едва не поскользнулась на мокром камне пристани, но кевт поддержал меня.
— Что-то случилось? — спросила я, перехватывая едва не выпавшую из-под куртки книгу.
Арельсар покачал головой.
— Если поторопимся — ничего.
И мы поспешили мимо пришвартованной «Энейри» к лестницам, ведущим наверх.
Внутри пирамида представляла собой что-то вроде муравейника, который мы с Джефом в детстве как-то расковыряли заостренными палочками. По узким, ярко-освещенным коридорам туда-сюда сновали разумные всех рас и национальностей. Кто-то прижимал к груди кипу бумаг, кто-то — кожаный портфель. Одни тащили за собой груженные чемоданами тележки, другие несли в руках коробки и ящики, третьи шли с пустыми руками просто потому, что их товар помещался на маленькой флешке. Разумные сталкивались и разбегались, кланялись и пожимали друг другу руки, заходили и выходили из расположенных по обеим сторонам коридоров кабинетов, передавали деньги, носители, карточки, громко ругались, тихо договаривались и безмолвно переглядывались.
Может быть, строгие законы и обеспечивали единство рас на Прэне, но здесь оно держалось на деньгах. Орки и люди, гоблины и эльфы, дворфы и негуры бегали по лестницам с кипой купюр, бумаг и иденкартов, налетали друг на друга, что-то подписывали и скакали дальше.
— Это все из-за морепродуктов? — спросила я Арельсара, когда мы проходили мимо полукруглого зала, где сотни разумных, выкрикивая что-то, потрясали иденкартами перед огромными мониторами, развешанными по периметру помещения.
Кевт насмешливо посмотрел на меня.
— Ты думаешь, на судах можно провозить исключительно рыбу и моллюсков?
— А что ещё?
— Х и У. Самые ходовые товары.
— А если начнется война, они переубивают друг друга?
— Нет, поднимут цены.
Мы шли через выставочный зал — длинный широкий коридор, вдоль сводчатых стен которого торговые представители размещали стенды с информацией о своем товаре. Мне удалось разглядеть разве что синюю древесину и какие-то тюки на одном из стеллажей, как со всех сторон к нам кинулись продавцы.
— Автомобили от Харихата по закупочной цене!
— Дворфийский апатиновый кирпич по цене производителя!
— Платина ниже негурских котировок!
Я вцепилась в руку Арельсара, который, после секундного замешательства, двинулся вперед, довольно грубо отпихивая навязчивых торговцев.
— С ума сойти! Я думала, торговля между континентами налажена разве что у негуров! — вскричала я, когда мы, наконец, выбрались из толчеи.